— Приветствую. А я вот тут стою. Жду вас.
Без комментариев. Он не только был не в духе, но и, похоже, не имел желания говорить. Инспектор снял пальто и, положив его на скамейку, бросил туда же шляпу, после чего проследовал в кабинет, посмотрел на часы и остался стоять лицом к двери в прихожую. От моего письменного стола открывался отличный вид на его широкие грузные плечи и обширный зад. Я добрых три минуты любовался впечатляющим зрелищем, пока от этого занятия меня не оторвал Вулф, который вошел в кабинет и, наградив инспектора злобным взглядом, направился к своему письменному столу. Когда Кремер развернулся и протопал к красному кожаному креслу, Вулф перевел злобный взгляд на меня.
— Не успел вам позвонить. Он только что пришел, — объяснил я.
Поставив в вазу ветку Vanda suavis, Вулф сел и принялся неторопливо просматривать почту.
— Не торопитесь, — ледяным тоном произнес Кремер. — Я тоже не тороплюсь. У нас весь день впереди. Вы подробно доложите мне, кто что говорил в этой комнате, включая вас с Гудвином, насчет убийства Сьюзан Брук. Начните с Питера Вона. Сколько раз он приходил сюда, когда именно и что рассказывал?
Итак, дело было в Долли Брук. Ее заявление, все три копии, лежало в сейфе. Сейф надежнее запертого ящика письменного стола.
Вулф отодвинул в сторону почту и развернулся.
— Это ни в какие ворота не лезет, — заметил он даже не возмущенно, а просто констатируя факт. — Ваш убийца сидит за решеткой. И я действовал и продолжаю действовать в его интересах, согласно инструкциям его официального адвоката. Вы ведь наверняка не рассчитываете получить здесь информацию, позволяющую избавить его от меня? Даже если бы она у меня и была, я не собираюсь вам ее раскрывать. Ни в какие ворота не лезет. Может, я ошибаюсь насчет своего правового статуса? Мне пригласить сюда мистера Остера?
Это звучало впечатляюще, но явно не впечатлило инспектора.
— Я знаю о вашем правовом статусе, — по-прежнему ледяным тоном заметил он. — Однако вы не работаете на Питера Вона и Остер не является его адвокатом. Меня интересует, когда и где вы с Гудвином видели Вона и что он говорил.
Вулф покачал головой:
— Чушь! Вы явно не в себе. И это тоже ни в какие ворота не лезет. Мы встречались с мистером Воном, действуя исключительно в качестве официальных представителей мистера Уиппла и его адвоката. А вы здесь в качестве официального противника мистера Уиппла.
— Нет.
— Нет? — удивленно поднял брови Вулф.
— Я здесь в качестве главы отдела расследования убийств Южного Манхэттена. Но не по поводу убийства Сьюзан Брук. А по поводу убийства Питера Вона.
Если он хотел произвести на нас впечатление, ему это удалось. Моя голова дернулась влево, в сторону Вулфа, а его — вправо, в мою сторону. Судя по его взгляду, можно было решить, что это я убил Вона, а судя по моему, что это сделал он, поэтому Кремер был явно озадачен.
Вулф посмотрел прямо на инспектора:
— Полагаю, это не чушь и не дурацкая шутка. Подробности?
— Три часа назад один прохожий заглянул в окно автомобиля, припаркованного на Второй авеню возле Тридцать второй улицы, а потом рассказал патрульному о том, что увидел, и патрульный пошел посмотреть. На полу у переднего сиденья лежало тело человека, согнувшегося пополам; голова и плечи находились на уровне пола. Убит выстрелом в упор, пуля прошла на четыре дюйма ниже правой подмышки, между ребрами и прямо в сердце. Если смерть оказалась мгновенной, в чем не приходится сомневаться, убийство было совершено между девятью вечера и полуночью. Труп опознан. Питер Вон. Автомобиль принадлежит фирме его отца «Херон Манхэттен, инк.». Оружие не обнаружено. Да, я знаю о вашем правовом статусе.
«Теперь ему не придется отвечать за то, что лгал полиции», — подумал я. Похоже, никакой другой умной мысли у меня в тот момент не возникло.
Вулф закрыл глаза, затем открыл:
— Данбар Уиппл был в тюрьме с девяти вечера до полуночи?