Рука потянулась к телефону. Но что он ей скажет? Да и возьмёт ли она трубку? Он рассеянно покрутил в руках мобильный и положил его на стол. Ещё вчера он готов был к разговору, а сейчас ему не хотелось ничего делать, ничего знать...
Дмитрий сварил себе кофе. И лишь отпив глоток, он понял, что приготовил его по Ириному рецепту. Та самая “бурда”, которой она начинала каждое утро. Сейчас этот горький вкус напомнил ему о ней...
- Доброе утро. – Рустам заглянул на кухню. Вчера, когда Дмитрий позвонил ему, Агаларов удивился, но не стал расспрашивать. Он знал: Саксонов сам расскажет, если захочет. Да и он хозяин этой квартиры, а значит, имеет право здесь находиться.
- Доброе. – Отозвался Дмитрий, одним глотком допив кофе.
- Я сломал шкаф.
- Ну и чёрт с ним.
- Не могу до Риты дозвониться. – Рустам сел за стол, хмуро глядя на мобильный. – Странно, она уже должна быть в пути на работу. И вечером она не звонила...
- Может, со связью что...
- Может. Если что, у Ирины Васильевны спрошу.
- У Иры? – Дмитрий вздрогнул.
- Да. Она вчера поехала за Наташей. Сегодня должны вернуться.
Дмитрий почувствовал слабое облегчение. Так вот куда она пропала! Что ж, одной проблемой меньше. А ещё Лозинский явно соврал. И об этом они ещё поговорят.
- Значит, Наташа не передумала... – Негромко сказал Саксонов, крутя в руках чашку.
- Наташа? – недоуменно посмотрел на него Рустам. – Но ведь это Ирина предложила...
- Это Наташа захотела. – Перебил его Дмитрий. Он не видел смысла скрывать от Рустама эту тайну. Да и от всех. К чему Ира взяла на себя эту роль врага народа, сманивающего праведницу Наталью на сторону зла? Ради Ярослава? Вот только он этого не оценил.
- Зачем?
- У неё спросишь. – Пожал плечами Дмитрий.
- В её состоянии только на работу выходить... Чем она думает? – покачал головой Рустам. – Да и её здесь просто сожрут.
- Подавятся. А есть повод? – спросил Дмитрий.
- Повод? – непонимающе глянул на него Рустам.
- Повод жрать.
- Найдут. Меня же сделали маньяком-насильником. – Криво усмехнулся Рустам.
- А с этого момента поподробнее. – Заинтересовался Дмитрий.
- Одна из наших с Ириной коллег объявила, что я домогался её в ординаторской. Лубь в ударе.
- Надо же. Как убого...
- Может, подскажешь что? – попросил Рустам. – Не хочется ещё больше дров наломать, тем более, мне и так месяц остался.
- Я плохо знаю коллег Иры. Почему бы тебе не спросить у неё?
- Боюсь, она не скажет. Уже не сказала, хотя я прождал её под кабинетом Лубя.
- Как всегда. Она никогда ничего не рассказывает. – Дмитрий зло швырнул телефон, который держал в руке, на стол. Рустам удивлённо проводил его взглядом и взглянул на коллегу.
- Что-то случилось? – рискнул спросить он.
- Рустам, ты смог бы простить обман? – Дмитрий не смотрел на него.
- Думаю, смог бы. – Осторожно ответил Рустам.
- А если твоя любимая женщина скрывала от тебя своё бесплодие, в то время, как ты безумно хочешь ребёнка?
Рустам вздрогнул. Когда он вчера увидел Саксоныча, то сразу понял: дело плохо. Но чтобы настолько...
- Но, может, это ещё не окончательный диагноз? И вообще – ошибка? – нервно сказал он.
- Не знаю... Я ничего не знаю. – Дмитрий опустил голову на руки. – Но я не пойму одного: почему она мне не сказала? Если знала, насколько это важно для меня?
Рустам промолчал. Он вспомнил, сколько раз они с Ритой прошли через такую недосказанность. И каждый раз причина была одна: они считали, что справятся в одиночку, чтобы другому меньше нервничать. Так и тут: Рустам видел, насколько эти двое любят друг друга. И скорее всего, Ирина боялась потерять Дмитрия, потому что знала, насколько его это ранит. Но как объяснить это сидящему напротив него Дмитрию, с потухшим взглядом и синяками под глазами? Да и стоит ли? Не он, Рустам, должен это делать.
- Думаю, прежде всего тебе стоит поговорить с ней. – Осторожно предложил он. Дмитрий медленно кивнул.
- Поговорю. – Но в его голосе прозвучало сомнение. Рустам вздохнул и встал.
- Нам на работу пора. Может, там и увидитесь. – Он сочувствующе посмотрел на Саксонова.
- Обязательно. Особенно если учесть, что мы работаем в разных корпусах. – Хмыкнул Дима. Рустам улыбнулся. Внезапно его внимание привлёк звук входящего сообщения.
- Твой. – Дима кинул ему телефон. Рустам поймал мобильный, на котором светился конвертик смс-сообщения. Одно слово. “Суббота”. Рустам нахмурился.
- Что такое? – спросил Дмитрий, заметив, как изменилось лицо Рустама.
- Ничего. – Покачал головой тот. Но на самом деле Рустама охватила тревога. Номер был ему знаком. С него пришло то сообщение, про Аню... А теперь это... Что оно значит? Рустам снова набрал номер Риты, но ответом ему были лишь длинные гудки. Он нервно сжал трубку телефона. Сегодня четверг. Завтра же вечером он поедет домой. И кто бы ни стоял за этими сообщениями, ему не поздоровится.
*
- Рита... – Максим наклонился над коллегой. Она подняла на него невидящий взгляд.
- Максим, я чуть не убила её... – Прошептала Рита. Её глаза снова наполнились слезами. Красовский вздохнул и, дотянувшись до пачки салфеток на столе, достал одну и осторожно промокнул покатившуюся по щеке женщины слезинку.
- Перестань. – Велел он. – Ты не виновата.
- Я виновата. Я довела её до приступа.
- Рита, хватит! Даже если вы повздорили, это не значит, что эта ссора спровоцировала приступ. Все болезни развиваются постепенно. Всегда есть предпосылки. Иначе я бы уже давно инфаркт получил бы. С вами всеми...
- Ты не понимаешь. Я наговорила ей лишнего. И она тоже...
- Снова про Рустама?
- Да. Она что-то знает, но не говорит. Только сказала, что он может не вернуться... Что он снова уедет... Я не поняла... – Сейчас их с матерью разговор был словно в тумане, и попроси Риту повторить, о чём они говорили – она не смогла бы. Сейчас её волновало одно – чтобы с мамой всё было в порядке.
- Рииитааа... – Поморщился Максим. – Ты сама себя слышишь? Я сейчас словно на полтора года назад вернулся, когда Агаларов только пришёл к нам. “Уедет – не уедет, бросит – не бросит”. Что за лотерея?
- А ведь ты прав... – Тихо сказала Рита. – Я и вправду чувствую себя, словно шарик в лотерее. Куда попадёт, такой и выигрыш... А иногда проигрыш... Банкрот...
- Слушай, тебя Тамара случайно не опоила корвалолом? – прищурился Максим. – Что за философия?
- Это жизнь, Максим. – Рита вздохнула.
- Жизнь... Какие вы все жизненные, однако... – Красовский хмыкнул. – Мне вон одна уже сегодня заливала про то, что это её жизнь.
- Ты про Наташу? – Рита подняла на него глаза.
- А про кого же? – Максим поморщился. – Умотал наш робот покорять областную.
- Как?! – Рита даже про слёзы забыла, изумлённо уставившись на Максима.
- Вот так. Рыжая её забрала. Вечером приехала, а утром тю-тю...
- Но... Она даже не попрощалась... – У Риты в голове не укладывалось, что Наташа вот так просто сбежала...
- Это она умеет.
- Но... Ты уверен? Может, она передумала? Как в тот раз...
Они оба замолчали, вспоминая январский день, когда Наташа так же сбежала, никому, кроме Максима, ничего не сказав... А потом они с Яриком вернулись вместе...
- Ты Ярика видела?
- Ещё нет...
- Когда увидишь, поймёшь. Ни черта она не передумала.
- Но как же так, Максим? – растерянно спросила Рита. Красовский лишь молча пожал плечами.
- А знаешь, чего я боюсь? – тихо спросил он. Рита вопросительно посмотрела на него. – Что она не вернётся.
- Нет, ты преувеличиваешь. – Горячо возразила Рита. – Она вернётся, она очень изменилась...
- Да не изменилась она, Рит! Всё та же стерва-Одинцова! Она всегда думала только о себе. И сейчас тоже. Ярика только жалко.
- Я вроде о жалости не просил. – Ярослав хмуро смотрел на Максима. Тот занервничал, пытаясь понять, что из его фразы успел услышать анестезиолог. А тот уже забыл об этом, наклонившись над своим столом. Максим выразительно посмотрел на Риту, кивнув головой в сторону Домбровского. Та лишь вздохнула. И тут же вскочила, увидев входящего в ординаторскую кардиолога в компании Олега.