— Угу. Наконец-то до вас дошло. Принимаю ваши извинения. Жаль, что сейчас вечер пятницы, начало уик-энда, а завтра многих из них, а возможно и никого, просто не будет дома. Полагаю, они все заслужили право присутствовать на финальном акте. Все сотрудники КЗГП, даже Остер. А также мистер и миссис Кеннет Брук. И почему бы не пригласить мать Сьюзан? Кстати, у нее прав побольше, чем у других. Она была вместе со Сьюзан, когда Ричард Олт застрелился на крыльце их дома. Если верить Друкеру, она помогла дочери отшить незадачливого поклонника. Она должна… — Я осекся.
— Что такое? — удивился Вулф.
— Ничего. Примерно то же самое, что и в случае с монофтонгами, когда вы сочли это пустяком. А что, если она решит разделаться и с матерью тоже, причем именно сегодня вечером? Вот была бы штука!
Я повернулся к телефонному аппарату. У меня не было номера телефона миссис Мэтью Брук. Пришлось заглянуть в телефонный справочник. Я выслушал четырнадцать длинных гудков, на два больше, чем обычно. Я никогда не ошибаюсь с набором номера, поэтому сразу набрал другой номер, на сей раз записанный на визитной карточке, и мне ответили.
— Квартира миссис Брук, — услышал я знакомый голос.
— Это Арчи Гудвин. Я звоню из кабинета Ниро Вулфа. Мистер Вулф хотел бы задать вопрос миссис Мэтью Брук, но я не смог до нее дозвониться. И я подумал, что, возможно, она сейчас у вас. Ну как?
— Нет. А что он хочет у нее узнать?
— Ничего особо важного. Рутинный вопрос. Но хотелось бы получить ответ прямо сейчас. Вы, случайно, не в курсе, где я могу ее найти?
— Нет. Хотя очень странно…
Молчание. Через пять секунд я спросил:
— А что тут странного?
— Я подумала, может… А вы сейчас где?
— В кабинете Ниро Вулфа.
— А она разве не у вас?
— Нет.
— Я подумала, может, она собиралась встретиться с ним. Она позвонила час назад, попросила разрешения взять мой автомобиль — она его часто берет — и сказала, что собирается встретиться с человеком, обещавшим рассказать ей что-то касательно Сьюзан. Я спросила, это, случайно, не Ниро Вулф, но она не ответила. Сказала, что обещала никому ничего не говорить. А вы уверены…
— Значит, она взяла автомобиль?
— Полагаю, что так. Вы уже…
— Синий седан?
— Да. Вы уже…
— Простите, я сейчас не могу говорить. — Я положил трубку и повернулся к Вулфу. — Я был прав, когда сказал: «Вот была бы штука!» Примерно час назад миссис Мэтью Брук взяла автомобиль миссис Кеннет Брук, чтобы встретиться с кем-то, кто позвонил ей по телефону и сказал, что может сообщить ей что-то о Сьюзан. Быть может, она еще жива. Несмотря на все паршивые обстоятельства. Мне самому поговорить с Кремером или это сделаете вы?
— Зачем?
— Господи боже мой! Чтобы перехватить треклятый автомобиль!
— Это необязательно. Сол.
— Причем здесь Сол? Он ведь не может…
— Он пасет мисс Джордан. Как тебе известно, ему вчера поручили навести о ней справки. Он позвонил сегодня утром вскоре после твоего звонка из Эвансвилла, и я велел ему взять в помощь Фреда и Орри, чтобы установить постоянное наблюдение за мисс Джордан.
Я положил обратно в карман связку ключей, которую успел достать. На связке был в том числе ключ от запертого ящика, где лежала записка с регистрационным номером синего седана.
— Черт побери! Могли бы так и сказать!
— Арчи, перестань ворчать!
— Если вы хотите назвать меня сварливым, то да, я такой. Как бы вы себя чувствовали, как бы чувствовал себя я или инспектор Кремер, если бы она пополнила список убийств теперь, когда мы ее засекли? И вы отлично понимаете, что любой болван может оторваться от хвоста, даже если это Сол Пензер. Вы хотите передать ее Кремеру прямо на блюдечке с голубой каемочкой. Ну да, я тоже. Однако было бы куда спокойнее прямо сейчас позвонить инспектору и сказать, что женщина, убившая Сьюзан Брук и Питера Вона, находится где-то на его территории в синем седане «херон» вместе с миссис Мэтью Брук, которую собирается тоже убить. Номер автомобиля у меня здесь, в ящике.
В ответ Вулф спросил, просто ради информации:
— Ты хочешь это сделать?
— Ну да, только об этом и мечтал!
— А Сол захотел бы?
— Если он ее упустил, то да. А если он по-прежнему у нее на хвосте, то нет.
Вулф поднял руку ладонью вверх:
— Тогда все просто. Мы определимся с действием или бездействием, исходя из нашей уверенности в профессионализме и дальновидности Сола. Моя вера в него хотя и не безгранична, но очень сильна. И он знает, что она уже убила двоих. Ну что скажешь?
— Я не обязан вам говорить. Когда Сол звонил в последний раз?