— Всего лишь предположительно. Когда спустя час я позвонил ему домой, какая-то женщина, скорее всего горничная, сказала мне, что он недавно ушел.
— А где он живет?
— На Западной Семьдесят седьмой улице. Между Пятой авеню и Мэдисон-авеню. Предположительно с родителями. В телефонном справочнике телефон значится за миссис Самюэль Вон.
— Нам необходимо знать обо всех его вчерашних передвижениях. До и после того, как он звонил сюда.
— Непременно.
— И как ты предлагаешь действовать?
— Поспрашивать людей. Рутина. Если хотите ускорить процесс за деньги, можно привлечь Сола, Фреда и Орри. У нас даже будет одно преимущество: у всех уже будут готовые ответы на наши вопросы. Поскольку они наверняка успели побеседовать с копами.
— Это невыносимо! — пробурчал Вулф.
— Да, сэр. А весь этот сыр-бор еще больше осложнит дело. Может, нам стоит просто спокойно посидеть и погадать, кому именно, мужчине или женщине, Вон собирался задать те вопросы. Я как раз размышлял об этом в такси по дороге домой.
— И?..
— В том состоянии, в котором он уходил от нас во вторник утром, ему оставалось только вернуться домой и завалиться спать. К часу дня он наверняка еще дрых без задних ног. В телефонном разговоре он сказал, что проспал семнадцать часов кряду, а значит, проснулся в шесть утра. Таким образом, в его распоряжении был весь день, и он безусловно с кем-то встречался перед тем, как позвонить мне. Он сообщил мне, что, возможно, чуть позже скажет нечто важное. Он не стал бы употреблять слово «важное», если бы ему в голову просто пришла шальная мысль. Он собирался выяснить нечто такое, что видел или слышал. Ну как, приемлемо?
— Да. Но ты ничуть не продвинулся.
— Я уже немного продвинулся. Загвоздка только в том: что или кто? Что продолжало грызть Питера Вона, пока он отсыпался? Рассказав о Долли Брук, он снял камень с души, и теперь его мучили всего два вопроса: кто убил Сьюзан и была ли она, по его собственным словам, страстно увлечена Данбаром Уипплом или все-таки не была? Что касается его догадок насчет убийцы Сьюзан Брук, он считал возможным, даже вполне вероятным, что это дело рук Долли. Однако то был всего лишь оставшийся без ответа вопрос, над решением которого уже работали другие люди. На самом деле Питера Вона мучил второй вопрос, и он хотел знать правду… Хорошо, тогда куда он мог пойти? — развел я руками. — Питер Вон вроде бы простой, прямолинейный парень. Он мог бы отправиться прямиком к Данбару Уипплу, но тот сейчас парится в тюрьме. Идти к Долли Брук для Вона вообще не имело смысла. Он уже слышал все, что она могла сказать, хотя точно не знал, убивала она или нет. Таким образом, для него оставались две возможности: родители Уиппла и сотрудники КЗГП. Вот туда-то он и мог пойти. К Полу Уипплу, или в КЗГП, или туда и туда. Предлагаю вам позвонить Уипплу. Если он скажет «нет», я наведаюсь в КЗГП и спрошу Мод Джордан, в котором часу там вчера был Питер Вон.
Вулф приподнял плечи на одну восьмую дюйма и снова опустил:
— Что ж, это не повредит. Даже если…
Вулфа прервал звонок в дверь. Я пошел в прихожую проверить, кто там, и, сообщив Вулфу, что это Уиппл, с удовольствием сделал двенадцать шагов в сторону входной двери в предвкушении полного морального удовлетворения после впустую потраченных на Долли Брук двух часов. А что еще могло привести сюда Уиппла в разгар рабочего дня? Когда, открыв дверь, я протянул Уипплу руку, то, кажется, слегка перестарался. Обычно я не ломаю людям пальцев, но рукопожатие у меня действительно крепкое, и Уиппл, похоже, это почувствовал. Я провел его в кабинет и, скрыв победную усмешку, усадил в красное кожаное кресло. Уиппл объяснил, что не стал звонить, а пришел прямо к нам, поскольку у него есть важное сообщение, способное создать проблемы для людей, которые этого явно не заслуживают. Вулф поинтересовался, кого он имеет в виду, и Уиппл поднял руку поправить очки. Очки иногда бывают очень полезны, позволяя отвести взгляд и выиграть пару секунд на поиск нужных слов.
— Быть может, вы еще не в курсе, — начал Уиппл. — Убит тот молодой человек, Питер Вон.
— Да, я знаю, — кивнул Вулф.
— Тело нашли в припаркованной машине. Беднягу застрелили.
— Да.
— Вы знаете… — Уиппл внезапно охрип и, откашлявшись, начал снова: — Вы ведь знаете, что при всех своих неприятностях я всегда был с вами абсолютно откровенен.
— Не вижу оснований в этом сомневаться.
— Так и было. Абсолютно откровенен. Я рассказал все, что вам следовало знать. Но есть кое-что, чего мне не следовало бы говорить, хотя я знаю, что должен. Это наверняка создаст проблемы для людей, которых я считаю своими друзьями. Они не только друзья, но и важные люди… для моей расы. Однако просить вас о помощи, принимать ее и при этом утаивать факты, которые вам необходимо знать, было бы достойно презрения.