«Шок: уважаемый врач незаконно продавал младенцев»
«Дневник пленницы: студентка рассказала о жизни на суррогатной ферме»…
Виктор Викторович держал Анжелику в курсе всех событий и хода расследования. Он рассказал, что в ту же ночь, как девушка уехала, Цветкова-старшего арестовали и поместили в следственный изолятор. Несколько раз он пытался откупиться. Но из-за общественного резонанса сделать этого ему этого не удалось. Напротив, «уважаемому человеку» пригрозили, что еще одна попытка, и на него будет заведено новое уголовное дело - о даче взятки должностному лицу.
Доказательств вины главврача было собрано достаточно: помогла информация, которую Макс перекачал на флешку. Правда, не хватало свидетелей: из охраны особняка Анатолия Федоровича никто не сдал. Как предполагал Калачев, его просто никто не видел: подчиненные держали связь с боссом через посредника. А те, кто мог общаться в Цветковым напрямую – были уже мертвы.
«Отвертится!», - с тоской думала Анжелика, сидя в первой утренней «Ласточке» Москва-Нижний Новгород. Свои показания она уже давно дала, и конечно рассказала, как ее привезли на «обследование» именно в клинику к Цветкову. Примерно то же поведали еще две девушки из приюта. Вот только, - ни одну из них не принимал Цветков лично. А значит, вину можно было свалить на кого угодно. На ту же Ирину Павловну, родственницу Вагена. Кстати, именно эту линию продавливал дорогущий и знаменитый на весь город адвокат главврача.
Кстати, из всех женщин приюта, до сих пор молчала одна только Лена. Это очень удивляло Анжелику. Девушка гадала о причинах: или у Лены психологические проблемы, и она пока не может говорить. Или… она покрывает Цветкова? Не хочет вредить отцу Ромы, даже после всего, что эта семейка ей сделала?
Из поезда Анжелика вышла подавленная. В голове крутилась одна мысль: все зря! Зря она рвет себе сердце. И так часто ездит в город, где живет ОН! Похоже, что справедливости – все равно не найти…
На Московском вокзале ее встречал сияющий Калачев.
- Отличный новости, Ликуша! Цветковы-дети будут свидетельствовать против отца. Они там что-то нарыли по финансам. Лена тоже все расскажет.
Анжелика не поверила своим ушам. Она знала, что Лиза и Рома ни разу не явились по повестке, и вообще, будто бы исчезли из поля зрения. Оно было и понятно: отца обвиняли в «преступлении века», пресса атаковала, в социальных сетях сыпались проклятия… Пойти против родителя, который с самого рождения был рядом: менял памперсы, кормил кашей и ругался с учителями из-за троек… наверное, на это решился бы не каждый. Но Рома и Лиза почему-то решились.
- Посиди здесь, только никуда не выходи. Мне нужен где-то час, потом займусь тобой, - приказал ей Калачев и завел в какой-то тесный кабинетик в следственном управлении Следкома. Дело о суррогатной ферме давно передали из районного участка - выше, и Калачев помогал коллегам.
- Почему это, никуда не выходить?, - с вызовом спросила Анжелика.
- Нет, ну хочешь, погуляй, конечно. Только сейчас твой приедет. С ним еще раз хотят побеседовать.
У девушки екнуло сердце. Сюда придет Макс?
- Я поняла.
- Угу. А может, передумала прятаться? Так и скажи! Ведь он всю душу мне уже вынул – тебя ищет.
- Не передумала, Виктор Викторович.
- Ну смотри. Если что, мы будем рядышком, в соседнем кабинете, - пристально посмотрел на нее следак и вышел из комнаты.
Анжелика села на подоконник и достала из рюкзачка термос с лимонным чаем. Она смотрела из окна на улицу и ругала себя. Почему бы, прямо сейчас, ей не устроиться за столом, не открыть планшет и не поработать? Что она хочет увидеть из окна этого трехэтажного светло-розового здания? Или, точнее, кого?
Быть может… высокого, подтянутого мужчину, который сейчас быстро приближается к центральному входу?
Конечно, его! Без всяких сомнений! У Анжелики сформировался горький комок в горле.
Ее Макс уверенно шагал по дорожке. Русые волосы идеально подстрижены и уложены, кожаная куртка небрежно расстегнута. В одной руке – кожаная папка для документов. В другой… хрупкая тонкая ладошка невысокой брюнетки. Лена!
Да, Анжелика уже знала, что Лена – бывшая невеста Ромы, а не Макса. Но что это меняло? Где-то в глубине души, она никак не могла поверить, что чувства Максима к Лене - прошли.
В какой-то момент, ей очень захотелось выбежать навстречу. Прижаться к груди Макса, вдохнуть его аромат с легкими нотками цитруса.