— Бездари, тупицы, косорукие слепоглухие кретины, выкидыши слабоумных ящериц, — выдала Леяна, растеряв всю свою напускную "утонченность".
— Хорошо, — выдохнула она, выпустив пар. — Ты не знаешь, как ему удалось сбежать. Но разве не ты должен был его догнать? Выследить.
— Я сделал все возможное, госпожа… Я продолжу поиски…
— Разумеется, продолжишь, — едва ли не прошипела княгиня, которую сейчас никто не назвал бы красивой, настолько злоба исказила прекрасные от природы черты. — И найдешь его. Иначе… У тебя, кажется, трое детей?
— Двое, госпожа… — выдавил Торо.
— Лоси, как и ты? — Леяна нарочито ласково улыбнулась, и от этой улыбки Торо стало еще страшнее, чем от криков и ругани. — Ваша порода такая выносливая… это очень кстати…
— Умоляю, госпожа, — Торо рухнул на колени. — Я найду мальчишку. Найду.
— Надеюсь… — протянула Леяна. — Ради твоего же блага… И твоей семьи, разумеется. Семьи тех, кто упустил его, отправятся трудиться на благо Светании завтра же. Ну а тебе я дам время… немного времени.
— Благодарю, госпожа… — подчиняясь небрежному жесту княгини, Торо быстро поднялся, снова поклонился и вышел.
Он быстро шел по коридору и думал о том, как сильно рисковали соглядатаи княгини, закрывая глаза на побег той девушки. Рисковали своими семьями. Они не смогли выполнить приказ. Девушка была беременна, уже на большом сроке… И все знали, что это еще хуже, что Леяна будет этому рада и отдаст бедняжку Отступнику, а уж что он сотворит с ней… Один Мрак ведает. Поэтому о беременности не сказали, утаили… а потом и на побег глаза закрыли.
Они все были сыты по горло этим кошмаром, затягивавшим их все дальше, все глубже… А что делать? Как вырваться? Если бы только княгиня… Давно свергли бы ее. Но Отступник… Это не шутки. Его боялись все. Кажется, даже сама Леяна его боялась, хотя, конечно, никогда бы не призналась в этом. И что теперь делать ему, Торо? Что? Ловить несчастных беглецов? Парнишка и девушка, любящие друг друга, она ждет ребенка… Как можно поймать их и отдать Отступнику? И как можно не поймать — и поставить под удар собственных детей… Когда же закончится этот кошмар…
ГЛАВА 3. Отступник и Лума
— Ты хотела меня видеть, светлейшая и лучезарнейшая? — мягко спросил голос, струящийся, словно темная вода, обволакивающий, лишающий воли…
Леяна, вздрогнувшая при первых его звуках и готовая взорваться возмущением из-за того, что ее напугали, быстро успокоилась. Этот магнетический голос действовал на нее безотказно.
Княгиня медленно повернулась. На галерее ее личных покоев, выходившей в сад, где Леяна пыталась привести в порядок чувства и мысли, она уже была не одна. Да, в глубине души ее раздражала манера Отступника появляться неожиданно, входить не только без зова, но и без предупреждения в ее личные комнаты, но… Во-первых, она не могла на него злиться, потому что он завораживал и успокаивал ее одним своим присутствием, во-вторых, она его боялась, ну а в-третьих, он всегда подслащивал эту горечь, представляя дело так, будто явился он потому, что этого хотела она.
— Жаль, что твой слуга не справился, — продолжил Отступник, а Леяна, как завороженная смотрела туда, где под низко надвинутым капюшоном длинного плаща клубилась дымная тьма.
Конечно, это была лишь иллюзия. На самом деле у Отступника было лицо, самое обычное лицо, возможно, именно это ему в нем и не нравилось. Но еще вероятнее, что он желал быть неузнанным. Лишь немногие точно знали, кем был Отступник прежде, какое имя носил, к какому клану принадлежал. Остальные терялись в догадках. И догадках отнюдь не праздных, так как знакомый или даже родственник, слуга княгини, воин или воон тот незнакомец, идущий мимо, — каждый может оказаться Отступником. Верить можно только самым близким, всю жизнь знакомым, да и то с оглядкой, ведь Отступник — мастер набрасывать личины, а вслух говорить лишь то, что и при княгине повторить не страшно, то есть — ни слова правды…
Леяна пыталась выяснить, кто такой Отступник, но не преуспела. Он дал понять, что знает об этих попытках, и княгиня оставила их. Неважно, кем был он раньше, решила она. Важно, что теперь он служит ей. Так она думала, не осознавая, что сама служит Отступнику, а через него и темному духу Шешхату, а вовсе не наоборот.
— Он просит еще немного времени, — ответила Леяна, помедлив. — Обещает, что все получится.
— Сомневаюсь, — в голосе Отступника послышалась усмешка. — Очень сомневаюсь. Я видел их вчера. Полина и ее так называемый телохранитель связаны куда более тесными и личными узами, чем узы долга. Чего и следовало ожидать, раз он оставил князя и последовал за ней, но тебе присягнуть не спешил. Значит, им руководило не желание сменить клан и двор, а нечто другое…