- Или украли. – Кивнула женщина.
- Спасибо вам. – Лолка поднялась с лавочки. – Я побегу к сестре. Расскажу ей.
- Ты заходи, если что! – крикнула ей вслед старушка. – Я тут целый день почти. Только с четырёх до шести у меня сериал!
- Обязательно! – на ходу бросила Лолита. И что-то ей подсказывало, что так и будет. Она чувствовала: в руки ей попала ниточка, только самого клубочка пока не видать. Ей удалось выяснить только одно: замешанных в этой истории становится всё больше. А ответов всё меньше. Все подсказки вели к невозможному: к матери Наташи. Но она за решёткой. А значит, кто-то осознанно сбивает их со следа. И Лолита всеми правдами и неправдами собиралась выяснить, кто.
*
Ася плеснула в лицо холодной водой. Но даже это не помогло ей проснуться. Вчера до поздней ночи она сидела на балконе, выкуривая сигарету за сигаретой. Зачем она сказала Орновицкому про то, что у неё есть мужчина? Ведь он же не поверил. Зато теперь всё отделение будет знать о “личной жизни” Александры Михайловны. А на деле дома её ждал лишь любимый голден, преданно заглядывающий в глаза хозяйке. Вот и вчера он просидел с ней рядом, иногда облизывая её руку, словно говоря: “Не грусти, я рядом!”
Александра чувствовала, что запуталась. Запуталась сама в себе. Ещё и Орновицкий... Ася ненавидела его всей душой за его бесконечные подколки, за его высмеивания её работы и просто за то, что он не считал её врачом. Другое дело – Рустам. Он всегда относился к Асе с уважением. И она была безумно ему благодарна. Хотя... Была ли это просто благодарность или нечто большее?
Ася тряхнула головой. “Дура”, – сказала она сама себе. У него жена, семья. И если раньше Асе было на это наплевать, то сейчас она понимала всё больше: Рустам не бросит жену. А значит, у неё нет шансов. Но как объяснить это сердцу? А сердце начинало бешено колотиться при виде Агаларова. Ася чувствовала, что краснеет, бледнеет, синеет и ведёт себя как идиотка. Но ничего не могла с этим поделать.
Чтобы отвлечься, Ася включила ноутбук. Полдня проспать – это, конечно, хорошо. Но Арчи нужно выгулять. А потом за работу приниматься. Статьи, таблицы апробаций, кандидатская... Писанины хватало. В углу экрана мигнул конвертик электронной почты. Приглашение на конференцию. В этом году их кафедра отмечает юбилей. И на этой конференции будут все, кто когда-либо у них работал. Ася вспомнила, как только пришла на кафедру. Тогда ей казалось, что со своими знаниями она уже чуть ли не профессор. Но Ирина Васильевна быстро доказала ей, что всё, чему их учили, можно забыть. Университетская медицина и практическая – это разные вещи. И если ещё полгода назад им рассказывали про одни методы хирургии, то сейчас на смену им пришли новые, более современные. Лещук тогда сказала одну фразу, которую Ася запомнила надолго: “Врач учится каждый день, каждую минуту. Тот врач, который считает, что знает всё, может отправляться на пенсию или в психушку. У врача не бывает простых операций или сложных пациентов. Действительно хороший врач всегда сомневается в своей компетентности и не боится советоваться с коллегами”. И с каждым годом Ася всё больше убеждалась в правоте её слов.
В этом году Ирина Васильевна помогла Асе выбрать действительно интересное направление для дальнейших исследований. Став однажды научным руководителем молодой и неопытной девушки, за эти годы она ни разу не упрекнула Асю в лени или слабости. И сейчас Александра Михайловна с нетерпением нажала на мигающий конвертик, ожидая увидеть своё имя в списке докладчиков. Эта конференция – прекрасный шанс отблагодарить Ирину Васильевну за всё, что та сделала.
Ася быстро просмотрела программу конференции и нахмурилась. Её имени в списке докладчиков не было. Как не было и имени Ирины. Ася просмотрела текст ещё раз. Нет, она не ошиблась. Бужоры А.М. и Лещук И.В. в списке не было. Не было там и Рустама, а ведь он должен был представлять результаты исследований, проведённых с мистером Вильямсом.
Она набрала номер секретаря.
- Неля, здравствуй! Скажи, мне вот пришло приглашение на конференцию. Но я смотрю план, а меня в докладчиках нет. Ты не могла бы проверить? Жду.
Ася закусила губу, ожидая ответа и снова просматривая документ.
- Да? Что?! Как снял? Но ведь... Хорошо. Я поняла.
Она отключила телефон и задумчиво посмотрела на монитор, чувствуя, что в груди закипает злость. Значит, Лубь приказал убрать их? Какого чёрта?! Не он глава оргкомитета, и не ему принимать подобные решения! И, открыв поле для нового письма, Ася быстро набросала небольшое послание, которое через минуту улетело к главврачу, а по совместительству – их завкафедрой и главе оргкомитета. Александра удовлетворённо вздохнула и откинулась было на спинку стула, как вдруг в дверь позвонили. Арчи залаял.
- Тихо! – Ася погладила пса и вышла в коридор. Она открыла дверь, даже не глянув в глазок, и оторопела. На пороге стоял Орновицкий.
- День добрый. – Вежливо произнёс он и опустил взгляд. – Не разбудил?
Ася проследила за его взглядом и охнула. Она так и не переоделась после сна и теперь щеголяла перед Глебом Александровичем в коротких шортах и растянутой футболке.
- Да ладно вам, чего я там не видел... – Орновицкий усмехнулся. – У нас пациенты в отделении и не такими нарядами светят.
- Какого чёрта вам здесь надо?! – Ася сдернула с вешалки кардиган и запахнулась в него, растерянно глядя на Глеба.
- Да я решил заглянуть на огонёк. Поговорить нужно.
- Говорите.
- Даже не предложите войти? – насмешливо поинтересовался Орновицкий.
- Нет.
- Невежливо, Асенька, невежливо...
- У вас научилась. Да и вообще: вы же сказали, что я странная. Вот я и стараюсь соответствовать.
- Надо же, а вы так хорошо помните все мои слова, или только те, которые касаются вас?
- Вы пришли поговорить или поиздеваться?
- Поиздеваться? – Глеб поднял бровь. – Да я ещё даже не начинал.
Ася угрожающе на него посмотрела.
- И не начинайте.
- Покусаете?
- Нет, спасибо. Предпочитаю...
- Острую и пряную татарскую кровь? – подсказал Орновицкий, с удовлетворением наблюдая, как лицо Аси заливает волна румянца.
- Если это то, о чём вы хотели поговорить, – прошипела она, – то вам лучше уйти.
- Я не спешу.
- А я вам придам ускорение!
- Ладно. Шутки в сторону. – Внезапно посерьёзнел Глеб. – Я по поводу Лещук.
- Что такое? – Ася моментально забыла обо всём.
- Я бы советовал тебе держаться от неё подальше.
- Почему?
- Она оказалась впутана в несколько тёмных историй. Да и её поведение в последнее время... Из-за её отказа взять пациента мы чуть статистику смертности не поправили. Боюсь, её скоро попрут. – Глеб опёрся об стену, задумчиво глядя на Асю. – И тебя могут отправить вслед за ней, как человека приближенного.
- Я не верю. – Твёрдо сказала Ася. – И вы тоже не верите. Мы оба знаем Ирину Васильевну не первый год.
- Люди меняются, Асенька.
- Не в этом случае. – Возразила женщина.
- А вы всё такая же наивная девчонка. – Глеб снисходительно посмотрел на неё.
- Я бы так не сказала. – Спокойно ответила Ася, хотя внутри у неё всё клокотало. – Просто я в людях разбираюсь.
- Я верю фактам. Ирина прокололась по нескольким пунктам. Она брала деньги у пациентов за лекарства, которые пропали из запасов Лозинского...
- Лозинского?! – перебила его Ася. – Да он спит и видит, как её со свету сжить!
- Не утрируйте! – поморщился Глеб.
- И не думала. Я не знаю, что он скрывает, но обязательно узнаю.
- Ася, вам больше всех надо? – снисходительно взглянул на неё Орновицкий.
- Я просто всегда помогаю и поддерживаю тех, кому верю. А Ирине Васильевне я верю. И докажу, что всё это – клевета. Как и с Агаларовым.
- Ох уж этот Агаларов... Каревской пол-отделения завидует, что такой мужчина её облапал, и вы туда же.
- Я никому не завидую. Особенно вам.
- А мне-то чего? – удивился Глеб Александрович.