- Я переживаю за неё. – Тихо сказал он. – Она же мне как сестра... Ярик, извини. Я не хотел... Просто... Просто накипело. Поговори с ней, а?
- Нам с ней не о чем говорить. – Ярик вернулся к окну. Ему не хотелось смотреть на коллег. Он знал, что увидит в их глазах: жалость и сочувствие. – Она не слышит меня. Не хочет слышать. Что ж, это её выбор.
- Но ты должен бороться! – воскликнула Рита, отказываясь верить своим ушам. – Вы через такое прошли вместе, ты никогда не сдавался!
- Рита, я устал. – Не поворачиваясь, глухо сказал Ярик. – Я не хочу бороться.
- Ярик, ты чего? – Максим поднял голову.
- Ничего. Мне всё равно.
- Ярик, тебе не всё равно! – Рита встала, поморщившись, и подошла к нему. – Ты и сам это понимаешь!
- Мне всё равно. – Повторил Ярик, неподвижно глядя в окно. Внезапно что-то внизу привлекло его внимание. Он наклонился вперёд, всматриваясь, и внезапно сорвавшись с места, выскочил из ординаторской.
- Что это с ним? – испуганно спросила Рита.
- Не знаю... – Максим растерянно развёл руками и помчался за Ярославом. Мало ли что стукнуло тому в голову...
Красовский догнал анестезиолога на улице.
- Ну, ты, спринтер! – тяжело дыша, бросил Максим. – Какой бес в тебя вселился? Я уж думал, ты под поезд бросаться собрался!
Ярик не ответил. Его взгляд был прикован к выезжающей со двора больницы машине.
- Что там? – Максим проследил за взглядом друга.
- Это та машина. – Тихо ответил Ярик.
Максим замер. Нет. Это невозможно. Он слишком хорошо знал эту машину. Как и её водителя.
- Ярик, ты уверен? – выдохнул Красовский.
- Не на сто процентов. Ты знаешь, чья это машина? – Ярослав повернулся к Максиму, пытливо глядя в лицо Красовскому.
- Знаю. – Максим смотрел вслед темному автомобилю. Его сердце, казалось, решило выскочить из груди. Но он не мог соврать Ярославу. – Это машина моего отца.
====== Часть 16 ======
Орновицкий хмуро наблюдал за Рустамом, который искал что-то в шкафу.
- Что-то потеряли, Рустам Давитович? – наконец спросил он.
- Нет, просто хочу сверить данные. – Отозвался Рустам, захлопнув дверцы шкафа. Повернувшись к Глебу, он помахал в воздухе карточкой. – У нас, похоже, близнецы завелись. Уж слишком много совпадений.
- Намекаете на то, что мы невнимательно относимся к документам? – поднял брови Глеб.
- Что вы. Просто странно. Два пациента, точнее, пациентки, у которых один и тот же диагноз и почти идентичные показатели. И даже фамилии похожи.
- Бывает. – Орновицкий потянулся. – Зато у нас документы не пропадают и не теряются.
- А вы, смотрю, весьма осведомлены. – Рустам опустился в мягкое кресло напротив Глеба.
- Работа обязывает.
- А я думал, наша работа – людей спасать, – негромко заметил Рустам.
- Вы мыслите поверхностно, Рустам Давитович. – Глеб Александрович задумчиво посмотрел на хирурга. – Наша работа – знать. Знать обо всём, что касается нашей работы и наших коллег. Поэтому, да, я о вас наслышан.
- Похвально. – Поморщился Рустам. – Источники, я так полагаю, останутся неизвестными?
- Правильно полагаете. Одного не пойму: что вы здесь делаете?
- Вы о чём? – непонимающе нахмурился Рустам.
- О том, почему вам в вашей центральной больнице не сидится. Спасали бы людей дальше.
- Вам не хуже меня известно, что я здесь временно. – Терпеливо ответил Рустам. – Закончится курс профессора Вильямса, и я уеду.
- Да бросьте! – Глеб отшвырнул в сторону журнал, который усердно “читал” вверх ногами. – Никогда не поверю, что вы не хотели бы остаться здесь. Тем более, у вас такая влиятельная покровительница. С чего бы такая забота о провинциальном хирурге?
- А вы из тех, для кого “провинциальный” априори является плохим?
- В какой-то степени. А уж если учесть, что я буду оппонентом вашей супруги на защите...
- До защиты ещё далеко. – Рустам напрягся.
- Это только кажется. До защиты столько всего нужно пройти... Документы, предзащита... Многие сливаются.
- Рита не сольётся, не переживайте. – Исподлобья взглянул на Глеба Рустам.
- Кто знает. Я не доверяю тем, кто появляется непонятно откуда. Ирина хочет пропихнуть свою протеже, а я ей не позволю это сделать. – Орновицкий насмешливо смотрел на Рустама. – Как там в “Гарри Поттере”? Чистота крови? Вот и здесь так. Я считаю, что степени должны получать достойные и за выдающиеся заслуги.
- Рита достойна... – Начал было Рустам, но Глеб лениво махнул рукой:
- Наслышан. Но в её возрасте рано говорить о каких-либо заслугах.
- Вы мыслите стереотипно.
- Зато вы – слишком радужно. Любовь глаза затмила? Только вот к кому любовь? – Хохотнул Глеб. – Вы уж определитесь! А то как-то претенденток многовато.
Рустам молча встал. Ему многое хотелось сказать этому самодовольному болвану, с нахальной улыбкой смотрящему на него, но Рустам понимал: любое слово может обернуться против него. Он смерил Орновицкого хмурым взглядом и вышел из ординаторской, чуть не сбив с ног Асю.
- Что это с ним? – Александра удивлённо посмотрела вслед хирургу.
- Беги, догоняй его! – хмыкнул Глеб. – Чего стоишь?
- А должна? – Ася недовольно поджала губы. Глеб раздражал её своей самоуверенностью. Рядом с ним складывалось ощущение, что ты – полное ничтожество рядом с царём. Хотя, возможно, так казалось только Асе...
- Ты же за ним бегаешь. Утешь бедного прозревшего Агаларова.
- А ты в офтальмологи подался? Зрение людям возвращаешь? – съехидничала Ася, не заметив, что обратилась к Орновицкому на “ты”.
- В какой-то степени. А могу и отнять.
- Молодец. Широкопрофильный специалист. – Ася бросила на стол блокнот и ручку и повернулась к Глебу.
- Чем он вам всем так не угодил? – прямо спросила она.
- Решила в Шерлока поиграть? Так сама додумайся. – Зло бросил Глеб.
- Он здесь временно!
- Да ты сама здесь временно планировалась! А сейчас тебя отсюда не выпереть, вон как вросла!
Ася вздрогнула, словно от удара. В груди поднялась злость. Сколько можно позволять над собой издеваться?!
- Я вам настолько сильно мешаю? – тихо спросила она, снова переходя на “Вы”, и в её голосе прозвучали угрожающие нотки.
- Да чёрт с тобой... Привык уже.
- Да говорите уже правду. – Прищурилась Ася. Глеб с удивлением взглянул на неё. Сейчас перед ним стояла не испуганная девчонка, какой Ася всегда была, а взрослая уверенная женщина, и её взгляд не предвещал для Орновицкого ничего хорошего. “Актриса погорелого театра...” – подумал он, невольно восхищаясь этой новой Асей.
- Какую правду? – со вздохом спросил он. – Как ты меня бесишь своей вечной суетой? “Фигаро тут, Фигаро там” – иначе это не назовёшь. Или про то, что я до сих пор не понимаю, как тебе удалось здесь остаться? Или и тут без Ирки не обошлось?
- А вы считаете, я сама ни на что не способна? Вас послушать, так у всех покровители да спонсоры! На себя посмотрите! – зло бросила Ася.
- Ты о чём? – насторожился Глеб.
- Об Аннушке. – Язвительно ответила Ася.
- Анне Сергеевне. Не фамильярничай! – одёрнул её Глеб.
- Не буду. – Ася отошла к окну. Её пальцы нервно теребили легкую занавеску. Прямо напротив окна ординаторской рос раскидистый клён. Ася любила разноцветные кленовые листья осенью, но в этом году на дереве была копна сухих бурых листьев, даже отдалённо не напоминающих те яркие букеты из Асиного детства. Ася проводила взглядом листок, медленно полетевший вниз и внезапно почувствовала, что Глеб стоит у неё за спиной.
- Странная осень в этом году. Ещё только шестое сентября, а деревья сухие стоят... – Задумчиво произнёс он, и Ася удивилась тому, что он словно прочёл её мысли.
- Странная. – Согласилась женщина.
- Как и ты.
Ася удивлённо посмотрела на Глеба, перехватив его изучающий взгляд. Он словно пытался заглянуть ей в душу.