Тихо скрипнула и закрылась дверь. И через минуту темная машина исчезла со двора. Но уже через пару минут на её месте стояла другая. И человек за рулём терпеливо поглядывал то на часы, то на окна Ириной квартиры.
====== Часть 20 ======
Лолита нервно топталась под ординаторской. Отдав медальон Наташе, она почувствовала было облегчение, но оно быстро сменилось странной тревогой, словно она сделала что-то не то. Ведь, по сути, Наташа просто забрала его и всё. А Лолита надеялась, что та хоть что-то предпримет, особенно теперь, когда в её руках оказалась такая важная улика. Но Наташа решила иначе. И у Лолиты было странное ощущение, что ее обманули, обвели вокруг пальца. А главное – кто? Та, кому Лолита так хотела помочь.
Девушка сердито фыркнула и вздрогнула, когда за её спиной раздался голос Ярослава:
- А подслушивать нехорошо, даже если там что-то смешное рассказывают.
Он с лёгким осуждением смотрел на буфетчицу. Та смутилась.
- Я не подслушивала, Ярослав Алексеевич! – Лолита посмотрела на анестезиолога честным взглядом, в котором нельзя было усомниться. Но Ярослав слишком хорошо её знал.
- Вы просто мимо проходили? – понимающе кивнул он.
- Не совсем... – Лолита огляделась по сторонам и приблизилась к анестезиологу. – Я вас искала. – Доверительно сообщила она.
- Меня? – удивился Ярик. – Зачем?
- Я хотела вам кое-что рассказать. Про Наталью Андреевну.
- Вы об этом. – Ярик моментально помрачнел.
- Да! Я кое-что нашла и...
- Наталья Андреевна об этом знает? – перебил её Ярослав.
- Да... – Осеклась Лолита.
- Тогда я подожду, пока она сама мне расскажет. А если нет, значит, это не моего ума дело. И не вашего. Ясно?
- Ясно... – Протянула Лолита, с недоверием глядя на Домбровского. Чего это с ним? Ведь раньше он буквально кидался на один только звук Наташиного имени. А сейчас, казалось, ему всё равно...
- У вас ещё что-то? – Ярослав хмуро посмотрел на неё. При одном упоминании о Наташе у него испортилось настроение. Она даже не позвонила. И хотя то порывистое объятие на миг подарило надежду, что всё ещё может вернуться, за последние сутки Ярик с особой остротой понял: ничего не вернётся. Что-то сломалось. В нём, в Наташе... И если и была возможность это что-то склеить, то это надо было делать сразу... А дальше будет сложнее. Если вообще возможно.
- Нет. Только про Наталью Андреевну... – Пролепетала Лолита.
- Что про Наталью Андреевну? – Максим резко затормозил возле них, услышав знакомое имя.
- Я хотела Ярославу Алексеевичу рассказать, а он не хочет, – путано объяснила Лолита.
- А Ярослав Алексеевич у нас в последнее время вообще ничего не хочет. – Укоризненно посмотрел на анестезиолога Красовский. – И прежде всего работать.
- Максим, прекрати. – Ярик поморщился.
- Что “прекрати”? Я понимаю, ты в депрессии. Но халтурить я не позволю! Тебя вчера на операции словно подменили! Мне больше заняться нечем, как за тобой следить, чтоб ты пациента не угробил? Поэтому, уважаемый Ярослав Алексеевич, либо хандри, либо увольняйся.
- И уволюсь. – Ярик хлопнул дверью ординаторской. Лолита ахнула. Максим озадаченно почесал затылок. Не такого ответа он ожидал. Прежний Ярик отшутился бы, а этот, чего доброго, и вправду заявление на стол положит. Да нет, ерунда... Не уволится он. Хотя... Чёрт его знает. Он сам на себя не похож в последнее время.
Красовский потянулся было к ручке двери ординаторской, чтобы по горячим следам успокоить Ярика, да и себя заодно, но внезапно услышал рядом сердитое сопение.
- Так что там с Натальей Андреевной? – Максим интуитивно почувствовал, что Лолита может рассказать что-то интересное. Не зря Лешка всё обещал её к батарее привязать. Девушка умудрялась сунуть нос туда, куда её не звали и раскопать там что-то, чего не ожидал никто. И вполне возможно, что сейчас как раз тот самый случай, когда её любопытство может быть полезно...
И он увёл Лолиту в сторону своего кабинета.
*
Рита хмуро рассматривала фотографию. Кто прислал её? И зачем? И что ему сделала безобидная фотография, что он так над ней поиздевался? Она рассматривала фото, бездумно поглаживая пальцами места неровно склеенных стыков. На завтра назначена встреча. Встреча, которое может многое прояснить, и многое рассказать. А может и разрушить. Рита не знала, что она скажет, но боялась услышать то, что скажут ей. Но она должна была узнать правду!!! От неё всегда всё скрывали: мама, Рустам, отец... Мама... Рита тихо всхлипнула. Ей разрешили зайти в палату к Валентине Степановне, пока та спала, и Рита была даже рада тому, что мама не видит её. А то вдруг разнервничается опять... И потому Рита просто молча сидела рядом, поглаживая мамину руку и мысленно прося прощения за всё: за слова и поступки, за сказанное и несказанное... И, вглядываясь в бледное мамино лицо, Рита понимала: она могла её потерять. Навсегда. Из-за своего упрямства, которое так помогало ей в работе и так мешало в личной жизни...
Рита вздрогнула от звука хлопнувшей двери. Она с удивлением посмотрела на Ярика, который, казалось, вот-вот дымиться начнёт от злости.
- Всё хорошо? – осторожно спросила она.
- Всё просто отлично. – Ярослав с грохотом отодвинул стул.
- Заметно.
- Тогда чего спрашивать? – Ярик придвинул было к себе стопку бумаг, но тут же резко оттолкнул. Верхние листы слетели на пол. Тихо ругнувшись, Ярик кинулся их поднимать. Рита молча наблюдала за ним. Один из листов упал рядом с ней. Ярик поднял его и сел рядом с Ритой.
- Извини. – Глухо сказал он. – Я в последнее время на всех срываюсь. На Иру сегодня тоже прикрикнул... Она и так переживает...
- Я понимаю. – Рита вспомнила, как всего несколько месяцев назад они с Аней прошли через то же самое. Она поёжилась от этих воспоминаний. Тогда они чуть не потеряли дочь... – Но, Ярик, так нельзя.
- Я знаю. Но ничего не могу с этим поделать. – Он вздохнул.
- Можешь. Просто реши, что для тебя важно. Не для Наташи, не для кого-либо ещё. Для тебя. Жизнь продолжается. И тебе есть ради кого жить.
Ярослав молчал. Рита права, чертовски права. Но что сделать, если сердце разорвалось на части, и каждая из этих частей трепыхается, пытаясь выжить? Одна рвётся к Наташе, другая к девочкам, третья просто сходит с ума...
Внезапно Ярик заметил фотографию в руках Риты и, прежде чем женщина успела возразить, выхватил её и присмотрелся.
- Что это? – спросил он, недоумённо рассматривая фото.
- Так, какая-то ерунда. – Уклончиво ответила Рита, но Ярика её тон не обманул.
- Эта ерунда как-то связана с завтрашней встречей? – спросил анестезиолог, хмурясь.
- Надеюсь, что нет. – Вздохнула Рита.
- Я иду с тобой. Хочешь ты этого или нет. – Решительно заявил Ярослав.
- Не смей! – вскинулась Рита, сверкнув на него сердитым взглядом из-под чёлки. – Я говорила тебе, что должна и хочу сделать это сама! И я должна сделать это сама!
- Ты никому ничего не должна. А особенно – подвергать себя опасности. И не только себя. – Ярослав встал. Он прошёл к окну, на миг задержавшись возле стола Наташи. Рита сверлила взглядом его спину. Спасибо, конечно, за помощь, но это её дело, и она должна заняться им сама! Но следующие слова Ярослава заставили Риты вздрогнуть, словно её окатили холодной водой:
- Рита, позволь мне позаботиться хотя бы о твоём ребёнке.
Рита замерла. В голосе Ярика прозвучала такая безысходность, что она даже не нашлась, что возразить, лишь молча смотрела на него. Ярик повернулся к ней, и Рита поняла: даже если она будет против, Ярослав не отступится. И она сдалась.
- Хорошо. Но обещай мне, что не будешь вмешиваться в разговор.
- Я просто посижу в машине. Присмотрю за тобой. Не буду я никуда вмешиваться. Мне своих разговоров хватает.