— Ага, а что? — осторожно поинтересовался Антон, чуя печенкой, что отсидеться без происшествий не удастся.
— Не отпускай его. Сейчас фээсбэшники нагрянут, будут его допрашивать.
— Что случилось-то?
— Да, похоже, тут у нас дезертир с автоматом гуляет, — безрадостно добавил Славка. — Только что ориентировка пришла. Ты рад?
— Зашибись как! — буркнул Антон, с неудовольствием посмотрев на раздрыгу. И чего не отпустил его пять минут назад? Тогда это стало бы чужой проблемой…
Хотя не факт. Может, еще хуже было бы.
Время тянулось бесконечно долго. От скуки Антон громил злыми птичками свиные укрепления, безнадежно увязнув на двадцать втором уровне. Как ни старалась его разноцветная армия, издающая беззвучные вопли, свиньи упорно сопротивлялись, омерзительно ухмыляясь после очередного проигрыша противника. Лишенный развлечений раздрыга молчал, изредка вздыхая, и глядел то в пол, то в потолок, действуя Антону на нервы. В раздолбанном китайском приемнике певица с диким именем Ёлка радостно мурлыкала о Провансе, пилоте и уютном кафе, от ее мурлыканья становилось еще более тошно.
«Кому-то Прованс, — с яростью думал Антон, вспоминая, что не отгулял положенный отпуск до конца, — а кому возись с дебилоидами! Говорила маманя: иди, сынок, в адвокаты!»
От обиды, что он не сидит сейчас в теплом адвокатском офисе, Антон сосредоточился на игре и разгромил зеленых свиней в пух и прах, что слегка его приободрило. Злые птички беззвучно ликовали.
Где-то к обеду за свидетелем явились двое: мрачный фээсбэшный майор и еще более мрачный и какой-то пришибленный особист из воинской части. Внимательно выслушав показания раздрыги, они, невзирая на его сопротивление, направились осматривать место происшествия. Из любопытства Антон взглянул на ориентировку с плохой фотографией, явно вынутой из личного дела. На снимке был белобрысый пацан с пухлыми губами, испуганным телячьим взором и тяжелым упрямым подбородком. Простецкое крестьянское лицо, одно из тех, которые трудно запомнить. Никаких особых примет, никаких ярких черт. Измени Лыткин внешность, перекрась волосы, нацепи на нос очки — и его никто не узнает.
— Вы тоже собирайтесь, — приказал особист Антону.
— Так меня там даже не было, — попробовал отбрехаться он. — Вы лучше патрульных возьмите.
— Они тоже поедут, — ответил фээсбэшник злым голосом. — Лейтенант, ты что, не понимаешь? У тебя тут бегает психованный пацан с автоматом и, между прочим, с полным боекомплектом. А ну как он палить начнет во все стороны?
Раздрыга посмотрел на Антона с ехидной ухмылкой, мол, я же вам говорил. Подавив желание дать Чебыкину пинка, Антон стянул с вешалки свою куртку и, вытащив из сейфа пистолет, торопливо вышел следом за группой.
Помимо патрульных, искать дезертира выехал и начальник ОВД, косившийся на Антона, словно тот был в чем-то виноват. Место искали долго. Разволновавшийся раздрыга пару раз указывал неверно, но после согласования с дежурившим тогда патрулем наконец вспомнил, где остановилась его машина. Выйдя на пустую дорогу, все рассеянно огляделись по сторонам. Антон тоже осмотрелся, мрачно думая, что сейчас объявят очередное усиление и плакали тогда законные выходные. Придется рыскать по окрестностям, искать этого Лыткина, пропади он пропадом!
— Куда, говорите, он побежал? — спросил фээсбэшник.
Раздрыга неуверенно махнул рукой вправо, патрульные пожали плечами.
— Да мы его вообще не видели.
— Туда, туда, — рассердился Чебыкин. — Следы были же.
«Наблюдательный какой», — разозлился Антон, ежившийся на холодном ветру.
— Дорога закрыта, — задумчиво сказал фээсбэшник. — Шансов, что его кто-то подобрал, мало… Хотя всякое могло быть… Вас почему из города выпустили?
— Не знаю, — рассеянно ответил раздрыга. — Никто ни о чем не спросил… Но я рано выехал. Может, еще до штормового предупреждения.
— Говорите, мобильник у вас отобрал? Номерок запишите, попробуем отследить.
Раздрыга закивал, а потом, пошарив в кармане, нашел пачку визиток, отпечатанных на дешевой бумаге, и дал одну фээсбэшнику. Не глядя, тот сунул ее в карман и, отвернувшись от летевшего в лицо снега, уставился вдаль.
— Если исходить из того, что Лыткина никто не подобрал, куда он мог деться? — спросил фээсбэшник, посмотрел направо и повернулся к Антону: — А что у нас вон там?
— Ничего, — ответил он.
Фээсбэшник вытащил свернутую в несколько раз карту, долго выискивал место, где они находились сейчас, а потом недовольно спросил: