Анна Сергеевна ответила ему долгим взглядом.
- Знаешь, я так долго пыталась найти любовь, счастье... – Медленно произнесла она. – Но не нашла. Ни с тобой, ни с кем-либо. Максим был смыслом моей жизни, но ты лишил меня и этого. Тогда я начала рисовать. В рисунки я вкладывала всё... Вот... – Она открыла папку, и перед глазами Кирилла оказались десятки листов, на которых были они с Максимом. – Для меня вы были рядом хотя бы на бумаге. И если Максим вернулся ко мне, то ты – нет. И я боюсь, ничего уже не вернуть. Слишком много пройдено боли и обид. Ничего уже не начать сначала. Не в нашем случае. Поздно об этом думать. Но мы можем остаться друзьями. Ты для меня близкий человек, и я была бы рада, если бы ты был рядом.
- А разве “быть рядом” не означает “начать сначала”? – тихо спросил Кирилл. Анна не ответила и, захлопнув папку, направилась к подъезду быстрым шагом. Ни сказав друг другу ни слова, они поднялись по лестнице. Оксана открыла дверь.
- А у нас гости. – Анна Сергеевна посторонилась, пропуская Кирилла. – С подарком. – Произнесла она с намёком.
Оксана непонимающе посмотрела на неё, потом на Красовского, и внезапно в её глазах сверкнула догадка.
- Мы всегда рады гостям! – улыбнулась она. – Но ведь это не гость. Это дедушка.
И двери квартиры Максима широко распахнулись перед Кириллом, словно приглашая его в дом. В дом, где ему были рады.
====== Часть 56 ======
- Мы вас заждались, Ирина Васильевна. – Сергей Дмитриевич хмуро посмотрел на Ирину. Она почувствовала неясную тревогу. Главврач никогда не позволял себе такого тона. Они всегда уважительно относились друг к другу, несмотря на периодически возникающие разногласия. В научной среде, да и в больнице рассчитывать на дружеское отношение нечего. А потому всегда лучше держать нейтралитет. И они с Дзюбой всегда следовали этому правилу.
Но сейчас главврач смотрел на Ирину с плохо скрываемым раздражением и... угрозой?
- Извините, у меня был пациент. – Спокойно ответила она, хотя сердце пропустило пару ударов.
- Из-за одного пациента вы заставили ждать весь коллектив. – Дзюба назидательно постучал пальцем по столу.
- Странно слышать такое от врача. – Парировала Ирина, опускаясь на стул.
- Может, хватит обсуждать опоздание Ирины Васильевны? Вы же нас не для этого собрали? – Максимова нервно протёрла очки.
- В какой-то степени для этого. – Главврач откинулся на спинку кресла и обвёл коллег взглядом, в котором читалось явное превосходство. Он словно смаковал каждое слово, которое собирался сказать. – Как вам известно, сегодня у Ирины Васильевны последний рабочий день в нашем дружном коллективе. Но, думаю, многих волнует вопрос, почему Ирина Васильевна так торопится нас покинуть. Мне кажется, дай вам волю, вы бы сразу сбежали, без отработки. – Сергей Дмитриевич подозрительно прищурился.
Ирина лишь слегка пожала плечами, украдкой окинув взглядом коллег. Ей пока было не совсем понятно, к чему ведёт Дзюба. Но на лицах коллег она не смогла ничего прочитать. Орновицкий лениво черкал что-то в блокноте, периодически подсовывая его Асе. Максимова раз за разом протирала и без того чистые очки. Ткаченко, Новиков и Мельничук, казалось, соображали на троих. Остальных, видимо, волновало только одно: поскорее сбежать отсюда, доработать день и спокойно уйти домой. И лишь Лубь не сводил с Ирины пристального взгляда.
- Хорошо. – Не дождавшись ответа от Ирины, продолжил главврач. – Раз так, я вынужден сам ознакомить коллег с нововыявленными обстоятельствами. А там уже будем коллективно принимать решение, отпускать вас или нет.
Сергей Дмитриевич открыл лежащую перед ним папку. Достав пару листов, он ещё раз взглянул на Ирину. Ей показалось, или в его взгляде читалось презрение?
- Как мне стало известно, в последнее время за вами были замечены некоторые действия, которые у нас лично вызвали много вопросов. – Дзюба сделал паузу, словно ожидая вопросов, но ответом ему были лишь недоумевающие взгляды коллег. Главврач раздражённо вздохнул и выложил: – Например, вы брали деньги с пациентов, выписывая и поставляя им запрещённые препараты...
Его перебило появление в кабинете двух мужчин. Ира вздрогнула, узнав Александра Владимировича. Второго мужчину она не знала, но он держался слишком уверенно, чтобы быть просто посетителем. Зато, судя по изменившемуся враз лицу Дзюбы, он слишком хорошо знал, кто перед ним.
- Я прошу прощения за опоздание. – Негромко произнёс Александр Владимирович. – Мы с коллегой слегка подзадержались. Ирина Васильевна, познакомьтесь, это Андрей Петрович, ваш адвокат.
- Адвокат? – Ира перестала понимать, что происходит. – Но я...
Александр Владимирович жестом заставил её замолчать и обратился к главврачу.
- Простите, мы вас перебили. Продолжайте.
И мужчины сели по обеим сторонам от Ирины, словно закрывая её от чего-то. Только от чего?! Ирина вопросительно посмотрела на Александра Владимировича. Она уже поняла, что он работает в высших силовых структурах. Видимо, он не особо распространялся о своей должности. Уже то, с какой опаской и уважением с ним общался Дима, говорило о многом. Но что такой человек делает здесь? И зачем ей адвокат?!
- Да... Я как раз начал говорить... Рассказывать коллегам... – Дзюба запнулся. Его позиции резко пошатнулись. Но отступать было поздно. – Я говорю, что Лещук И. В. выписывала пациентке Колчак препараты, которые находятся в закрытом доступе, и брала за это деньги. Кроме того, не так давно на карточку Ирины Васильевны была переведена большая сумма денег. После этого в её кабинете были обнаружены ампулы, по всей видимости, выкраденные у нашего коллеги Лозинского С. А... – Главврач замолчал. Известие о гибели Лозинского прокатилось по больнице, подобно цунами. А то, что с ним в тот момент была Анна Каревская, лишь добавило жару в огонь сплетен.
- Погодите... – Ирина неверяще покачала головой. – Вы хотите сказать, что я брала взятки и воровала лекарства?!
- В двух словах – да. – Кивнул главврач, снова чувствуя себя на коне. Смятение Лещук придало ему уверенности. – У нас есть доказательства.
Он достал карту Колчак. Но, пролистнув страницы, Дзюба оторопел. Страница с предписаниями и якобы написанной суммой была вырвана.
- Позвольте. – Александр Владимирович повелительно протянул руку. Помедлив, главврач отдал ему карточку. Мужчина принялся внимательно её изучать. Поддев ногтем стык, он огорчённо поцокал языком, заметив следы вырванной страницы.
- Сергей Дмитриевич, вы уверены? – Наталья Юрьевна бросила быстрый взгляд на Ирину. – Пациентка Колчак сейчас переведена ко мне и я не думаю, что...
- А я думаю, что Ирина Васильевна специально передала вам проблемную пациентку. Вспомните. Вы же сами не раз говорили, что она вас подставить хочет. Так чем не подстава? – Победоносно посмотрел на Максимову главврач. Та побледнела.
- Да, я говорила... – Голос пожилого хирурга прозвучал ровно. – Но я готова сейчас, при всех, взять свои слова обратно.
- В таком случае, Наталья Юрьевна, у меня есть все основания обвинить вас в пособничестве. Гонорар как, пополам делили? – Презрительно бросил главврач.
- Сергей Дмитриевич, вы забываетесь. – Орновицкий с угрозой взглянул на Дзюбу. – Держите себя в руках, иначе я буду вынужден обвинить вас в нарушении профессиональной этики и превышении служебных полномочий.
- А вы, Глеб Александрович, я смотрю, осмелели? – уже вовсю несло главврача.
- Осмелел. – С вызовом ответил врач. – Я не собираюсь терпеть подобное поведение. А вас попрошу взглянуть. – Орновицкий подал Александру Владимировичу свой мобильный. – Это фото карточки до того, как её... выпотрошили.
Мужчина благодарно кивнул Глебу и всмотрелся в экран, сравнивая увиденное с карточкой, которую держал в руках.
- О каких ампулах речь? – голос Ирины сел и ей пришлось откашляться. – Я не совсем понимаю...
- Об ампулах, обнаруженных в вашем кабинете в пятницу. – Торжествующе произнёс главврач.