— И вам не скучно там, в Рови?
— Некогда скучать… Ну а по воскресеньям ездим в Шорон. Вы не бывали в этом городке? В Шороне дансинг, кафе, кино.
Крэл протянул ей пачку «Ружи».
— Не курю.
— Теперь это редкость.
— Для кого?
Крэл промолчал.
— Для девушек, с которыми встречаетесь вы?
— Я… я не встречаюсь.
Она снова быстро, едва уловимо оглядела Крэла и впервые улыбнулась.
— Ну, для тех, кто живет там, в столице…
Крэл посмотрел ей в глаза. Она не отвела взгляда, и он вдруг почувствовал, что непременно захочет снова встретиться с ней. Он поспешил заговорить и уже не замечал, что сам болтает о пустяках, что изменились у него интонации, что он старается привлечь ее, заинтересовать собой и уже пытается выведать о чем-то личном, сокровенном:
— А в дансинге?.. Там… там весело бывает?
— По-разному. Чаще — не очень.
— Интересные встречи?
— Нет.
— Почему?
— А зачем?
— Вы любите одиночество?
— Привыкла…
Крэл подошел ближе к ней. Совсем близко. Стоял лицо к лицу и смотрел на волосы. Слегка волнистые, не причесанные модно, да еще примятые кепкой, они искрились капельками дождя. Он снял эти капельки, чтобы почувствовать их колючую влагу на ладони, вдруг ставшей сухой и горячей. А она не отпрянула, не испугалась этой неожиданной ласки, но и не приблизилась к нему…
— А на фабрике, там, — Крэл запнулся, — там трудно?
— Не всегда. Там весело.
— Много друзей?
— Нет, не много.
Крэл задумался.
— Вам нравится ваша работа?
— Эта — нет. Вот если бы что-то новое. Постоянно, каждый день новое!.. Так бывает?
— Бывает, но…
— Понимаю — надо учиться.
— Угу.
— Вот и автобус. А ваш на Асперт будет через пять минут.
— Подождите, я хотел…
— Не могу — это последний на Рови.
— Как вас зовут?
— Инса…
Два красных огонька еще виднелись в пасмурной дали, когда подошел автобус на Асперт. Ветер внезапно стих, а дождь всё шел и шел. Уже не сильный. Спокойно и тоскливо протягивались его тонкие струйки, равномерно заштриховывая всё вокруг. Автобус взбирался по серпантине, выхватывая мощными фарами куски трудной, мокрой дороги. Станция уходила вниз. Где-то там, тоже внизу, жил маленький поселок Рови. Туда автобус увез Инсу. Инса, Инса. Имя красивое… Через несколько минут она приедет, войдет в свою комнатушку, разденется… Почему она не оставляет комбинезон на фабрике?.. Расчешет волосы, смятые кепкой… Хорошо было снять с них искринки, ощутить на миг эту нечаянную близость…
Что она делает вечерами? Впрочем, времени у нее мало… Простой ужин, и в постель… Завтра воскресенье. На фабрику ей не надо. Поездка в Шорон. Дансинг. С кем она проведет воскресенье?.. Глупо получается, вот не видел ее, не знал, а теперь… На кого она похожа? Что-то очень знакомое в ее мальчишески дерзких и по-девичьи милых чертах…
Крэл думал об Инсе на протяжении всего пути до Асперта, а Инса… Она доехала до Рови и там, у самой автобусной станции, ее уже ожидал «крейслер». Инса юркнула в тепло уютного лимузина, зябко поежилась от приятной телу перемены и участливо обратилась к человеку, терпеливо сидевшему за рулем:
— Надоело ждать?
— Что поделаешь — нужно ведь. А как у тебя, удачно?
— Не будем об этом.
— Вот как?
— Не «вот как», а… Неприятно сейчас… Давай поедем в город. Может быть, еще успеем на концерт Валентини…
— Пожалуй, только ко второму отделению… Тебе ведь переодеться надо…
Машина чуть присела от рывка и помчалась вниз, в столицу. Инса, не глядя, привычным движением достала из кармашка над сидением пачку «Кэмел», чиркнула зажигалкой, жадно затянулась и закрыла глаза.
Обычно Нолан приезжал позже Крэла, в этот раз он уже был в пансионате. После ужина он пригласил молодого человека к себе в номер. Здесь было тепло и тихо. Мягкий свет торшера помогал отгородиться от страшноватой тьмы, царившей за тюлем огромных окон.
Нолан выглядел усталым, но вместе с тем особенно собранным. Раскуривая трубку, Нолан пытливо посмотрел на Крэла и вдруг спросил:
— Вы чем-нибудь возбуждены сегодня?
— Нет, нет, — слишком поспешно заверил Крэл.
— Ну как хотите. У молодости свои права и свои законы. Простите мне мой вопрос. Он и в самом деле мог показаться нескромным. Просто мне не безразличны стали ваши волнения, тревоги и радости. Словом, всё, что касается вас…