- Склероз легко вылечить.
- Ты мне угрожаешь? – поднял брови Глеб.
- Ну что ты! Ни в коем случае! Мы же партнёры. – Каревская хмыкнула. – Или ты передумал?
- Слушай, а ведь и вправду: что она тебе сделала? – поинтересовался хирург. – Почему именно она? Не я, не Максимова, не Лубь...
- А ты вспомни 2014-й. – Анна разозлилась. – На равных, говорите? Кого Сергиенко взял в разработку? Кому отдал отделение? Кого Дзюба всегда ставит всем в пример? Почему-то не меня. А я не верю, что можно добиться таких результатов честно.
- Ты же добилась. – Хохотнул Орновицкий. – Или ты признаёшь, что это было не совсем честно? Признай, половину кандидатской ты у неё содрала. Странно, что комиссия не заметила.
- Потому что с комиссией надо заранее контакт наладить! – огрызнулась Анна.
- Даже не сомневаюсь, что ты наладила.
- Наладила. И буду налаживать. И не позволю никому мне мешать!
- Она тебе сильно мешает? – прямо спросил Глеб.
- Да. – Коротко ответила Анна, вложив в это короткое слово столько ненависти, что Орновицкий поёжился.
- Что ж, удачи. Только, боюсь, не по зубам тебе этот орешек. У неё слишком хорошая репутация.
- Репутация сегодня есть, завтра нет.
- Масло дать? – услужливо предложил Орновицкий.
- Масло? – непонимающе нахмурилась Каревская.
- “Аннушка уже разлила масло”, – процитировал Глеб Булгакова.
- Только если ты будешь трамваем.
Они оба засмеялись. Но, даже смеясь, Глеб не переставал думать про Лозинского и Ирину. Если Ася права, то анестезиолог готовится нанести удар. И не дай Боже ему объединиться с Каревской...
*
- С возвращением. – Ира проверила катетер. Наташа с трудом приоткрыла глаза. Её взгляд упёрся в стоящую возле кровати капельницу. “Одна, две, три...”, – машинально сосчитала Наташа бутылочки. Плюс один пакет.
- Что?.. – Она еле разлепила пересохшие губы.
- Ша! Молчать. Я вас знаю. Сначала говорить начинаем, потом вскакиваем. – Ирина села рядом с кроватью. – Вы нас напугали, Наталья Андреевна. И хочу сразу вас предупредить: я разрываю все наши договорённости. Я пошла на поводу у вашей прихоти. Но больше я не собираюсь вам потакать.
- Как строго... – Несмотря на тошноту, Наташа слегка улыбнулась. Перед глазами всё плыло.
- Строго. Мы вас еле вытянули. И теперь я лично прослежу, чтобы до полного восстановления вы оставались в больнице. Под контролем врачей. Если надо будет – привяжу к кровати! – повысила голос Ирина, заметив недовольное движение Наташиной руки.
- Давайте я сама буду решать...
- Сама? Вы уже решили. И вот чем это закончилось. Скажите, неужели вам настолько жить надоело?
Наташа сделала вид, что не расслышала. Прикрыв глаза, она вполуха слушала, что ей рассказывала Ирина. Операция, кровотечение, курс терапии, надо сообщить Ярославу... Ярослав. Наташа резко открыла глаза и дёрнулась было, чтобы сесть, но крепкая рука Лещук прижала её к подушке.
- Лежать! – скомандовала Ирина.
- Я вам что, собака? – Наташа смерила ту злым, насколько это было возможно в её состоянии, взглядом и тут же застонала от приступа накатившей тошноты.
- Собаки и то умнее вас. – На всякий случай Ира придвинула поближе тазик.
- А вы хамка...
- Ещё какая. Значит, повторюсь: я позвоню Ярославу...
- Не надо! – Наташа снова дёрнулась.
- Да что ж это такое! – в сердцах хлопнула ладонью по постели Ирина. – Лена, принесите “сон”. – Крикнула она проходящей мимо палаты медсестре. Та кивнула и исчезла.
- Не надо... – Наташа позеленела. Всё вокруг поплыло ещё больше.
- Что не надо?
- Ярику звонить не надо...
- Почему? – вздохнула Ирина. Хотя, чего скрывать, она знала ответ.
- Он не должен знать. Иначе он приедет. А я не готова его видеть. Я не выдержу...
- Вы? Не выдержите? – насмешливо хмыкнула Ирина, одновременно протирая лицо Наташи смоченной в холодной воде салфеткой.
- Не выдержу. Я сама себя не узнаю... – Наташа снова закрыла глаза. В горле предательски защекотало.
- Было бы что узнавать. Вы не особо поменялись.
- Я очень изменилась.
- В таком случае, вы весьма умело это скрывали.
- Я не хочу причинять ему боль. – Прошептала Наташа. – Пусть всё остаётся так, как есть... А потом я уеду...
- Уеду? Куда?! – Ирина вздрогнула.
- Мистер Вильямс предложил мне вернуться к нему в клинику. Я согласилась.
- Твою * * *... – Не сдержалась Ира и испуганно оглянулась. Она не позволяла себе подобные выражения, но сейчас эмоции взяли верх. О той истории с отъездом она была наслышана. – Ярик знает?
- Знает. Вы мне поможете? С документами и прочим. А то я пока явно не смогу этим заняться, а время поджимает...
Ирина еле сдержалась, чтобы не вставить ещё одно крепкое словцо. Всё это начинало надоедать. Не жизнь, а сериал. Причём сценаристы явные профаны. И она втянута в эту санта-барбару по самое дальше некуда.
- Осуждаете? – понимающе глянула на неё Наташа.
- Да уж явно не поощряю. Заварили кашу – и в кусты... Не собираюсь я вам помогать. И не надейтесь. – Невесело усмехнулась Ирина. – Я права. Ни черта вы не изменились.
- Не вам судить. – Слабо огрызнулась Наташа.
- Конечно. Мне расхлёбывать. Вы знаете, что из-за вас мне грозит служебное расследование? А, может, и судебное разбирательство. За халатность и преступные действия в отношении пациента, повлекшие за собой особо тяжелые последствия... – Тихо сказала Ирина.
- Я расскажу, как всё было.
- Вас никто слушать не станет. Вы и так подозрительно разговорчивая после операции. Спишут на посттравматический шок и выход из наркоза.
- Организм такой... Выносливый.
- Есть такое. Другого мы не вытянули бы.
- Скажите, а я... – Наташа не решилась задать этот вопрос, но Ирина поняла без слов.
- Вы сможете иметь детей. – Тихо сказала она. – Иначе и быть не может.
Наташа слегка сжала её руку. Ира вздохнула и встала. За её спиной появилась медсестра.
- Леночка, сделайте укол и проконтролируйте, чтобы Наталья Андреевна заснула. Мало ли, как организм отреагирует. Если что, зовите меня или Рустама Давитовича.
Ирина оглянулась на Наташу. Казалось, та уже спит. Ира тихо закрыла за собой дверь палаты. Её ждал главврач. Ей еле удалось уговорить его подождать, пока Наташа не проснётся. Ире нужно было убедиться, что всё нормально. Хотя... Нормально ли? Ирина не собиралась помогать Наташе с отъездом. Хватит. Напомогалась. А вот с Вильямсом стоит поговорить. Нечего сманивать кадры и рушить семьи...
Ирина поёжилась и направилась в админкрыло. Ей предстоял непростой разговор с главврачом. И у неё не было ни сил, ни желания бороться или что-то доказывать. Но было другое решение, которое должно удовлетворить всех. И Ира собиралась его озвучить.
*
- Почему она до сих пор не пришла в себя? – Максим сквозь стекло смотрел на Риту. Его пальцы сжимались и разжимались, словно в такт еле заметному дыханию женщины.
- Максим, она спит. Ей лошадиную дозу успокоительного дали. – Ярик успокаивающе положил руку на плечо Красовскому.
- Точно? Не похоже на сон.
- Точно. Уж поверь моему опыту. – Ярослав вздохнул.
- Твоему верю.
- И на том спасибо.
- Ты просто ничего не знаешь. Рита для меня очень важна!
- Рита, Наташа... Красовский, ты бабник. – Устало констатировал Ярослав.
- Можно подумать, тебе всё равно! – огрызнулся Максим.
- Ты же знаешь.
- Знаю. Какого чёрта ты туда попёрся?
- Для безопасности Риты.
- Для безопасности Риты ты мог её отговорить, не пустить! Сказать мне, Рустаму, в конце концов! – сорвался Красовский.
Ярик не ответил. Максим был прав. Можно было сказать. Но тогда кто знает, что могло бы произойти. Отец Рустама всё равно настоял бы на встрече, рано или поздно. И как она прошла бы, не мог предугадать никто. А так Рита взяла ситуацию в свои руки. А значит, хотя бы частично всё было под контролем.
- Ещё и это её упрямство! Ну какой нормальный человек на её сроке работать будет?! – кипятился Максим. Сейчас, когда тревога слегка спала, он почувствовал злость. На Риту, на Ярика, на себя. Как они могли это допустить? Хирурги чёртовы... Костоправы...