— Да, — хрипло ответил Брайан, не сводя глаз с Майкла. — Я столько раз уже видел это, но до сих пор не могу привыкнуть.
— Майкл? Все-таки он что-то вам сделал…
— Сделал, — выдохнул Брайан за секунду то того, как рядом с Майклом появился Бен. Он притянул к себе своего любовника и, тоже взглянув на Брайана, произнес:
— Она должна умереть.
Брайан ощутимо вздрогнул, когда в его руках появился пистолет, а на полу у ног — Линдси. Ее глаза были закрыты, лицо изранено, а светлые волосы покрыты кровью и грязью. Она ничего не говорила, просто тяжело дышала, как будто зная, что сейчас произойдет.
Брайан поднял пистолет и прицелился ей в голову.
— Боже мой! — выдохнул Джастин, глядя на эту сцену и понимая, что это нереально, но в то же время испытывая почти животный ужас от осознания того, через что проходит Брайан. Он сам испытал то же, когда целился в мать и сестру.
— Я делаю это каждый раз, — хрипло произнес Брайан, взводя курок. — Но боль не проходит…
— Она твой друг, — Джастин впился ногтями в собственную ладонь, чтобы удержать себя на месте.
— Да, но сейчас она предатель, которого нужно устранить. Это приказ.
Джастин всем телом дернулся, когда прозвучал выстрел, и тело Линдси тяжело свалилось на пол.
Еще одна вспышка, и снова другая картина. Только от ее вида Джастин буквально впал в ступор. Это же страхи Брайана, верно?
— Почему мы в Смирении? — прошептал он, идя вслед за Брайаном по знакомым с детства коридорам. Он знал, что они в доме у Джека Кинни. Джастин был здесь несколько раз с отцом, но сейчас обстановка была немного другой. Стены светлее, цветок цикаса в углу слишком маленький, а дряхлый старый диван, который так любил Джек, сейчас выглядит почти новым.
— Брайан? — снова позвал Джастин, но взглянув на него, чуть не подавился воздухом. На лице Брайана был написан самый настоящий ужас. Какой-то отчаянный, совсем несвойственный этому сильному и гордому человеку. Впервые Джастин видел его таким. И пусть не в реальности, но от этого было не легче.
— Последний страх самый сильный, — тихо сказал Брайан, делая шаг назад и напряженно глядя на что-то позади Джастина.
Джастин резко обернулся, чтобы увидеть Джека Кинни, который спускался по лестнице и не сводил какого-то жуткого взгляда с Брайана.
— Я помогу тебе понять, — проговорил Джек, сжимая в руках длинный черный кнут. — Я помогу тебе стать лучше.
По мере того, как Джек приближался, Брайан становился все бледнее. Он сжимал и разжимал кулаки, но с места не двигался, и Джастина вдруг осенила догадка. Такая невероятная, такая страшная, что у него чуть не подкосились колени. Так не бывает!
На Брайана было больно смотреть. Джастин не знал, чем помочь ему, поэтому просто подошел и встал рядом.
— У Джека был сын, — хрипло сказал он, касаясь руки Брайана. — Я слышал эту историю.
— Я должен помочь тебе понять, — Джек Кинни приближался, поигрывая кнутом и не сводя взгляда с Брайана.
— Как его звали? — Джастин почти крикнул это. — Как звали его сына?
— Я должен помочь тебе стать лучше… Брайан, — произнес Джек, и мир Джастина рухнул.
В ту же секунду Джек замахнулся на Брайана ужасным кнутом, а тот, вместо того, чтобы дать отпор, весь сжался. Джастин понимал, что Брайану будет больно, ему уже было больно месяцы, годы, а он все равно раз за разом проходил это, осваивая симуляцию, тренируя выдержку, скрываясь, заставляя себя идти против собственной природы, для того чтобы выжить. Все, что говорили в Ковенах о Джеке Кинни и его жестокости, было правдой. Он избивал собственного сына. Он вынудил Брайана сбежать из дома, чтобы сохранить рассудок. Джек знал, что Брайан дивергент, и пытался переделать собственного сына, невзирая на то, что ломает его. Он был чудовищем!
Удар Джека почти достиг цели, и тогда Джастин в отчаянии выскочил вперед, закрывая Брайана своим телом. Он перехватил руку Джека на полпути и тут же почувствовал, как огненный кончик кнута опоясывает спину.
— Не надо! Не смей! — закричал он, стараясь оттолкнуть Джека подальше, но тут очнувшийся, словно от гипноза, Брайан одним четким ударом отправил отца в нокаут.
Раздался громкий звук, и вот уже Джастин рывком сел в кресле, наблюдая, как на другом его конце медленно поднимается Брайан, отцепляя от своего виска датчик. Он не смотрел в глаза Джастину, словно чего-то опасаясь, но сейчас это было совершенно неважно. Ничто не было важно, кроме самого Брайана и бешеных, неконтролируемых чувств Джастина.
С каким-то сумасшедшим отчаянием Джастин сорвался с места и со всего маху впечатался в грудь Брайана, обвивая руками его шею и совершенно по-детски всхлипывая. Ему до сих пор казалось, что спину жжет укус кнута, а Джек Кинни заносит его над Брайаном снова и снова. Это было ужасно.
Брайан сначала дернулся в руках Джастина, но потом как будто обмяк, принимая объятия. Он не сделал ни одного движения навстречу, но и не оттолкнул. Только тихо дышал в шею, позволяя Джастину держать себя. Его тело слегка подрагивало, но это тоже было не важно. Главным было то, что Брайан доверился ему. Позволил все это увидеть. Узнать свои самые страшные тайны. Большего подарка он ему сделать просто не мог. И пусть даже причина этого крылась отнюдь не в теплом его отношении.
— Ненавижу его, — выдохнул Джастин в висок Брайана, втягивая в себя запах его кожи и наслаждаясь каждым моментом этой близости. Он сейчас чувствовал себя на вершине мира. Брайан был рядом. Но в то же время убить Джека Кинни своими руками хотелось безмерно.
— Как же я его ненавижу…
— Успокойся, — спокойно сказал Брайан, и Джастин чуть не закричал от радости, когда почувствовал, как крепкие сильные руки ложатся на его лопатки. — Ничего не случилось.
— Случилось, — не согласился Джастин, еще сильнее обнимая Брайана и с восторгом ощущая, как сильные ладони медленно скользят по спине. — Этот ублюдок посмел тебя бить.
Джастин понятия не имел, почему именно сейчас обратился к Брайану на «ты», но тот его не поправил, а только тяжело выдохнул куда-то в волосы.
— Это было давно, — сказал он, слегка надавливая пальцами на позвоночник Джастина. — Все это уже неважно.
Но Джастин не верил ему. Этот сильный, смелый и невероятно прекрасный мужчина, при всей его силе и достижениях, испытывает боль от того, что произошло с ним в детстве. От того, что его чокнутый отец ломал ему психику из года в год, пока не вынудил бежать из Ковена. А сейчас еще и пытается убедить всех, что все это было неправдой. Он вспомнил, что Крейг Тейлор беспрекословно верил ему, но совершенно точно был знаком с Брайаном и знал обо всей этой больной ситуации.
Джастин резко поднял голову и уставился в глаза Брайана. В их глубине снова что-то горело. И это что-то буквально обожгло Джастина своей силой. Впервые он видел глаза Брайана так близко. Впервые имел возможность дотрагиваться до него именно так.
Почти не отдавая себе отчета в своих действиях, Джастин приподнял руку и прикоснулся к щеке Брайана. Тот слегка хмыкнул, но в следующее мгновение притянул Джастина к себе, буквально укладывая на собственную грудь. Глаза Джастина потрясенно расширились. Дыхание участилось.
— Ты не дашь мне держать тебя на расстоянии, да? — спросил Брайан, едва заметно улыбаясь. — Не отступишься?
— Нет, — хрипло ответил Джастин, касаясь большим пальцем его губ. — Я пытался, но не могу.
Брайан качнулся вперед и одной рукой перехватил Джастина за шею.
— Не пожалеешь?
— Никогда в жизни! — выдохнул Джастин за секунду до того, как губы Брайана накрыли его собственные.
Джастин в принципе догадывался, что это должно быть приятно. Эммет и Дафни в тайне друг от друга рассказывали ему, что поцелуи — это что-то совершенно невероятное, но Джастин и подумать не мог, что все будет ТАК.
Сказать, что он растворился в Брайане — значит не сказать ничего. Все окружающие звуки исчезли. Все эмоции, все чувства сосредоточились на их соединенных губах, на языке Брайана, на его запахе и вкусе.