— Послушайте, леди, — вкрадчиво сказал Солард. — Я готов признать, что был с вами груб. Но разве вам не говорили, что пьяные мужчины для незамужней юной леди не лучшая компания? Да и для замужней тоже. Какого дьявола вы подслушивали?
— Это вышло случайно!
— Я малость погорячился.
— Погорячился⁈ Малость⁈ Да вы на мне платье порвали! А ваши руки…
— Что с ними не так? — лорд Калверт с деланной улыбкой принялся рассматривать свои пальцы. — Руки как руки. Маникюр теперь в порядке.
— Вы меня трогали! Везде! Против моего желания!
— Я справедливо подумал, что моего желания достаточно.
— Хам! — Мэйт окончательно вышла из себя.
— Эй! Полегче! Перед вами как-никак высший лорд!
— А мне показалось, что это животное вцепилось в мою губу! Там, в саду! Вы были мало похожи на лорда! Вообще на человека!
— У меня давно не было женщины, вот и я не сдержался. Вы так восхитительно пахли. К тому же перебрал. А тут еще вино ваших прелестей ударило мне в голову. И в другое место. Зато теперь вы знаете, как устроены мужчины. Могли бы мне спасибо сказать.
— Ну, вы и скотина!
— Чего это я скотина? Я даже ваши ноги почти не разглядел. А хотелось бы.
— Ему бы хотелось! Не смейте больше появляться в нашем доме!
— Да я у вас теперь каждый день буду бывать. И по три часа торчать в гостиной. Раз я вас нашел. И это платье вам идет. Правда, оборочек многовато. Ничего ж не видно.
— Оборочек! Да на вас никаких платьев не напасешься! Вы рвете их как дикий зверь!
— Это называется страсть, — нагло ухмыльнулся герцог Калверт.
— Ну, хватит! У меня нет сил, продолжать этот разговор! — и Мэйт развернулась к нему спиной. Щеки и шею заливала краска. Да уж! «Устроен» он основательно! Чуть пупок не проткнул!
— Да, ноя́еще не все сказал. Как я понял, вы не очень-то богаты. А вот у меня этих денег полно. А ну-ка повернитесь ко мне лицом! А не то я как шарахну по вам ментальной магией! И все равно заставлю выслушать!
Мэйт нехотя обернулась. Чего ему еще надо?
— И какое отношение вы имеете к материальному благосостоянию Котисуров? — ехидно спросила она.
— Пока никакого. Но готов поучаствовать. Вы мне не мешаете, и я оплачиваю ваши счета.
— Не мешаю делать что?
— Я должен выиграть пари. Я, видите ли, маг. Красный уровень.
— Я не слепая. Прекрасно вижу, какого цвета камень в вашем магическом перстне.
— И я не собираюсь становиться каким-то целителем.
— А я не собираюсь допустить, чтобы вы сломали жизнь моей сестре!
— Вы ни в чем не будете нуждаться.
— Купить хотите? Вот уж точно: ни совести, ни чести.
— В конце концов, вам могут просто приказать.
Мэйт задумалась. Вспомнила вдруг об имперском этикете. Который вдалбливали в голову каждой девушке благородного происхождения с младых ногтей. Маги красного уровня это главное богатство империи. И задача каждой леди способствовать поднятию их боевого духа. Выглядеть в их присутствии и вести себя так…
Дальше Мэйт старалась не читать. Формулировки были туманные, но суть понятна. Выглядеть так, чтобы постараться их соблазнить, этих красных магов. Склонить их к продолжению рода. Ибо именно красные маги крайне сдержанны в чувствах. Насколько, что император то и дело выходит из себя. И издает указ. Женит их практически насильно. Ну а что остается?
Мэйт невольно смутилась. А вот у нее, похоже, получилось. Соблазнить. Ни один высший лорд не позволит женщине увидеть, какого цвета у него глаза, если он к этой женщине равнодушен. Это все равно, что открыть душу.
— Я вижу, что в вашей хорошенькой головке что-то щелкнуло, — одобрительно кивнул герцог Калверт, внимательно наблюдавший за лицом Мэйт. — Мне нравятся практичные девушки.
— Если мои чувства к вам вдруг изменились, что это вовсе не из-за ваших денег.
— Как интересно! А из-за чего же?
— Имперский этикет.
— Чего-чего?
— Вас разве не учили светской этике?
— Меня много чему учили, но вот слова «этика» я на этих занятиях не припомню, — снова ухмыльнулся герцог. — Я убийца, леди. Какая к черту этика? Меня учили убивать любыми способами. Мечом, огнем, ментальной магией, если противник к ней чувствителен.
— Но ведь вы убивали не людей, а тварей.
— Некоторые твари научились обращаться в людей. Вы здесь, в столице, о многом не знаете.
— Я всего месяц как в столице, — резко сказала Мэйт. — А родилась и выросла в гарнизоне.
— Где именно?
— На юге.
— Значит, вы не знаете о том, что творится на западе. И слава ангелам.