- Ну зачем сразу в психиатра? – мелодично протянула Анна. – В вашем случае всё очевидно, даже диплома не нужно. Что же, мне пора. В отличие от вас, я не измеряю работу в минутах.
Она вышла. Ирина проводила её хмурым взглядом. Странный разговор. Ни о чём. А ведь Анна никогда не разбрасывалась словами впустую...
Захлопнув дверь кабинета Лещук, Анна резко развернулась и буквально попала в объятия Орновицкого.
- Анна Сергеевна, подождали бы до вечера. А то прямо так, посреди коридора... Неприлично как-то... – Пожурил её Глеб Александрович. Анна вырвалась из его рук и зло одёрнула халат.
- Не льстите себе. – Огрызнулась она. – К тому же, у вас, похоже, другая пассия завелась.
- А вы ревнуете? – Глеб насмешливо поднял брови.
- Было бы к кому! К цыплёнку драному! – Каревская нервно засмеялась. Цыплёнок цыплёнком, да крылья окрепли. Недооценила она всеобщую любимицу Асеньку. Ой как недооценила...
- Точно ревнуете. – Орновицкий деланно огорчился.
- Но ведь это вы буквально пару недель назад клялись мне в вечной любви и верности. – Анна немного пришла в себя и к ней вернулась прежняя уверенность.
- Всё меняется, Аннушка. – Развёл руками Глеб. – Да и вы, я смотрю, меня на Лозинского променяли.
- И вижу, что не ошиблась. Значит, на вас я могу не рассчитывать, Глеб Александрович? – прищурилась Анна.
- Вы всегда можете на меня рассчитывать. Особенно хорошо рассчитывайте ночные дежурства и премиальные. У вас как с математикой? – вежливо поинтересовался Орновицкий.
- Не паясничайте! – одёрнула его Каревская. – Что с вами всеми происходит, чёрт бы вас побрал?! Сначала Максимова, теперь ты! Приворожили вас, что ли?!
- Просто, Анна Сергеевна, вы дальше своего красивого носика да трудовой книжки ничего не видите. А мы вот, наоборот, люди дальновидные. Да и в прошлом покопаться не гнушаемся. Что и вам советую сделать. – Глеб подмигнул Анне и ушёл, оставив её растерянно смотреть ему вслед.
- В чьём прошлом? – крикнула она ему в спину, но Орновицкий лишь, не оборачиваясь, махнул рукой. Анна закусила губу. На что намекал Глеб? Что она могла пропустить? Хотя... Это уже неважно. Механизм запущен. И результат не заставит себя ждать. Осталось лишь немного потерпеть, и скоро Орновицкий сам приползёт просить милости. Вот только она его не простит. Анна Каревская не прощает предателей.
И, теша себя мыслями о мести, Анна вернулась в ординаторскую.
====== Часть 46 ======
Наташа мрачно смотрела на соседку по палате. Та, тихо охая, устраивалась на кровати. Возле неё суетился муж.
- Удобно? Давай поправлю подушку... – То и дело переспрашивал он. А женщина лишь отмахивалась от него, то и дело хватаясь за сумку.
Наташа поморщилась. Одной всё же было лучше. А то начнутся теперь “задушевные” разговоры, расспросы... Но что поделать... Ей и так повезло, что палата пустая была. Для больницы такого масштаба это чудо. Так что нечего привередничать. А новоиспечённую соседку она всегда успеет поставить на место.
Глянув на живот соседки, Наташа отвела взгляд и отошла к окну. Хотя много двигаться ей всё ещё не разрешали, но Наташа выборола право хотя бы по палате ходить. Не могла она лежать! Наташа никогда не понимала, как это – ничего не делать... Она привыкла жить в одном ритме – ритме работы, и любое отклонение от графика выбивало её из колеи. Хотя... Прошедший год – это одно сплошное отклонение...
Наташа почувствовала странный холодок внутри. Казалось, прошла вечность с того момента, как она окончательно решилась на отъезд. Всё правильно. Так и должно быть. Ей нужно уехать. Вот только почему-то внутри у неё не было такой уверенности. И звонок Иры это только подтвердил. Пусть они поговорили пару минут, пусть разговор был лишь про Аню и документы, пусть они не сказали друг другу ничего важного... Но Наташа ощутила острую тоску по девочкам, по Ярику, по их жизни... Она дала Ире номер телефона хорошего юриста, рассказала, что делать... Хотя правильнее было настоять на том, чтобы этим занимался Рустам. Но на это у Наташи не хватило сил. Она чувствовала: ещё несколько слов – и она снова сбежит из больницы, только уже домой.
За окном потемнело. Небо затянули низкие тучи. А ведь ещё полчаса назад в окна светило солнце... Так и в жизни. Сначала всё хорошо, потом плохо.И туч в жизни Наташи становилось всё больше. Она вспомнила, как взбеленился Максим, узнав, что она не приедет. А зачем? Один раз её уже оклеветали. Так и сейчас. Доказать подделку можно и без неё. А она устала от этой борьбы. От этого постоянного страха. Красовский сам разберётся. Не в первый раз...
Внезапно Наташа заметила, что в палате стало тихо. Она оглянулась. Не было ни новой пациентки, ни её мужа. Лишь куча пакетов и сумок указывала на то, что её новая соседка скоро вернётся. Наташа села на кровать, с тоской оглядев больничные стены. Если не присматриваться, то кажется, что всё красиво, но Наташа сразу заметила и облупившуюся штукатурку, и потрескавшуюся краску... В Бостоне всё было иначе. Там на мельчайшую трещинку сразу находилась бригада рабочих. Клиника дорожила своей репутацией. А здесь время замерло, лениво маскируясь под новизну...
- Anything interesting? (Что-то интересное?) – Спросил мистер Вильямс, заходя в палату. Наташа, вздрогнув, оторвала взгляд от пятна плесени на потолке и покачала головой:
- No. Just boring. (Нет, просто скучно)
- I can imagine. Well, soon you’ll forget all these… (Могу себе представить. Что ж, скоро вы забудете обо всём этом) – Засмеялся Вильямс, подавая Наташе продолговатый конверт.
- Soon? (Скоро?) – Непонимающе нахмурилась она, принимая конверт.
- Yeah. Your ticket. We’re leaving in two weeks. And your colleagues are already waiting for you. (Да. Ваш билет. Мы отбываем через две недели. И ваши коллеги уже ждут вас) – Вильямс довольно усмехнулся. Но Наташа не ответила на его усмешку.
- Nice. But I am not sure I will forget it ever. (Хорошо. Но я не уверена, что когда-либо это забуду) – Она бегло просмотрела информацию в билете. Вильямс покачал головой.
- You will. (Забудете) – Уверенно произнёс он. – Let’s it be a nightmare. Soon you will wake up. (Считайте это ночным кошмаром. Скоро вы проснетесь)
- Is it your nightmare as well? It seems like it is… (Это и ваш кошмар, не так ли? Мне так кажется...) – Наташа отложила билет и посмотрела на американца. Казалось, он пытается понять, что у неё на уме. Но ни один мускул не дрогнул на её лице под пытливым взглядом Вильямса. Наконец он, вздохнув, отвёл взгляд.
- Kind of. I didn’t hope to get into such conditions. But I am glad and proud for what I have done here. (Вроде того. Я не думал, что попаду в такие условия. Но я рад и горд за всё, что успел сделать здесь) – Признался Вильямс.
- You’re going to present the results of your research on the conference, aren’t you? (Вы собираетесь представлять результаты своих исследований на конференции, не так ли?) – Поинтересовалась Наташа.
- Yes. One more thing which I don’t like, is that Dr. Agalarov is not going to be with me. I cannot understand this. (Да. И мне не нравится, что доктор Агаларов не собирается ко мне присоединиться. Я не могу этого понять) – Хмуро бросил американец.
- His pregnant wife is in hospital. (Его беременная жена в больнице) – Наташа бросила быстрый взгляд на коллегу, надеясь увидеть его реакцию. Вильямс лишь поморщился.
- Well, I know, but he must think about his responsibility for our common results. And work comes before family. Otherway he will become one of those who are complaining on their salary and non-ability to satisfy his family’s needs. I see it’s quite common here. (Я знаю, но ему следует подумать про его ответственность за наш общий результат. Работа важнее семьи. Иначе он станет одним из тех, кто вечно жалуется на зарплату и неспособность удовлетворить потребности семьи. Я смотрю, здесь это встречается довольно часто) – Американец сердито одернул ворот фирменного халата. Наташа знала, где он его взял. И знала, что стоит этот белый кусок ткани как половина всего её гардероба.
- So you think, he should leave his wife and come here? I must assure you – he won’t. (Значит, вы считаете, что ему следует бросить жену и приехать? Смею заверить вас – этого не случится) – Негромко произнесла она.
- I know. (Я знаю) – Вильямс прищурился. – He demited the post, which the Head Physician had offered him. And can you imagine, he just called up and told this! Without even arriving here! He said he could not leave his wife. So his contract is abrogated. I think, I won’t give him a good characteristic. I am not even sure if I may give him documents about taking part in my course. (Он отказался от должности, которую ему предложил главврач. И представьте себе, он сделал это по телефону! Даже не приехав лично! Он сказал, что не может оставить жену. Так что его договор расторгнут. Я не думаю, что он получит хорошую характеристику. Не уверен даже, могу ли я выдать ему документы, подтверждающие его участие в моём курсе) – Развёл он руками.