- Не хочешь умирать ты, значит, умрут они! - оповестил он Юлиану. - Все.
Не обращая никакого внимания на перепуганные вопли и мольбы мужчин, он разрядил в них всю обойму и бросил пустой пистолет на стол. Пребывающая в ступоре Юлиана даже не повернула головы.
- Неженка! - презрительно скривил рот Жнец и несколькими ударами по щекам вернул ее в сознание.
- Послушай меня, малышка. Я уже понял, что добровольно ты на небеса не пойдешь, а значит, мне и дальше придется учить тебя. Такие тесты на наблюдательность и память я буду проводить тебе каждую пятницу, чтобы выходные не казались тебе раем. В итоге ты либо привыкнешь к смерти, либо научишься наблюдательности, либо свихнешься. Меня лично устраивают все три варианта!
Сдернув ученицу со стула, он поставил ее на ноги и повернул лицом к трупам.
- Что ты видишь? - тряхнув ее, спросил он.
- Мертвых людей.
- Это не люди, Юлиана. Это твои двойки. Тебе их жалко?
- Да.
- Что ж, это даже хорошо. Будешь прилежно учиться - с каждым разом их будет становиться меньше. И прежде чем ты грохнешься в обморок, хочу предупредить: если завтра утром я не услышу от тебя имени того, кто тебя освободил, то мы снова поедем играть, только на сей раз в женскую тюрьму. А потом в детский дом или даже ясли. Ты же знаешь, мне все позволено!
Насчет детдома инкатор, конечно, приврал, но герцогиня поверила ему безоговорочно. Она не помнила, как вышла из кабинета, как отшатнулись от них стоявшие в коридоре уцелевшие узники. Не помнила угрюмые лица полицейских и молодой заплаканной уборщицы, шептавшей им в спину проклятия. На полном автопилоте она села в машину и уставилась на свои пальцы, еще помнящие прикосновение к ним оружия. Шофер бросил на нее сочувствующий взгляд и тронул машину с места. Карминский вытащил из портфеля шоколадку и предложил ее оцепеневшей Юлиане.
- Будешь?
Не дождавшись ее ответа, он добродушно проговорил.
- Детка, тебе не за что на меня обижаться! Я обещал, что буду отравлять твою жизнь всеми возможными способами, пока ты не покончишь с собой, и я свое слово сдержу!
Он отломил кусочек шоколадки, сунул его в рот, и снова поднес плитку к лицу девушки.
- Совсем не хочешь? А что ты хочешь? Может, снова попробовать сбежать? Нет? И правильно. Даже не думай о побеге! Потому что сбежать ты от меня можешь только на тот свет, и я тебе уже много раз это предлагал. Но ты сама не хочешь облегчить свою участь, заставляя меня измышлять все новые способы доведения тебя до самоубийства. Тебе даже не жаль тех несчастных, которых мне приходится убивать из-за твоего упрямства. Или это просто трусость, а, Юлиана?
Поняв, что разговаривать с ней сейчас бесполезно, Карминский оставил ее в покое на все время поездки.
- До завтра, малютка! – ощерившись, попрощался он, высаживая ее возле дома. – Надеюсь, ты не забыла - утром я жду услышать от тебя два слова. Всего два: имя и фамилию того мерзавца, который сует свой нос в наши с тобой дела.
***
Дверь машины захлопнулась. Удаляясь, мягко зашуршали шины, а девушка все стояла у дома, не двигаясь с места.
"Если завтра утром я не услышу от тебя имени того, кто тебя отвязал, то мы поедем в детский дом..."
"Выдать ему Нортона? - изводилась она. - Немыслимо! Человек не должен платить жизнью за свое добросердечие! Но подвергать опасности детей еще страшнее - у этого нелюдя нет никаких моральных табу. Что же делать?"
"Я обещал, что буду отравлять твою жизнь всеми возможными способами, пока ты не покончишь с собой, и я свое слово сдержу!"
Сдержит, подумала Юлиана. Признав за ним полную и безоговорочную победу, она отогнала малодушный страх и купила в университетском ларьке пачку лезвий. По дороге домой она крепко сжимала их в ладони, пугаясь леденившего ей пальцы и душу решения. Она не могла думать ни о чем, кроме того, что совсем скоро покинет этот мир. Даже не заметила приветливо махавшего ей издалека Нортона.
Охранника немного смутило ее невнимание. "Интересно, она рассказала инкатору про ночное происшествие?" - подумал он, озабоченно глядя ей вслед.
Странная походка девушки насторожила его. Она была больше похожа на заведенную куклу, чем на человека. Нахмурившись, Эндрю подошел к продавщице киоска с канцтоварами и спросил, что она только что купила.
- Да ничего особенного, - пожала плечами торговка. - Пачку лезвий и канцелярский нож.