х х х
Этой ночью так же долго не мог заснуть и Эрудит. Двоих влюбленных разделяло расстояние в сотню километров, но как схожи были их думы, желания и надежды. Ради того, чтобы только на мгновенье увидеть Наташу, он готов был на все. С той самой минуты, когда они расстались, время для него шло в муке ожидания и мечтах о ней: самой нежной, самой прекрасной. Ему вспоминались ее необыкновенно голубые глаза, ее сияющая, такая невинная и такая чистая улыбка. Он думал о том, что оставшиеся до ее приезда на выходные девять дней и девять ночей будут тянуться все медленнее, но, в конце концов, наступит та минута, когда он подъедет на мотоцикле к ее дому, а она, очень соскучившись, выбежит навстречу и бросится в его объятия.
Между тем ночной сумрак рассеивался, временами тесную хату наполняло голубое сияние; Эрудит легко мог рассмотреть в ней стол, беленую печь, чайник, стоявший на электроплитке. Так он лежал, оглядывая свою хату и прислушиваясь к отдаленным звукам сонного хутора. Сколько же сейчас времени? Эрудиту казалось, что скоро утро. Он откинул одеяло, встал и подошел к маленькому окну. За окном прозрачный месяц скользил по небу и нырял в бесконечные облака. Эрудит включил свет — часы показывали без четверти два; он щелкнул выключателем, снова подошел к окну. Месяц все нырял и нырял в облака: холодный, безмолвный и одинокий; Эрудит понаблюдал за ним с минуту, затем отвернулся от окна и упал на постель. Когда же закончится эта ночь? Закрыв глаза, он начал снова представлять встречу с Наташей, и мечтания постепенно перешли в сон. Внезапно чей-то глухой отрывистый голос нарушил его приятные сновидения: «Несбыточны твои мечты, больше никогда ты ее не увидишь». Эрудит мгновенно проснулся, его охватило ужасное беспокойство, он привстал, огляделся, чтобы убедиться, что в комнате никого нет, что голос ему лишь почудился. «Какая ерунда померещилась». Он закрыл глаза и хотел опять заснуть, но уже не смог.
Эти слова, услышанные сквозь сон, так сильно всполошили душу Эрудита, что им овладела безотчетная тревога, которая не оставляла его и все последующие дни.
х х х
В пятницу после работы, желая хоть как-то отвлечься от навязчивого прорицания, он договорился с Борькой Лагуновым пойти на рыбалку. Взял удочку, позвал еще Генку Шмелева, который случайно попался на глаза, и друзья отправились на речку. В начале сентября устойчивые солнечные дни все еще напоминали о летнем зное, но в воздухе уже ощущалась свежесть. И в этот вечер погода стояла ясная, тихая. Со стороны хутора дул слабый ветерок, который рябил поверхность реки.
Рыбаки с удочками в руках расположились возле камышей, на пологом берегу. Эрудит изредка перекидывался двумя-тремя словами со своими друзьями, но целиком поглощенный мыслями о Наташе, оставался не в духе, — не помогали ни речка, ни рыбалка. Обычно воспринимающий мелкие неудачи с иронической ухмылкой, он непомерно возмущался по поводу плохого клева и из-за своего нелепого возмущения стал злиться на самого себя. Его настроение окончательно испортилось, когда Борька напомнил, что завтра у Нины с Женькой Лопачуком свадьба, и пошутил:
— Как же они собираются жить, будут вместе плавать по морям или ей, бедненькой, придется скучать на берегу? Она не посоветовалась с тобой?
Эрудит нахмурился.
— А чего ты-то беспокоишься? Не волнуйся, они как-нибудь без нас с тобой разберутся. Все нормально у нее будет. Станет морячкой, квартиру в городе дадут. Это мы с тобой трактористы, а Женька молодец, неплохую профессию приобрел.
— Романтическую, — вставил Генка.
— Твоя Ниночка настырная, но интересная. Все равно, тебе жалко ее, вижу, какой расстроенный, — продолжал Борька, поправляя червя на крючке.
— А ты как думаешь? Первая любовь, — холодно ответил Эрудит. Неторопливо встал и, бросив взгляд на друга, который приготовился еще что-то сказать, улыбнулся. — И хватит душу мне теребить, ты же прекрасно знаешь, что Нина давно не моя, а Женькина. — Он еще постоял немного, посмотрел на воду, покрытую спокойной мелкой рябью. — Вам еще не надоело?
— Да что-то сегодня хреново идет… — начал было Борька. Но Генка опередил его и выпалил на одном дыхании:
— Давайте еще подождем, сейчас начнется клев, видите, малек запрыгал.
В этот момент действительно возле камышей, рикошетя по водной глади, серебристыми брызгами засверкала мелкая рыбешка. Борька уселся поудобней.