— Мы теряем время, Лео. — нахмурился Лёха, наблюдая за тем, как я остановился возле самого крупного спешно залатанного участка асфальта. Остановился и опустился на одно колено, приложив раскрытую ладонь на место, разрушенное буйством могучей стихии.
Руку ощутимо кольнуло холодом — чувствуя, как постепенно начинают полыхать обожжённые морозом пальцы, я прикрыл глаза и сконцентрировался на иных ощущениях, медленно восстанавливая перед внутренним взором образ врага. Охотника на Демонов ведёт интуиция. Этот урок я усвоил. Настало время использовать свои навыки…
— …ритуал не даст результата, то есть ещё варианты. — решительно заявил топчущийся рядом со мной староста, хлюпнул носом и расстроенно заявил: — Ещё и простуду из-за тебя подцепил. Холодно же!
Вынырнув из транса, в который провалился, стоило мне воссоздать в сознании образ Красного Дракона, я болезненно скривился, растирая занемевшую и заледеневшую ладонь.
— О каких вариантах ты говоришь? ИСБ? Может у клана Морозовых помощи попросить? Нет уж, не нужна мне такая помощь. За неё и потомки мои не расплатятся… Или к Во Шин Во обратиться? Тёмные Кланы неохотно враждуют между собой. Мои проблемы им ни к чему. Могут и Драконам продать, по выгодной для себя цене.
— Это лучше, чем ничего не предпринимать, Лео! Какого чёрта ты так спокоен?! Можно подумать это у меня сразу двух возлюбленных похитили! — обозначив свою позицию возмущённым горячечным шёпотом, рыжий сложил руки на груди. Его искренние вспыльчивость и участие отогрели выхоложенную ненавистью душу, окончательно избавляя меня от последствий слишком глубокого и сильного транса.
— Хочешь действий? Будут тебе действия, сам напросился, не жалуйся потом, — пожал я плечами, чувствуя, как во мне прочно обосновалась уверенность в дальнейших действиях: — Мне кажется, что теперь я смогу отыскать наёмника. Ты со мной?
— Наконец-то он понял, что проще предложить самому! — патетично воззвав к небесам, Лёха оглушительно чихнул, — А что это вообще сейчас было?!
— Я же не задаю тебе неудобных вопросов про твои ритуалы? — парировал я, щёлкая друга по носу и разворачиваясь обратно к «Велару». Вытащив смартфон, я на ходу набрал номер и, дождавшись соединения с вызываемым абонентом, весело поинтересовался: — Вы не слишком соскучились без меня?
— Уши я тебе точно надеру, гер-р-рой, — беззлобно отозвался Гена, отвечая на мой вызов, — Где ты?
— Сам сейчас приеду. Нужна твоя помощь и…твоя машина.
— Новости уже рассказали, и наш герой мчится причинять добро и наносить справедливость! — басовито хохотнул опекун, — Кого ещё приглашаем на вечеринку?
— Это будет неофициальный визит, сопровождающих лучше не брать, — подхватив его игру слов, я невольно улыбнулся, — Но на всякий случай, прихвати с собой парочку подарков погорячее.
— Принято, малыш. Жду, — торопливо завершив разговор, Гена отключился. Сонный голос Аллы на заднем плане послужил для меня лучшим объяснением его поспешности. Не стоило впутывать ещё и её в столь рискованное предприятие.
«Велар» приветствовал наше возвращение звучным урчанием молодого азартного хищника. Удобно устроившись в пассажирском кресле, я вновь сосредоточился, интуитивно определяя направление будущего маршрута и выстраивая дальнейший план действий.
— Поехали за Геной. Там поменяем транспорт, иначе тебе придётся вновь менять автомобиль. Ты со мной до конца?
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. — опасливо выразив согласие, староста заглянул мне в глаза и, прочитав в них выразительный ответ, горько вздохнул: — И где он держит заложниц?
— Там. — усмехнулся я, взмахом руки обозначая приблизительное направление.
— Издеваешься? — спросил староста, взглянув в указанную сторону, и попытался уточнить: — А нельзя конкретнее? Долгота и широта необязательны, но было бы неплохо.
— Нет, друг мой, это было бы слишком просто. На этом пути нас будет вести исключительно моё сердце…
Даже балансируя на грани между отчаянием и падением в бездну безысходности, человек не перестаёт надеяться на лучшее. Надеяться и ждать…
— Ненавижу!!! — грохнув кулаком по столу, Сяолун Во Шин Во вслушался в трагичное позвякивание раскатившихся по полу пустых бутылок и только тогда повернулся к осоловело моргающему собутыльнику: — Ненавижу ждать, Айсберг. Сидеть сложа руки и ничего… ничего не делать.