- Нет! Нет! Я никуда не поеду! Пусти меня! Пустииии меняяя!
- Прекрати истерику!, - рявкнул отец.
Но Максимка уже рыдал во всю мочь и отчаянно колотил отца по плечам, рукам, лицу.
- Мама! Мамааа!
- Так, - закричала на мужа Алла, - быстро отпусти ребенка. И звони своему Цветкову, говори, что мы не приедем!, - распорядилась женщина.
Она подошла к девочке, которой так и не удалось встать, и подняла ее на руки. Шокированный Максимка увидел, как руки мамы стали красными – у девочки шла кровь.
- Заводи свой драндулет, мы едем в больницу, - зло сказала женщина мужу, и тому ничего не оставалось, как подчиниться.
***
Максимка проснулся на больничной кровати посреди ночи. Когда они с родителями привезли сбитую девочку в клинику, он отказался уезжать домой. Он так кричал и плакал, что отец махнул рукой и попросил поставить в палате дополнительную кровать. На ней Максимка и заснул. А потом на каталке, после необходимых манипуляций и операции, привезли черненькую девчушку.
Больничную комнату через окно освещали яркие фонари. Макс сел на кровати и стал пристально разглядывать маленькую пациентку. У нее были перебинтованы рука и голова. Она была такая худенькая, что Максим почему-то вспомнил голодающих детей Африки – их фотографии ему как-то показала мама, когда он капризничал и отказывался есть. Те дети произвели на Макса сильное впечатление. Он захотел стать врачом, чтобы лечить и помогать им. И вот – эта девочка… Она была такая же. Кожа да кости. Мальчик смахнул с глаз слезы. Ну ничего… вот проснется, и он ее покормит. Скажет маме, чтобы запекла в духовке курицу – его любимое блюдо.
Вдруг девочка открыла глаза. Они оказались огромными, и такими же темными, как ее волосы. От неожиданности Максимка вздрогнул. А девочка слабо ему улыбнулась.
- Как тебя зовут?, - прошептала она.
- Максим. А тебя?
- Лена. Ты меня спас, Максим. Ты теперь мой принц.
Макс смущенно заерзал на месте.
- Ты хочешь покушать? Там врачи ищут твоих маму и папу, ты помнишь свой адрес?
Девочка тут же помрачнела.
- У меня нет мамы и папы.
- Как это?, - не понял Макс.
- Да так. Они меня бросили, когда я была маленькая.
- А где ты сейчас живешь?
- В детском доме, - со злостью ответила девочка, - и я оттуда сбежала. Скажи врачам, чтобы не отдавала меня назад, ладно?
С утра родители буквально силой увели Макса домой. Дома он слышал, как мама и папа ругаются. Мама настаивала на том, что они должны помочь маленькой Лене Барсуковой, именно эту фамилию они узнали в Борском детском доме. Отец же кричал, что из-за этой девчонки у него будут неприятности, и, уж коли она детдомовская, нужно просто забыть о ней. Цветков переведет ее в государственную больницу, и пусть уже там с ней возятся. Максимка ворвался в кабинет отца и запротестовал. Но в этот раз его никто слушать не стал. А потому, когда через два дня мальчик краем уха услышал, что Лену переводят в Борскую больницу, а оттуда через три недели вернут в детский дом, он решил действовать.
***
- Ты кто такой и к кому пришел?, - сверлила его взглядом высокая худая тетка.
- К Лене Барсуковой, - смело заявил мальчик, - я ее брат.
- У нее нет братьев, - подозрительно посмотрела на него женщина.
- Двоюродный, - тут же нашелся Макс, - пустите. А то я к директору пойду.
После нескольких минут препираний, Лену все-таки согласились позвать. Мальчик был вынужден соврать, что сейчас приедут его родители, Ленины тетя и дядя. А его, самого, вез прямо из школы личный водитель – и так получилось, что их машина добралась быстрее. Часть этой сказки была правдой. Макса действительно привез сюда мамин личный шофер. Ему он тоже соврал: сказал, что так велела мама. Хотя на самом деле Алла даже не знала, что сын куда-то отправился.
Когда Лена вышла к Максиму, у него сжалось сердце. Она была в хлопковый красных колготках с дырками на коленях и синем фланелевом платье, поеденном молью. Она казалась еще тоньше, чем тогда, в больнице.
Увидев Макса, Лена широко ему улыбнулась, и бросилась ему на шею.
Они сели на скамейку в беседке, в небольшом скверике около учреждения. Макс достал из рюкзака большой сверток из фольги. Развернул. Там была жареная курица.
- Я сам пожарил, для тебя, - объявил Макс, и Лена жадно набросилась на угощение.
- А ты?, - спросила она с набитым ртом, пытаясь облизать пальцы, - Давай есть вместе!
Максим кивнул, оторвал от курицы небольшой кусок, и отправил себе в рот, тоже облизав все пальцы, как Лена.
***
- Когда ты увидела фотографию Лены, и сказала, что она моя сестра, я немного растерялся. Нет, она мне не сестра, но больше, чем сестра. - взрослый Макс сидел напротив Анжелики, и по ходу своего рассказа внимательно, и даже с тревогой, следил за ее реакцией. Чтобы не будить остальных, они сделали себе еще по кружке горячего чая и ушли поговорить в другую комнату.