- Так, девчонки, я жду объяснений. Куда сорвались среди ночи, и что это за Антон?
Быков представился. Он коротко рассказал о том, как на него вышла Анжелика. После того, как Антон описал, чем занимается его волонтерское объединение, у Виктора Викторовича загорелись глаза. Кажется, эти люди могут помочь!
- …Короче, я предлагаю выдвинуться туда прямо сейчас, - закончил свой монолог Антон, - если твари сорвутся с места, будет сложнее. Своих я подтяну – вообще не вопрос. Они у меня в режиме круглосуточной готовности. Но мне надо понять. В нашей компании, вообще, будет кто-то при исполнении? Я так понял, лично вы – еще на больничном?
- Будет, - кивнул Калачев, - двое ребят из моего отделения. По документам тоже все оформим как надо. Но уже – постфактум. Сейчас никто ничего не выпишет, а вот если поднять шумиху, уже не отвертятся.
- Поднимем такую, что и в Москве, и на Дальнем Востоке услышат, - заверил Антон, - а как ваши задним числом бумажки оформляют, мы тоже в курсе, - не удержался он от едкого комментария.
Но Калачев сделал вид, что пропустил ироничную реплику мимо ушей. Он набрал номер коллег, которых оставил дежурить у коттеджа.
Антон отправил несколько смсок и громко объявил:
- У меня все готовы. Встретят нас на выезде из города.
Калачев поднял на него мрачный взгляд.
- Движуха уже началась. Похоже, они уходят.
***
Лизе было нехорошо. Эмоции кипели и выплескивались наружу. Хотелось плакать и кричать. Она пошла на кухню и накапала себе успокоительного. Зубы стукнули о стакан.
Сзади к ней подошла мама и обняла за плечи.
- Дочур, иди спать, м?
Лиза резко обернулась.
- Ты сейчас серьезно? А с папой ты не хочешь поговорить?
- Не нужно соваться, куда не просят, Лизунь. Они мужчины, сами разберутся. Кто тебя вообще во все это втянул, неужели Максим?, - мать качала головой и приглаживала Лизе волосы, - пойдем в твою комнату, там поговорим.
Лиза смотрела на нее в ступоре:
- В смысле, не надо соваться, мам? В смысле – не надо соваться?!
Девушка сбросила с себя ее руки и вылетела из кухни. Еще недавно в ее сознании была картинка идеальной семьи. Ее семьи. А теперь – какие-то обожженные обрывки, той самой приторно-сладкой, почти рекламной, картинки.
Лиза влетела в гостиную. Открыла дверь так, что она бахнула о стену. Но на нее никто не обратил внимания.
«Надо было захватить успокоительного и брату», - пронеслось в голове.
Рома, с красным лицом и совершенно безумным взглядом нависал над отцом, который сидел в кресле с отрешенным выражением.
- Чего ты молчишь, бл$%#?, - Рома встряхнул отца, но у того не дрогнул ни один мускул.
- Мы поговорим завтра, когда ты придешь в себя.
Рома занес кулак, и Лиза тихонько вскрикнула. Но брат изо всей силы впечатал кулак в стену.
- Я в себе! Давай уже! Скажи мне, папа! Это же ты ее, да? Ты?!
Молчание. Рома отвернулся от отца и заметил Лизу. Не дожидаясь вопроса, он тихо заговорил.
- Когда мы с Ленкой начали встречаться, бате это не понравилось. Он из месяца в месяц мне капал на мозги, что у нас ничего не выйдет. Что мне нужна невеста из нормальной семьи. Он там нарыл инфу, что Ленкины родители наркоманы конченые, вот и бросили ее. Ну, ты в курсе, да?
Лиза молчала.
- Я его не слушал. Мне вообще пофиг было на ее родителей. Но потом папенька вдруг начал мне говорить, что Ленка со мной только из-за денег. И что найдись кто побогаче, тут же к нему переметнется.
- Бред…, - отозвалась Лиза.
- Да, я тоже так сказал. Но папа предложил проверить. Сказал, даст ей денег. А она, если любит, останется. А нет – так свалит в закат.
- И ты согласился?
- Да, - процедил Рома, - я согласился. Я был уверен, что она его пошлет. Мы пошли в клуб. Только начали танцевать, и вдруг она сказала, что срочно нужно отлучиться, поговорить кое с кем. Ну окей – отец меня предупреждал. Короче… больше я ее не видел. Утром мне папенька сказал, что дал ей десять лимонов и попросил исчезнуть из моей жизни. И что деньги она взяла, и тут же испарилась. Только записку, типа, передала.
- Какую?, - Лиза не верила своим ушам. Она что, все это время жила на Марсе, что ничего не замечала?
- Что я не нужен… что начинает новую жизнь. А я, идиот, только сейчас понимаю, что даже почерка ее не знал! Мы же от руки никогда друг другу не писали! Так что, папа? Ведь никаких денег ты ей не давал, да? Ты просто ее подставил?, – Рома снова сорвался на хриплый крик и обернулся к отцу.
- Ты все сказал?, - отозвался Цветков, глядя на сына с едва уловимой насмешкой.