В акте этой решимости человек собственно и начинает свободно-нравственное уподобление Христу, на ней основывается и мистическое приобщение Христу и Его божественной жизни в ее главнейших спасительных моментах — смерти и воскресении. Отвергая все то, что поддерживало эгоистическое направление его жизни, человек «распинает» своего «ветхого человека» (Рим. 6:6), умирает для греха. В нравственной стороне его существа отражаются страдания Спасителя, и верующий соединяется со Христом подобием смерти Его. А через это удостаивается в Крещении достигнуть участия и в спасительных плодах крестной смерти Христа-Спасителя. Проникшись любовью ко Христу, устремившись к Нему, человек полагает основание для действительного преобразования силою благодати всего содержания своей личной жизни по началам праведности и святости. Это преобразование человека обуславливает собой нравственно-свободное участие его в воскресении Господа, соединение верующего со Христом «подобием воскресения» Его. (Рим. 6:5). Таким образом, в таинстве Крещения действием Святого Духа человек таинственно воссоединяется со Христом и вместе с тем достигает реального участия в плодах Христовых страданий и воскресения. Вот почему, по словам святителя Кирилла, патриарха Иерусалимского, в Крещении человек получает благодать не только отпущения грехов, но и усыновления Богу.
Из купели Крещения выходит новый человек с укрепленной благодатью решимостью угождать Богу. По учению свт. Григория Нисского, даруемая человеку благодатью в Крещении известная мера красоты души зависит от степени напряженности его собственного желания. Отсюда, до какой степени простирает человек подвиги благочестивой жизни, до такой, простирается и величие его души. По мысли свт. Григория Богослова, необходимо, чтобы очищение грехов было произведено не на показ, а проникло всего человека; чтобы он стал совершенно светел, а не прикрашен снаружи; чтобы благодать служила не прикровением грехов, но освобождением от них. Хотя дар духовно-нравственного возрождения человек получает от Духа, но соблюдение этого дара приуготовляется прежней жизнью. Из сказанного становится окончательно ясным смысл апостольского учения о том, что Крещение спасает именно постольку, поскольку оно сопровождается со стороны человека «обещанием Богу доброй совести» (1 Петр. 3:21).
Одним из существенных признаков истинной жизни, начавшейся в человеке в Крещении, является истинно-христианская свобода. По учению Святого Писания, свобода является плодом христианского искупления. Христианское искупление освобождает человека от всех последствий греха и возрождает всю его духовную личность, а через это делает человека независимым от всего, что является чуждым и враждебным его подлинному существу, обеспечивает ему ничем нестесняемое обладание истинной жизнью. «Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода» (2 Кор. 3:17). Т. е. свобода является принадлежностью только истинно-духовного бытия, и ее первоисточником является только Святой Дух, от Которого, по силе причастия Ему, ее почерпают верующие. Свобода христианина возрастает и крепнет в нем постепенно, по мере преуспеяния его в духовной жизни. Совершенная христианская свобода является свойством только будущего прославленного состояния всего духовно-материального существа человека.
Для сохранения полученной в Крещении свободы человек должен жить по началам духа, т. е. не исполнять «вожделений плоти», которая «желает противного духу» (Гал. 5:16–17) и проявляется в «страстях и похотях» (Гал. 5:24). Эти проявления плоти, как всецело противные духовной жизни и с ней несовместимые, должны быть изгнаны из личной жизни человека. Вместе с тем, для возрастания в духовной жизни и укрепления в истинной свободе необходимо преуспеяние в любви, которая является сердцевиной религиозно-нравственного совершенствования.