—…иначе я закончу начатое.
— А-а-а-а!!! — визжа на манер хорового кастрата и высоко подбрасывая колени, Егор бросился бежать прочь…
ИЛЬЯ ПРЯМУХИН.
Всю дорогу я буквально кипел от ярости. О, какие же изящные планы мести я придумывал! Какие изощрённые пытки сочинял! Какие лютые расправы я разыгрывал в своём воображении! Им всем пиздец. Точно. И Людвигу Ивановичу пиздец, и Коле, и бабе-гипнотизёрше, и врачу их семейному, — тому самому, который шаманил над моей жопой. Кстати, я так и не выяснил что с моей жопой…
И-и-и-и! — взвизгнули тормоза.
— Выходи.
Ясен красен, что джип с гербом Мутантиных на капоте не мог заехать на территорию Клоновских незамеченным, так что довезли меня нихрена не до места. Меня высадили прямо в лесу, за полкилометра до клонофермы. Дальше пришлось пиздовать пешком по обочине.
Искренне жалею, что из леса под горячую руку не вылез какой-нибудь улитоволк, слизнезаяц или боброуж. А то сейчас было бы кстати. Отыгрался бы на животинке от души.
— Поваром хочу быть, — буркнул я на КПП и без проблем зашёл на территорию.
А тут козырно.
Особенно удивил жилой сектор. Аккуратные домики в белом сайдинге, стриженные лужайки, чудные маленькие автомобильчики, как для игры в гольф. Здесь, наверное, живёт научный персонал клонофермы. Не, ну а чо? Забрались к барону за пазуху и в хуй не дуют. Самое то для тихой семейной жизни. Я бы даже позавидовал, если бы не знал, как работает бизнес, и что при работе на дядю ты в любом случае проигрываешь, как бы этот дядя не был к тебе добр.
Как такового главного здания у клонофермы не было. Были четыре огромные бетонные коробки заводских цехов. Один цех побольше, другой поменьше. Из третьего трубы торчат. А мне нужно вон в тот, самый маленький, на нём еще с боку написано «Столовая».
Зашёл с главного входа и прямиком к сдобной поварихе, которая стояла на раздаче. Каноничная такая Тетя-Люба-Дирижабль. Ей бы ещё дымящийся окурок в уголок рта, так я бы, наверное, всплакнул от умиления.
— Добрый день. Я на собеседование.
— Тебе со служебного, — рявкнула повариха.
Она даже глаз на меня не подняла — была очень занята тем, что делала ложкой волны на картофельном пюре.
Ну ладно. Обошёл здание. Постучался. Подождал. Постучался снова. Тут откуда не возьмись появился мой недавний знакомец — Егорка Тильдиков. Видать, проследил за мной каким-то образом и решил восстановить поруганную честь.
Мститель хуев.
Настроение у меня и без того было паршивое, поэтому я не стал расшаркиваться, оттащил придурка за угол и припугнул анальной карой. Мол, так и так, на первый раз простил, но на второй уж извини.
Егорка испугался и пропал.
В этот момент дверь служебного входа наконец-то распахнулась: двое поваров вышли на улицу покурить.
— Я на собеседование.
— О-о-о! — затянул улыбчивый толстячок. — Свежая кровь. Ну наконец-то сподобились нам в помощь кого-то прислать. Заходи.
Вдоль по промасленным унылым коридорам я прошёл в промасленную унылую раздевалку и получил от промасленной унылой уборщицы промасленную унылую форму.
— Как у вас тут всё промаслено и уныло, — как бы невзначай заметил я.
— Да заткнись ты нахуй, — ответила уборщица, худенькая низенькая женщина чуть за пятьдесят. — И без тебя тошно.
Какие доброжелательные люди работают в этом заведении, — подумал я. — Наверняка общение подобного рода они отрабатывают на тимбилдингах. И скорее всего прямо тут и отрабатывают, в раздевалке. С баклашкой крепкого пива и сухариками, ага.
— Куда мне дальше-то? — спросил я у уборщицы.
— Да куда хочешь. Мне вообще плевать, — барышня села на табурет и уставилась в пустую стену.
— Понятненько, — ответил я.
Не, ну а что⁉ Что мне сейчас, надо было расквасить ей лицо и замесить ногами в углу⁉ Чо-то это как-то не по-джентльменски. Да и тем более, может…
— У вас что-то случилось?
— Случилось, — уборщица расплакалась.
— Расскажите.
— Муж в аварию попал!
— Ох, — я невольно поморщился. — Живой?
— Да живой, что ему будет-то⁉
— А в другой…
— И в другой машине все живые. Да только нам теперь за ремонт платить, а денег нет совсем, — женщина закрыла лицо ладошками. — Не знаю, что делать теперь.
Хмм… А я, кажется, знаю.
— Сколько нужно заплатить?
— Пять сотен.
— Понял.
Я подглянул в бейджик и узнал, что уборщицу зовут Татьяна. Затем нашёл на стене листочек со списком мобильных номеров сотрудников, нашел её и перевёл пятьсот рублей. Телефон уборщицы при этом смолчал, — во всяком случае я не услышал ни сигналов, ни вибраций. Ну… что ж теперь? Потом порадуется.