- Пока только осмотр. Я не всесилен. Сам не справлюсь. Так что вы как раз вовремя. И вы тоже, – добавил Алексей Викторович при виде ворвавшихся в кабинет Максимовой, Лубя и Орновицкого.
- Будем ампутировать. – Решительно заявил Сергей Вадимович, изучив записи бригады “скорой”. Ирина вскинулась:
- Нельзя! Вы её инвалидом хотите сделать?!
- Ирина Васильевна, возьмите себя в руки! – рявкнул Лубь. – У неё повреждены 2/3 мягких тканей, размозжены крупные сосудисто-нервные пучки и повреждена кость! Даже по отдельности каждое из этих состояний – уже предпосылка к ампутации!
- Мы можем её вытянуть! – Ирина решительно отобрала у заведующего бумаги.
- Вы хирурги, но не волшебники и не боги! – стукнул кулаком по столу Лубь.
- Значит, пора ими стать. – Спокойно ответила Ирина, хотя внутри неё всё кипело. Какого чёрта этот человек, мнящий себя профессором, решил, что имеет право калечить людей?! В их профессии нельзя быть столь категоричным! Всегда нужно искать пути, альтернативы! А ведь они были! У них был шанс вытянуть Анну и спасти ей ногу!
- Дима, нам нужен ангиохирург. – Негромко произнесла Ирина, обращаясь к Саксонову. Тот невнимательно кивнул, рассматривая снимки.
- У нас проблема с dorsalis pedis. – Негромко произнёс Дмитрий. Он уже успел переодеться и наведаться в смотровую вместе с Ирой, и теперь нейрохирург хмурился, глядя на лежащие перед ним бумаги и снимки на мониторе. – Смотрите. Пучок проецируется от середины расстояния между лодыжками к I межпальцевому промежутку, где можно прощупать пульс. Пульс не прощупывается, значит, повреждение мы ищем не там. Сергей Вадимович, вы слегка преувеличили степень травматизации мягких тканей. Мы сможем уложить нервный ствол в ложе между мышцами. Одновременно можно проводить склеивание кости. Рискованно, но возможно. 2 мл 1%-ного раствора новокаина под эпиневрий. Между концами оставим небольшой диастаз. Тогда свободный промежуток между концами нерва заполнит гематома, а в дальнейшем образуется соединительно-тканная прослойка, через них потом прорастут новые аксоны.
- То есть вы предлагаете химический остеосинтез? – Глеб наклонился к монитору.
- Да. Сейчас мне это кажется наименее травматичным. После, когда состояние мягких тканей нормализируется, можно будет вернуться к этому. Но сейчас акцент должен быть не на этом. – Саксонов не сводил глаз со снимка.
- Дмитрий Эдуардович, вам флаг в руки. – Негромко заметила Максимова.
- Флаг – не флаг, а инструмент готовьте. – Дмитрий встал.
- Я предлагаю заменить перевязку сосудов мелкого калибра их скручиванием. – Что-то уже писала в карточку Ирина. – Иначе у нас получается слишком много инородных тел.
- Плюс перевязка сосуда на протяжении. – Подхватил Орновицкий. – Мы не сможет перекрыть сосуды в ране.
- Наталья Юрьевна. На вас “верх”. – Ирина посмотрела на Максимову. Та была белее стены, но в глазах пожилого хирурга Ирина видела уверенность и профессионализм.
- Что ж. – Лубь встал. – Могу лишь пожелать вам удачи. Я в этом не участвую. Вы играете с жизнью пациентки и нашей коллеги. И я против, так и знайте. Я не могу запретить вам делать эту операцию... операции. Но отвечать за последствия будете вы.
С этими словами он вышел.
- Пошел ты к чёрту со своими пожеланиями. – Негромко произнесла Ирина. Ответом ей было молчаливое согласие коллег. И тут же в кабинет ворвалась Ася.
- Я тут! – крикнула она с порога и тут же споткнулась, едва не рухнув с размаху на стол с компьютером. Глеб поймал её.
- Мы заметили, – усмехнулся он. – Как доклад?
- Отлично, хлопали стоя, – отмахнулась Ася.
Ирина обвела взглядом коллег. Сейчас ей предстояло взять на себя ответственность за эту операцию. За действия коллег. За жизнь коллеги. Кто там говорил, что она рвётся в главврачи? Пусть придёт и встанет на её место...
Ира глубоко вдохнула. Некогда раздумывать.
- Готовность 5 минут. – Твёрдо произнесла она. Коллеги разошлись. Дмитрий подошёл к ней.
- Ты молодец. И ты справишься. – Он взял её лицо в свои руки и нежно поцеловал.
- Первый раз в жизни мы с тобой будем оперировать за одним столом... – Прошептала Ира.
- У нас всё получится. – Дмитрий на миг прижал её к себе и тут же отпустил. – Встретимся в операционной.
Он вышел, оставив Иру одну. Она смотрела ему вслед, и в её душе всё больше зрела уверенность: всё будет хорошо! Они вытянут Анну! Иначе быть не может! И она сделает для этого всё, возможное и невозможное, пусть даже для этого ей придётся стать немного волшебником или Богом.
====== Часть 55 ======
Больница встретила Ирину знакомым гулом голосов и шарканьем бахил по полу. Привычно сидели пациенты на лавочках, дожидаясь своих врачей, а кто-то уже бежал вдогонку за знакомым белым халатом. Вот и Иру уже кто-то окликнул. Она лишь отмахнулась, не глядя. Рабочий день ещё не начался. И пусть её ругают за то, что ей хочется эти 15 минут побыть одной, переодеться, приготовиться к приёму, да просто кофе выпить! Врачи тоже люди. А ведь когда-то она приходила на работу чуть ли не за час до начала рабочего дня и тут же начинала приём... Ей казалось, что пациент не может ждать, и если он сидит под кабинетом в семь утра, значит у него что-то серьёзное. Ей казалось, что она должна это делать, ведь профессия обязывает. А потом она поняла: никому никто ничего не должен. И позволь пациенту сесть тебе на голову, он и ноги свесит, и пяткой в нос даст.
Захлопнув дверь перед носом особо назойливой пациентки, Ира устало бросила сумку на стол. Сегодня её последний рабочий день в этом кабинете. На столе остались лишь карточки пациентов да кое-какие документы. Карты она передаст Максимовой. Документы надо отнести в архив, некоторые – в регистратуру и ординаторскую. А больше здесь ничего из её вещей не осталось. Кабинет сразу опустел. Сколько дней, а порой и ночей она здесь провела...
Ира подошла к окну. Унылый пейзаж... Или же это у неё настроение такое? После обеда главврач собирает всех у себя. Вроде как что-то срочное нужно обсудить. Ирина хотела было забрать все документы, но секретарь промямлила что-то про “не разрешили, после собрания”... Уже тогда Ирина насторожилась. Что такого будет на этом собрании, что она не может забрать свои документы?!
Внезапно ей вспомнилось кое-что ещё. И, поспешно переодевшись, Ирина выскочила из кабинета.
До палаты Наташи она добралась довольно быстро, несмотря на пробки из пациентов на каждом шагу. Приоткрыв дверь, Ира сразу поняла, что Наталья Андреевна пребывает в отнюдь не самом лучшем расположении духа. Как, впрочем, и всегда.
- Доброе утро. – Лещук сдержанно кивнула женщине на соседней кровати.
- Ой, доктор, а вы не знаете, что это у меня... – Та было начала задирать майку, но Ирина перебила её:
- Я не ваш врач. И не гинеколог. Скоро Сергей Васильевич придёт на приём и вас осмотрит.
- Извините... – Разочарованно протянула пациентка. Наташа недовольно покосилась на неё. Ирина вопросительно кивнула на дверь. Наташа, помедлив, слезла с кровати и, сунув ноги в тапочки, гордо прошествовала мимо Иры. Даже без макияжа, растрёпанная и в халате, Наталья Домбровская внушала уважение. Но Ира была этому даже рада. Лучше пусть кидается на всех, чем сидит, уставившись в одну точку.
- Последний день? – спросила Наташа, когда они оказались в дальнем закутке отделения, возле второго выхода. Обычно им никто не пользовался, кроме медсестёр да курильщиков. Ира толкнула дверь и вышла на улицу. Наташа, поёжившись от холода, последовала за ней.
- Последний. – Ирина закурила. В пачке осталось лишь две сигареты. За последнюю неделю она выкуривала чуть ли не полпачки в день. Могла бы и больше, но на работе сильно по перекурам не побегаешь. Внезапно Ира заметила пристальный взгляд Наташи. Та смотрела на пачку, слегка прищурившись. Вскинув бровь, Ирина жестом предложила Наташе сигарету, но та, помедлив, отказалась.