— А то…
Полина и Сай проследили направление взгляда ворона. Глаза изваяния светились ярче, чем прежде, и все тело его слабо мерцало. Мерцали и колонны, теперь казавшиеся полупрозрачными, внутри них словно перетекали самоцветы. А та странная стена из застывшего песка теперь двигалась. Это действительно был песок, он сыпался неизвестно откуда и исчезал, соответственно, тоже — неизвестно где.
Со вторым младенцем все прошло еще быстрее и легче, чем с первым. Пока Верен, Полина и Сай рассматривали то стену песка, то колонны, где, будто в жидком стекле, плавали светящиеся камни всех цветов радуги, запищал уже второй младенец.
— Девочка, — радостно объявил Сигирд.
— Полный комплект, — подытожил Сай.
— Надеюсь, — прищурился Верен.
— Теперь точно все, — доложила вернувшаяся с разведки фея.
— Почему ты так уверена? — приподнял бровь ворон. — Иногда случаются и тройни. Правда, очень редко. Но и двойни тоже большая редкость.
— Она уже совсем похудела, — подпрыгнула Фая. — Негде там третьему помещаться. Ну… мне так кажется… — все же усомнилась она.
— Благодарим за оказанную честь, — снова вступила со своей торжественной партией мать рода.
А ЛешаНорТана отправилась к Великому Змею уже с двумя младенцами — по одному в каждой лапе. Мирна тревожно следила за ней. Когда норенга остановилась перед изваянием, оно показалось еще более огромным, а светящиеся глаза на змеиной морде засияли еще ярче, но их взгляд не пугал, а казался ласковым, почти нежным.
И тут за полотнищем непрерывно струящегося песка проступила какая-то тень. Норенга, почтительно опустившая голову перед статуей, этого не заметила, но остальные увидели. Там кто-то был. И этот кто-то медленно приближался. Тень росла, становясь все более отчетливой. Полина испуганно замерла.
— Хранителя призовет новая жизнь… — задумчиво проговорил Верен. — Новая жизнь…
— Ты думаешь, это Хранитель? — прошептал Сай.
Темная фигура стала выше и приобрела явственно человеческие очертания, постепенно выступая из песка.
— Думаю, да, — спокойно отозвался Верен. — Песок пришел в движение, когда родился первый ребенок, а теперь, когда детей поднесли к изваянию, оттуда кто-то… входит. Думаю, это должен быть Хранитель.
— Хорошо, если так, — прерывисто вздохнула Полина.
Между тем неведомый пришелец полностью вышел из-за пелены струящегося песка. Хотя через несколько секунд потрясенного рассматривания некоторые из присутствующих догадались, что все же не совсем полностью. Изрядная часть длинного хвоста еще оставалась за завесой — неужели его хвост еще был в другом мире, тогда как большая часть тела — уже в этом? Полина подумала об этом и едва не хихикнула, но в последний момент все же сдержалась.
Под изумленными взглядами людей и норенг стоял… на первый взгляд — человек. Определенно — мужчина. Правильные мужественные черты лица, обнаженный мускулистый торс, крепкие руки, обвитые многочисленными браслетами, искрящиеся россыпи мелких кристаллов на широкой груди, складывающиеся в загадочные узоры и сверкающие в длинных волнистых волосах песочного цвета и яркие золотые глаза с черными вертикальными зрачками. Нечеловеческие глаза, необычно красивые, затягивающие. Волосы были перехвачены золотым обручем с одним крупным камнем впереди — тоже золотистым, искрящимся, внутри него словно плавали крохотные блестки.
Все это они увидели в первые мгновения, и только потом — одеяние, напоминающее юбочку из полос блестящего металла и светлой ткани, а ниже… ниже было чешуйчатое тело, тоже песочного цвета, как и волосы. Или это уже не тело, а хвост? Или хвост — это тоже тело? Полина сжала одной рукой пальцы другой, чтобы удержать нервный смех.
— Наг, — едва слышно констатировал Верен. — Третий Хранитель — Наг.
ГЛАВА 35. Возвращение Хранителя
— Наг, — едва слышно констатировал Верен. — Третий Хранитель — Наг.
Возможно, это было простым совпадением, а может быть, Хранитель отличался особо острым слухом, но после этих слов он уставился прямо на Верена своим гипнотическим изучающим взглядом. После нескольких секунд полной неподвижности и тишины, которую не нарушали даже младенцы, притихшие в теплых бархатных объятиях норенги, наг перевел взгляд на детей.
— Ш-ш-шеришш… — прошелестел наг и двинулся к детям.
Все как завороженные следили за тем, как он движется, как изгибается нижняя часть его тела, а хвост, тянущийся из-за песчаной завесы, кажется бесконечным… И только Мирна сбросила оцепенение, приподнялась, глаза ее испуганно расширились, из горла вырвался неопределенный протестующий и одновременно вопросительный возглас.