Приступы откровенности у Карминского случались крайне редко, и сейчас девушка сосредоточенно впитывала в себя каждое его слово.
- Мне в некотором роде проще, чем тебе, Юлиана, - легко касаясь штурвала, проговорил он. - Я не так честолюбив, как ты. Да, да, не удивляйся! Говорю, что вижу! Мне хватает того, что у меня есть. Но ты - совсем другое дело! Чем больше я тебя узнаю, тем больше не понимаю, почему король так настойчиво выводит тебя к вершинам власти. Неужели он настолько слеп, что не видит того, насколько ты опасна для него и его династии?
Юлиана изумленно заморгала. О чем он говорит? Чем она может быть опасна для короля? Абсурд какой-то!
- А знаешь, малютка, это будет даже весело, если ты вдруг выживешь и задвинешь Оберона на второй план! - вдруг лукаво подмигнул ей Карминский. - Только ты не выживешь, не надейся. Я очень постараюсь, чтобы этого не произошло!
Подтвердив свои заверения почти отеческой улыбкой, он снова сосредоточился на управлении баркасом.
Его странная речь вызвала у Юлианы уйму вопросов, ответы на которые она не могла найти самостоятельно.
- Я не понимаю вас... - призналась она.
- Придет время - поймешь.
Она подошла к поручням и облокотилась на них спиной.
- Как вам удалось так быстро разыскать меня?
- Что уж проще? - хмыкнул Карминский. - Сначала ты устроила представление на вокзале, потом перепугала своим бегством тетку из вагона, а после... Ты слишком приметная для наших вокзалов, детка. Слишком утонченная и аристократичная. Стоило показать твое фото сотрудникам вокзалов и автостанций, как многие тебя тут же узнавали, несмотря на твой маскарад. В следующий раз, если захочешь сбежать, думай не столько о маскировке внешности, сколько о своих манерах, ведь они выдадут тебя в первую очередь!
- В следующий раз я непременно это учту, милорд.
Минут через сорок инкатор, как заправский моряк, загнал баркас в узенькую бухточку недалеко от спрятанного за высоким тростником поселения.
- Давай, спускайся, - нетерпеливо сказал он Юлиане, показывая на качающуюся за бортом веревочную лестницу.
- Куда? Прямо в воду? Она же грязная... - опешила та, с отвращением глядя на коричневую, непрозрачную от прибрежной грязи и ила жижу.
- Да, прямо в воду, - передразнил ее учитель, протягивая ей пакет. - Она ничуть не грязнее той тряпки, что ты сосала всю ночь! Или ты думаешь, я тебя на руках носить буду? Держи пакет.
Юлиана смутилась и стала стаскивать с себя сапоги и пальто. Спустившись в трюм, сняла колготки. Уложив вещи в пакет, она повесила его себе на плечо и стала спускаться с баркаса. Ее ноги коснулись дна и сразу же увязли в вызывавшем омерзение, скверно пахнущей иле. Еле выдирая их из него, она добрела до берега. Карминский хлюпал следом за ней.
Кое-как отмыв ноги от грязи, Юлиана спряталась затростником и стала вытирать задубевшие от ледяной воды ступни своим колючим пальто. К тому моменту как она оделась, у нее уже зуб на зуб не попадал от холода. Закончив туалет, она подошла к поджидавшему ее инкатору.
- Наконец-то! - буркнул он. - Идем, мы опаздываем на самолет!
На трассе Жнец быстро поймал попутную машину, водитель которой согласился их подкинуть в аэропорт.
По дороге в академию девушка испытывала двойственные чувства: с одной стороны это была радость, почти ликование от возращения домой, а с другой она понимала, что Карминский заставит ее жестоко заплатить за этот побег.
Подъехав к своему домику, Юлиана уже не нашла его таким ужасным, как в день возвращения из больницы. Во всяком случае, он был куда лучше трюма или борделя. К ее удивлению, Карминский в машине не остался, а вышел следом за ней.
- Что уставилась? - спросил он, протягивая ей ключ. - Хочу проводить тебя. Ты ведь не против?
Она была против. Чувствовала, что добром его визит не кончится. Читала это в его обещающих расправу глазах. Но понимала также, что его вопрос был чисто риторическим.
- Между прочим, если бы не я, то ты бы сейчас ублажала грязных потных мужиков, - напомнил ей он. - Могла бы в благодарность за спасение хотя бы чаю предложить старику!
- Да, милорд, - покорно ответила Юлиана, пытаясь открыть замок.
Присутствие врага давило на нее, действовало на нервы, и от этого ее рука предательски дрожала, мешая ключу попасть в скважину.
- Тебе помочь? - насмешливо поинтересовался он.