Порывшись в холодильнике, Ира выудила упаковку куриного филе. Под руку попались помидоры. Раньше она не особо задумывалась над тем, когда и что ест. Неделя на одном кофе? Запросто. Но мужа-то надо кормить. Мужа... Ирина сердито хмыкнула и разорвала упаковку на курице. И в этот же миг услышала стук входной двери.
- Извини, я не успела с ужином. – не оборачиваясь, Ирина почувствовала, что Дима стоит за её спиной.
- Давай помогу. – Он отобрал у неё нож. Помыв руки, Дмитрий принялся нарезать курицу на кубики. Ира молча наблюдала за ним. Бросив мясо на сковородку и накрыв крышкой, Дима повернулся к ней.
- И кто тебя кормить будет, когда ты уедешь? – поинтересовался он.
- Куплю мешок кофе. И буду выживать. – Машинально ответила Ирина. Вопрос Димы прозвучал так... Спокойно? Значит, он смирился с её отъездом? Так просто? Внутренне Ира ожидала бурной сцены, скандала, очередной ссоры... Но не этого спокойного тона. И она почувствовала лёгкое разочарование.
- Выживать... Вот именно. Выживать. – Дмитрий помешал мясо и сунул к нему пару нарезанных помидор. Убавив огонь, он вытер руки и задумчиво спросил: – Скажи, когда ты рисковала жизнью ради пациента?
- Я так понимаю, Ярик уже приехал... – Ирина нахмурилась.
- Приехал. Ты не ответила на вопрос.
- Нечего отвечать. Я не хочу об этом говорить. – Ирина отвернулась.
- Ярославу сказала.
- Ярослав был со мной. Там была авария. Большая. Много жертв. Раненых. И угроза взрыва. Нам приходилось людей шить прямо на голой земле. А всё могло в любой момент взлететь на воздух. – Отрывисто произнесла Ирина. В горле встал ком. Она не хотела вспоминать тот день. Кровавый день. Её пытались перехватить журналисты, но она пряталась от камер и микрофонов, в то время, как другие самозабвенно распинались перед камерами о том, как было сложно. Только вот эти другие просидели в машинах всё время, крича, что не собираются рисковать жизнью ради кусков мяса. И самое страшное было то, что среди них были те, кто сейчас занимал отнюдь не самые низкие должности.
Дмитрий молча обнял Иру, почувствовав, как её бьёт дрожь. Сколько же всего хранит её сердечко, стук которого он чувствовал сейчас?
- Тихо, малыш... – Прошептал он, гладя её по спине. – Это в прошлом.
- В прошлом... – Покорно согласилась Ира.
- Почему ты не рассказывала мне?
- Это больно.
- Вижу, у нас всегда будут какие-то тайны друг от друга. – Мрачно пошутил Дмитрий.
- Видимо, будут. Скажи... – Ира подняла голову. – Сын Светланы – от тебя?
Дмитрий замер.
- С чего ты взяла? – потрясенно спросил он.
- Ему семнадцать. Его инициалы – Д.Д.
- Ира... Это не мой сын. Я знал, что у Светланы есть сын. Но он не от меня. – Дима заглянул в глаза Ирине. Она ответила ему грустным взглядом, в котором не было и следа от прежнего “огненного” взгляда, от которого трепетала как центральная больница, так и областная.
- А знаешь, что ещё странно... – Медленно произнесла она. – Эта история с твоим паспортом, наш брак... И тут появляется твоя бывшая жена. Совпадение?
- Совпадение. – Твёрдо ответил Дмитрий. – Дурацкое совпадение.
Он потянулся было поцеловать Иру, но звонок в дверь остановил его.
- Я открою. – Ирина выскользнула из его рук. Посмотрев в глазок, она нехотя открыла дверь. На пороге стоял Ярослав. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять: с Наташей он уже виделся. И ничем хорошим эта встреча не закончилась.
- Привет... – Растерянно протянула Ира. Ярик шагнул вперёд и молча обнял Ирину. Вышедший из кухни Дмитрий флегматично заметил:
- Если бы я не знал вашей истории, мог бы приревновать.
Ярик отпустил Иру и посмотрел на него.
- Не возражаете, если я останусь? – устало спросил он. – Не хочу за руль садиться.
- Конечно! – Ира переглянулась с Дмитрием. Они поняли друг друга без слов. Дмитрий ушёл на кухню, а Ирина провела Ярика в гостиную.
- Ир, мне так хреново... – Глухо произнёс он, опускаясь на диван. Ирина села рядом и ласково погладила его по плечу.
- Ты же знаешь, я с тобой. – Тихо сказала она.
- Знаю.
Он сжал её руку. и Ира почувствовала, что сейчас он нуждается в ней, как когда-то она нуждалась в нём, в его помощи и поддержке. Обняв Ярослава и укачивая, словно маленького ребёнка, она прошептала:
- Всё будет хорошо... Всё образуется...
И хотя они оба знали, что это лишь слова, но хотелось хотя бы в этот вечер обманываться и верить, что всё действительно будет хорошо. Хотя бы в этот вечер...
*
Рустам опомнился, когда за окном был вечер. Он не знал, сколько часов просидел возле Риты. Он не помнил ни слова из того, что шептал ей. Но он знал: Рита слышит его. Ведь он слышал её голос, когда был в коме. А значит, нужно говорить, чтобы она знала: он ждёт её...
Максим деликатно кашлянул, приоткрыв дверь палаты. Рустам, вздрогнув, оглянулся. Красовский поманил его пальцем. Прикрыв за собой дверь палаты, Рустам повернулся к Максиму.
- Вы уже выяснили, что с ней? – хмуро спросил он.
- Нет. – Отрицательно покачал головой Максим. Он с досадой сунул руки в карманы халата. Команда лучших врачей больницы не может поставить пациентке диагноз! Позор... Стоящий рядом с ним Александр Петрович нервно откашлялся.
- Как, Максим?! – Рустам шагнул к Красовскому. – Почему?!
- Смотри сам. – Максим подал Рустаму бумаги. – Ритм сердца в норме, антиаритмические мы не назначали. Обследования ничего не показали. Все показатели в пределах нормы. Тарас свою терапию провёл, он настаивает на переведении Риты в гинекологию для контроля состояния ребёнка, но мы не рискуем её переводить, пока не выясним, в чём дело.
- Мы ввели 2 мг физостигмина повторно. – Невролог хмуро мял в руках какие-то листы.
- Что-то обнаружили? – Максим напрягся.
- Ничего. Лаборатория прислала результаты обследования на наличие сахара, кетоновых тел, альбумина и наркотических веществ. Ничего. – Повторил Носенко.
- Разрешите. – За спиной невролога появился Началов.
- Владимир Петрович?! – Максим вздрогнул. – Вы же в санатории должны быть!
- Сейчас я должен быть здесь. – Началов хмуро глянул на Красовского. Тот поёжился под взглядом мужчины.
Повелительным жестом Началов протянул руку к бумагам. Помедлив, Рустам отдал ему документы. Началов быстро просмотрел их.
- Пробы. – Коротко сказал он. Носенко подал ему листы, которые держал в руках.
- Вы не то искали. – Владимир Петрович задержал взгляд на графе, которая скромно спряталась в самом низу листа. – Рустам, Рита принимала баклофен?
- Нет. – Рустам непонимающе покачал головой. – Зачем?
- Тогда почему указана концентрация препарата 250 нг/мл?
Палец Началова показал на цифры в конце строчки. Максим выхватил лист из рук Владимира Петровича.
- Погодите, но как такое может быть? – непонимающе нахмурился он. – Такая концентрация достигается через часы после приёма препарата, но если Рита его не принимала...
- Значит, принимала... – Носенко машинально потёр лоб. – Это всё меняет. Владимир Петрович, вы правы, мы не то искали...
Невролог с досадой хлопнул себя по бедру. Они искали передозировки или реакции на привычные в таких случаях препараты. Но такого не мог предположить никто.
- Но как могла возникнуть подобная реакция? – Максим напряженно думал. – Если это был разовый приём... Возможно, Рита случайно его приняла...
- С чего вы взяли, что разовый? – спросил Началов, хмурясь. – И с чего Рите принимать посторонний препарат подобного действия?
- Владимир Петрович, вы предполагаете, что...? – Рустам не договорил, но Началов продолжил за него: