Он вернулся в комнату, держа в руках чек.
- Да, извини, я забыла... Я ведь уже пыталась расплатиться. – Виновато глянула на мужа Ирина. – Нужно в банк позвонить или заехать...
- А кто-то ещё меня обвиняет в неорганизованности, – пошутил Дмитрий и осёкся под взглядом, который на него бросила Ира.
- С карточкой я разберусь. И моей вины в том, что она не работает, нет. Но как ты мог так... облажаться?!
- Надо же, какие слова ты знаешь, – криво усмехнулся Дмитрий. Его и самого эта новость словно обухом по голове огрела. Но ведь он даже не заметил, как прошёл год! Просто не до того было!
- Дим, тебе смешно? – Ирина вопросительно подняла брови. – А мне нет.
- Мне тоже.
- Я вижу. – Она встала. Сделав пару шагов по комнате, Ирина повернулась к мужчине:
- Скажи, для тебя это действительно настолько неважно?
- Ира, я этого не говорил. – Дмитрий начал терять терпение.
- А говорить не надо. Ты так спокойно к этому отнесся, словно ты каждый день женишься, каждый день паспорта меняешь...
- Ира!
- Подожди! – она осадила вскинувшегося было Диму. – Я не договорила.
- Мы на лекции? На работе? В академии? Мне рот затыкать не нужно. – Дмитрий почувствовал, что его охватывает раздражение. Да, он провинился. Но всё поправимо!
Он не заметил, как произнёс последние слова вслух.
- Поправимо? – слабо усмехнулась Ирина. – Технически – да. А ты не подумал, как я себя чувствую, узнав, что мой муж, оказывается, не муж?
- Если я муж, то почему тогда я до сих пор о тебе почти ничего не знаю? – Дмитрий встал и, подойдя к Ире, крепко сжал её плечи, глядя ей прямо в глаза. – Ты говоришь, брак – это не только документы. А что это, Ир? Это доверие, это правда, это любовь. Так почему я до сих пор не заслужил твоего доверия? Почему ты всё время уходишь от важных для нас обоих тем? Почему, Ира?
Она молча смотрела на него, и Дмитрий увидел в её глазах боль и страх.
- Потому что эта правда тебе не понравится. – Наконец выдохнула она.
- Почему? Чего я ещё не знаю? – Дмитрий почувствовал неприятный холодок в груди.
- Ты знаешь почти всё.
- Почти? – он не сводил с неё глаз, не давая ей уйти от ответа.
- Ты делаешь мне больно. – Ирина слегка поморщилась, когда пальцы Дмитрия сжались слишком сильно. Он ослабил хватку, но не отпустил её.
- Ира, ты сама всё время говоришь о нашем будущем. Но я ничего не знаю о твоём прошлом. Я хочу, чтобы у нас была счастливая семья, без секретов, без тайн. Чтобы наши дети...
- У нас не будет детей.
- Что? – Дмитрий непонимающе нахмурился. Ему показалось, что он ослышался.
- У нас не будет детей. – Ира подняла на него беспомощный взгляд, в котором он увидел отчаяние. – Ты уже знаешь про моего сына, про то, что с ним случилось. Он погиб под колёсами машины, водитель которой был пьян. После этого я не хотела жить. И мне было плевать на то, что происходит со мной и моим телом. А когда я опомнилась, было поздно. Врачи сказали, что у меня не может быть детей. Я потеряла всё. Сына и будущее.
Дмитрий машинально разжал пальцы, и его руки безвольно упали вниз. Он ожидал услышать всё, что угодно, только не это.
- И как долго ты собиралась это скрывать? – ровным голосом спросил он, но Ирина понимала: за, казалось бы, спокойным голосом скрывается целая буря эмоций.
- Я не собиралась. Я хотела тебе сказать...
- Ты же знаешь, насколько для меня это важно. Ира, я мечтал, что у нас с тобой будут дети, я мечтал об этом всю жизнь!
- Я знаю, Дима... – Она потянулась было к нему, но Дмитрий отстранился.
- И после этого ты меня ещё в чём-то обвиняешь? – он смотрел на неё невидящим взглядом. – Знаешь, а может, это судьба?
- Что? О чём ты? – Ирина замерла, боясь услышать ответ.
- О нашем браке.
- Дима... – Она вскрикнула. Её рука взметнулась, пытаясь удержать его, но поймала лишь воздух. – Димка! Подожди! Куда ты?!
- Подальше от тебя. – Дмитрий смерил её ненавидящим взглядом. – А то мало ли, какие ещё секреты у тебя. Мне хватит. С головой хватит!
Хлопок двери прозвучал, как выстрел. У Иры перехватило дыхание. Она метнулась к окну и успела заметить, как Дима садится в машину. Резкий взвизг колёс – и машина исчезла за поворотом. Ирина почувствовала, как её охватывает ужас. Она буквально сползла по стенке. Сидя на полу, женщина уткнулась головой в колени, пытаясь успокоить сердце, которое готово было вылететь из груди.
- Он вернётся. Вернётся... – Повторяла она, словно заведённая, не замечая бегущих по щекам слёз...
*
Каревская посторонилась, пропуская Глеба в комнату. Он присвистнул:
- Да ты, Анька, прямо в хоромах обитаешь!
- Я просто люблю всё красивое и дорогое. – Она довольно улыбнулась.
- Красивое и дорогое, как и ты сама. – Орновицкий потянулся поцеловать её, но Каревская шутливо погрозила ему пальцем. – Я же по-дружески!
- И много у тебя таких друзей? – Анна достала тонкую сигарету и затянулась. Глеб поморщился от запаха сигаретного дыма.
- Я же просил не курить при мне.
- Мой дом – мои правила. Расскажи лучше, что там наша рыжая.
- Она звонила мне сегодня. – Поморщился Орновицкий. – Хочет, чтобы мы ещё кого-то пристроили в программу.
- Она с ума сошла?! У нас не богадельня! – Каревская зло прищурилась. – Пусть всю провинцию сюда перетянет, чего уж!
- Сплюнь. Нам и Агаларова хватит. Кстати, до меня дошли некоторые слухи... – Задумчиво взглянул на неё Глеб.
- С каких это пор ты интересуешься слухами?
- Да вот заинтересовался. – Развёл руками Орновицкий. – У меня под носом уводят самого красивого врача, а я должен молчать?
- Надеюсь, ты сейчас на про Агаларова. – Хмыкнула Каревская.
- Ань, не ёрничай. Что произошло?
- Если коротко, он ко мне приставал.
- Агаларов? – Глеб закашлялся.
- А что вас так удивляет, Глеб Александрович? – надменно подняла идеально выщипанные брови Анна.
- Этот Дракула в белом халате? Да он же даже улыбнуться не способен нормально!
- А он и не улыбался. – Прищурившись, Анна выдохнула в сторону Глеба струйку дыма.
- Так это правда? – Орновицкий насторожился.
- Тебе решать. – Каревская пожала плечами. – Я тебе всё сказала. Вдаваться в детали, уж прости, не буду. Выводы делай сам.
- А ведь я сразу был против этого Агаларова. Ты же помнишь.
- Помню. Что тебе мешает от него избавиться?
- Лещук. Ты же знаешь, мы с ней давно уже работаем вместе. не друзья, но... – Глеб хмуро покосился на Каревскую и с удивлением увидел, что та улыбается.
- Дни Лещук в областной сочтены. У меня на неё такой компромат, что её вышвырнут в считанные часы. Вместе с её протеже. Так что пусть едут новенькие, старенькие... Так даже лучше.
- Поделишься? – Глеб подался вперёд.
- Всему своё время, Глебушка. Ты, главное, не мешай и вовремя поддерживай. А там я сама справлюсь.
- Скажи-ка, Аннушка... А Агаларов – это тоже компромат? – прищурился Глеб.
- А это уже моё дело. – Каревская затушила сигарету в стоящей на столе пепельнице.
- А моё тогда где?
- А твоё дело – Ирку держать на коротком поводке и всех её любимчиков. Говоришь, вы друзья?
- Я этого не говорил.
- Значит, станете друзьями. – Анна встала и, обойдя кресло, в котором сидел Глеб, встала за спиной у мужчины. – Уж я в долгу не останусь. – Промурлыкала она.
Орновицкий засмеялся:
- Ну, Анька, ловлю на слове!
- Я своё слово держу. Ты же знаешь.
Уже прощаясь, Глеб поинтересовался:
- А если не сработает?
- Тогда придётся придумать что-то ещё. – Каревская пожала плечами. – Но с твоей-то поддержкой разве может что-то не сработать? – польстила она мужчине.
- Всегда к вашим услугам, королева, – шутливо раскланялся Орновицкий.
Анна довольно усмехнулась. Глеб прав. Она – Королева. Они – пешки. Даже если мнят себя королями. А Королева должна быть одна, и в шахматах, и в жизни. И Анна собиралась заполучить корону, пусть даже ей придётся убрать с доски всех других.