— Скольких он убил?
— Считая Нелли? Восьмерых. Это за последний год. Что было раньше, я не знаю.
Саран отложила палочки и перевела дух. Ночная Заступница! Некий шаман убил почти десять человек, и об этом еще не трубят на каждом углу? Что стало с сарафанным радио? И почему демоны не соберутся и не изловят его?
— Не только в Москве?
— По всему миру.
— И ты приехал специально, чтобы остановить его?
Что-то не сходилось. О приезде Луиса стало известно за три дня до того, как убили Нелли. Пхатти знал заранее.
— Человек Пхатти связался со мной и сказал, что у него есть информация. Он был готов поделиться ею, но лишь при личной встрече. Я приехал, чтобы встретиться с ним.
— С ним — это с Гораном? С барменом?
Кажется, Саран начинала понимать, что происходит. Но получавшаяся картинка ей очень не нравилась.
— Да, он сказал, куда прийти и к какому времени. Я не думал, что шаман в Москве. Смерть Нелли стала неожиданностью. К сожалению, нам не удалось остановить его — пришлось взламывать замок, и убийца успел сбежать.
— Нам? — перебила Саран.
— Помнишь, я уже упоминал, что у меня есть друг-шаман?
Саран кивнула. Она встала и прошлась по кухне.
Луис был прав. Пхатти знал, кто убийца, и прикрывал его. Он использовал для этого Саран, ее магию. А еще Горана. Но Горан был мертв. И это означало, что Пхатти еще вчера начал подчищать концы. Но почему-то она, Саран, до сих пор жива. Неужели Пхатти планировал убить ее, подослав тех троих в черных банданах? Трое безоружных людей против лисы? Демон не мог знать о ее проблемах с магией, а значит, та троица выполняла какую-то иную функцию… Напугать? Заставить уехать?
Саран заметила, что Луис наблюдает за ней. Он явно догадывался о ходе ее мыслей, но молчал, давая возможность догадаться обо всем самой. Зачем Пхатти подослал якобы убийц? И зачем там был Кирилл?
— Пхатти знал, что ты будешь следить, — теперь она рассуждала вслух. — И хотел выйти на тебя через меня.
— Уже не в первый раз, заметь.
— А Кирилл? Он-то зачем понадобился?
— Самому интересно. Только знаешь, — Луис задумчиво прикусил губу, — мне кажется, он должен был привезти тебя и остаться в стороне, не вмешиваться. Может быть, убедиться, что все пройдет, как задумывалось. Но у него не получилось.
Луис мог так думать, но не Пхатти. Демон должен был понимать, что Кирилл вмешается. После шести лет ежедневного общения ее магия не могла не повлиять на него. Кирилл был обязан вмешаться. Но трое против одного, точнее, двоих? Никаких гарантий. Интересно, чем бы все закончилось, не появись Луис? Не мог же Пхатти в самом деле планировать избавиться от Кирилла таким нелепым способом. Значит, рассчитывал, что их «спасут».
— Пхатти знает об этой квартире?
— Ты думаешь, он пытался узнать, где я поселился?
Судя по тону, такая мысль уже приходила Луису в голову, но он от нее отказался.
— Почему нет? Тебе ведь уже пытались подбросить GPS-маячок.
«Пытались подбросить» — как скромно!
— Пхатти таким образом не меня искал, — возразил Луис, но больше ничего не добавил.
Кого, если не его? Друга-шамана? Интересно, где он сейчас. В квартире ни следа: ни свечей, ни оберегов, ни меловых остатков магического круга на полу. Оно и к лучшему. Встреча с шаманом грозила большими неприятностями. Амулет из слоновой кости защищал Саран от праздных взглядов, но рисковать все равно не стоило.
В соседней комнате слабо застонал Кирилл.
— Давно пора, — усмехнулся Луис, вставая со стула, и посмотрел на часы: — Не меньше десяти таблеток заглотил. Еще чуть-чуть — и в морг.
Кирилл выглядел неважно. Хуже, чем несколько часов назад. Наглотавшись обезболивающего, он перестал что-либо чувствовать, и потому казался сначала совершенно здоровым — если не считать повязку на плече и запекшуюся под носом кровь. Но эффект от таблеток проходил, чувствительность возвращалась, и Кирилл, еще не придя окончательно в сознание, стонал и катался по постели. Он то пытался схватиться за больное плечо, то отдергивал руку, словно обжегшись. На лбу у него проступила испарина, глаза под полупрозрачными веками беспорядочно метались из стороны в сторону.
Луис присел на краешек кровати и взял Кирилла за руку — за запястье, как средневековый лекарь, решивший проверить пульс. Как ни странно, Кирилла его прикосновение успокоило. Он перестал дергаться и задышал ровнее. Прошла минута, и сонные глаза раскрылись. Кирилл уставился, не узнавая, на Луиса, на Саран, обвел непонимающим взглядом комнату — и сглотнул.
— Принеси, пожалуйста, воды, — попросил Луис, не оборачиваясь.
Саран послушно отправилась на кухню, нашла стакан и набрала воды из-под крана. Авось не отравится. Вернувшись, она протянула стакан Кириллу. Луис подсунул ему под спину подушку и помог сесть. Потом достал пузырек.
— По одной и не чаще, чем раз в два-три часа, — предупредил он.
Кирилл дрожащей рукой взял таблетку и запил несколькими глотками. Саран отвела взгляд. Неужели и правда пытался покончить с собой? Хотелось схватить Кирилла за грудки и хорошенько встряхнуть, так чтобы зубы застучали. Еле сдержалась. Кирилл еще раз обвел мутным взглядом комнату и наконец что-то для себя решил. Вернув стакан, он посмотрел на Саран и прохрипел:
— У Пхатти не было выбора.
До этого момента Саран еще надеялась, что ошиблась. Что ошибся Луис, и все происходящее можно было объяснить как-то иначе. Но первые же слова Кирилла развеяли эту надежду. Не зная, что ответить, она попыталась выиграть время — поставила стакан на подоконник, задернула шторы, поправила неровные складки. Луис как назло молчал.
— Зачем он послал тебя? — наконец собравшись с мыслями, спросила она.
— Чтобы защитить. Он хотел поговорить, объяснить…
— Что объяснить?
— Почему тебе нельзя… с ним… — Кирилл перевел взгляд на Луиса.
Каро вежливо кашлянул и потупился.
— Ты знаешь, кто на вас напал? — спросил он.
Кирилл кивнул, но рассказывать не торопился.
— Кир, — Саран присела на кровать рядом с больным, — если ты знаешь, кто убил Нелли, ты ведь не станешь молчать?
Противостоять ей он не мог, поэтому просто закрыл глаза. Саран терпеливо ждала, позволяя Кириллу лелеять гордость и самому выбрать момент. Ждать пришлось недолго.
— Ты хочешь, чтобы я предал Пхатти и выдал ему, — Кирилл дернул подбородком, указывая на Луиса, — чужаку, все секреты?
— Ради Нелли, Кир, — напомнила Саран и тише добавила: — И ради меня. Кто-то послал тех людей, чтобы навредить мне. Я должна знать, кто это был.
— Пхатти мог бы защитить тебя не хуже пришлого охотника.
— Так же, как он защищает убийцу Нелли? Или так же, как защитил Горана? Кир, неужели ты не видишь: ему проще избавиться от меня, чем возиться и что-то там объяснять!
— Ты знаешь про Горана?
— Новости быстро расходятся.
— Это был не Пхатти.
— А кто?
— Ты слышала про право убежища?
Саран, не сдержавшись, ударила кулаком по пледу. Слышала! Как же! Идиотский пережиток феодализма. Вассал моего вассала не мой вассал. Верховный демон имеет право сам судить своих подданных, а также посылать далеко и надолго всех, кто сунется с советом. Преступник же, в свою очередь, может потребовать от демона защиты и честного суда независимо от того, какое преступление совершил. Разумеется, демон мог отказаться и выдать его обиженной стороне… Но это считалось неблагородным. Если кто-то попросил убежища по всем правилам, ему не отказывали.
Выходит, убийца приехал в Москву, признал себя подданным Пхатти, и для того теперь было делом чести защищать и оберегать его — до собственного суда, разумеется. Который мог состояться когда угодно. Или не состояться вовсе. А то и завершиться полным оправданием. Судя по тому, как тщательно Пхатти скрывал убийцу даже от своих, именно к тому все и шло. Он собирался замять дело.
— Скольких еще он убьет? — с горечью спросила Саран. — Там, на парковке, это было предупреждением? Он демонстрировал силу?
— Она, — едва слышно выдохнул Кирилл. — Пхатти хотел все тебе объяснить, показать, что так будет лучше. Но она решила не ждать.