- Что такое? – нахмурилась Максимова.
- Не знаю. – Каревская пожала плечами. – Видимо, что-то накопали в семейке. И надо было вам кипиш поднимать, Ирина Васильевна!
- Я не могла оставить это без внимания. – Сдержанно ответила Ирина. – У девочки были следы побоев...
- Это же ребёнок! Они падают постоянно! – отмахнулась Анна. – А вы, возможно, семью разрушили!
- Или же спасла девочку от домашнего насилия. – Парировала Лещук.
- Да что вы понимаете? У вас же детей нет. – Усмехнулась Каревская. Ирина побледнела и выскочила из ординаторской.
- Ну и дура ты! – в сердцах бросила Максимова, со злостью глядя на Каревскую.
- Что такое?! – удивилась Анна Сергеевна. – С каких это пор вы за мымру заступаетесь?
- Это ты ничего не понимаешь... – Махнула рукой Наталья Юрьевна, с досадой махнув рукой на коллегу. Она догадывалась, насколько больно хлестнула фраза Анны по и без того измученному сердцу Ирины. Догнать бы её, да вряд ли получится. Ничего, они ещё поговорят...
А Ирина тяжело оперлась руками на подоконник, пытаясь отдышаться. Слова Анны звучали у неё в ушах. “Детей нет... Детей нет...” Вряд ли у Каревской получилось бы ударить больнее. Особенно сегодня...
- Прячетесь, Ирина Васильевна? – Лубь хмуро смотрел на неё.
- Ни в коем случае. – Опомнилась Ира. – Я была в ординаторской с Натальей Юрьевной.
- А должны были быть с пациентом!
- Операция прошла хорошо, все показатели в норме. Я не реанимация, это их работа. – Отрезала Ирина.
- Да вы что? Честно говоря, я на миг засомневался, что вы хирург. – Ехидно произнёс Сергей Вадимович.
- Почему? – непонимающе подняла брови Ирина.
- Вы проявили отвратительную некомпетентность и непрофессионализм! Кто дал вам право отказываться от пациента?! Если бы вы сразу за него взялись, всего этого можно было избежать!
- Я не могла.
- Не могла?! – прошипел Лубь. – Какого чёрта?! Пациентами перебираем?!
- Если бы я взялась за него в тот момент, могло быть хуже. – Ирина еле сдерживалась.
- Будете оправдываться?
- Нет.
- В работе не место личным мотивам! А я подозреваю, без них здесь не обошлось!
- Это вас не касается. – Твёрдо ответила Ирина.
- Касается, пока я ваш начальник! – заорал Лубь так, что медсёстры, проходящие мимо, шарахнулись в сторону, а пациенты попрятались по палатам. – Вы чуть пациента не угробили!
- Не надо на меня орать. – Тихо, но жёстко ответила Ира. – У меня были на то причины. И я не считаю нужным вас в них посвящать.
- А я не считаю нужным вас здесь видеть. Вас ждёт следователь. А после этого выметайтесь на все четыре стороны! – яростно прошипел завотделением. – Ко мне в кабинет, живо!
Ира сразу отметила, что это был не следователь. Лубь преувеличил. Как, впрочем, и всегда. Посетитель так быстро махнул у неё под носом “корочкой”, что Ира не успела заметить его звание. А сам он представился такой скороговоркой, что пытаться что-то понять было бессмысленно. Внезапно Ира поняла, что у неё что-то спросили.
- Простите? – вежливо переспросила она.
- Я спрашиваю, что заставило вас обратиться в органы опеки? – повторил полицейский более раздельно.
- Когда ребёнок поступил, я осмотрела её вместе с нашим гинекологом, и, помимо свежих травм, обнаружила на теле девочки старые синяки, похожие на следы побоев. Кроме того, отец девочки довольно путано рассказывал о том, как были получены травмы. Я сочла необходимым отдать распоряжение об информировании соответствующих служб. – Спокойно объяснила Ирина.
- Что показал первичный осмотр?
- Наружные травмы, полученные, скорее всего, вследствие удара о твёрдую поверхность. Дальнейшее обследование это подтвердило. Более подробно вы можете узнать у лечащего врача пациентки. Я не уполномочена разглашать детали.
- Что вы можете сказать про отца ребёнка?
- Он всё время был с девочкой. У меня сложилось впечатление, что ребёнок его боится. Кроме того, повторюсь, он путался в рассказе. Меня это насторожило.
- После этого вы видели его?
- Да. – Не стала скрывать Ирина.
- Он приходил к вам?
- Да.
- С какой целью?
- Просил забрать заявление. Так как я лично никакого заявления не писала, то помочь ему ничем не смогла.
- В каком состоянии сейчас находится ребёнок?
- Об этом вам расскажет лечащий врач. Я лишь принимала ребёнка в приёмном отделении, так как на тот момент все мои коллеги были заняты.
Задав ещё несколько вопросов, полицейский подал Ирине лист.
- Прочитайте, пожалуйста, и если всё правильно, внизу подпишите: “С моих слов записано верно. ФИО, дата, подпись”.
Ирина перечитала написанные неровным почерком строки и, убедившись, что всё в порядке, подписала.
- Я могу идти? – спросила она.
- Да. Если нужно будет, мы вас вызовем. Спасибо за содействие.
- Вы подозреваете, что...
- Не имею права. – Наклонил голову полицейский. Ирина понимающе кивнула и вышла, не глядя на Лубя.
Как он там сказал? Выметаться на все четыре стороны? Вот и отлично. Ира быстро собралась и вышла из больницы, стараясь не попасться никому на глаза. Оно даже к лучшему... Впервые она прогуливала работу. Но и находиться там она не могла.
Подъехав к своему подъезду, Ира поморщилась. Ещё утром она заметила эту незнакомую машину, которая перегородила проезд. Придётся чуть дальше парковаться... Интересно, к кому это? У них таких вроде не водится...
Лифт не работал. Ирина чертыхнулась. Снова на седьмой этаж пешком. За что, спрашивается, жильцы деньги платят?.. Она поднималась по лестнице, ища в сумке ключи и не глядя по сторонам. До квартиры оставалось несколько шагов. Внезапно кто-то схватил её сзади мёртвой хваткой. Миг – и к её шее был приставлен нож и в ухо ворвался хриплый шёпот.
- Я же говорил, что доиграешься...
====== Часть 23 ======
Ася растерянно остановилась возле регистратуры. Она точно помнила, что относила карточку пациентки, более того – сама ставила её на полку. Но карточки не было. Ирина Васильевна ругаться будет... Она и так эту мадаму не особо любит... Колчак успела вывести из себя даже Асю. И как только Ирина Васильевна таких терпит? Ещё и пытается помочь... А потом из-за этих симулянтов те, кто действительно нуждается в помощи, могут её не дождаться. Правду говорят: тот, кому действительно требуется неотложная помощь, тихо корчится в углу, пока кто-то орёт из-за мелкой царапины...
В конце коридора показался Лозинский. Ася поспешно отвернулась. Почему-то ей не хотелось с ним встречаться. Она вспомнила его слова. Кому они были адресованы, понятно сразу. Непонятно, за что... Да и Лубь на Ирину взъелся... И все эти слухи... Странно.
Вспомнив о слухах, Ася помрачнела. Рустам не выходил из её головы. Ей так хотелось помочь ему, а может, просто быть рядом... Чтобы он чувствовал, что не один, что есть человек, который его поддерживает. Ася почувствовала, что запуталась. Еще пару недель назад ей казалось, что это любовь, и она готова была за неё бороться. А сейчас это было странное ощущение, словно они были знакомы уже давно. И в груди девушки была тёплая нежность к этому странному темноволосому мужчине, глаза которого никогда не улыбались.
- Мечтаем, Александра Михайловна? – вкрадчиво поинтересовался Лозинский у замершей посреди коридора девушки.
- Думаем. – Отрезала Ася.
- Думать полезно. Особенно вам. – Хохотнул Станислав Анатольевич и, насвистывая, удалился в сторону столовой.
- Козёл... – Пробурчала Ася и, развернувшись, внезапно налетела на Орновицкого.
- У вас уже рефлекс, что ли?! – взвыл тот, глядя на пятно от кофе, расползающееся по халату. – Что я вам сделал?!
- Извините... – Ася испуганно охнула и внезапно расхохоталась. Уж больно смешно выглядел Глеб Александрович с обиженным лицом и пустой чашкой в руке. Он прав. Это действительно становится похоже на рефлекс. Или же это скрытое желание его убить. И Ася больше склонялась ко второму варианту. Хотя, надо признать, после того случая в ординаторской Глеб Александрович значительно поумерил количество выпадов в её адрес. Хотя... Не так часто они и виделись...