– Меня зовут Клара.
– Давайте без шуток.
– Кира. – повисшая в воздухе пухлая рука сжалась в кулак и принялась крутить кольцо на второй. – Дети ходят в школу, мы просто проспали, а за ребенком я смотрю, все отлично. Если вы заберете деньги, то мне нечем их будет кормить. – темно карие глаза уставились на него ища понимания, но не нашли его и она нервно заморгала.
– Какие деньги? – Вопрос возник машинально, это все бессонница и мозг цепляется за любую загадку или подозрительное стечение обстоятельств. Женщина еще больше занервничала.
– Деньги… ну на мальчика, на Виктора…
– Сколько ему?
– Годик и один месяц.
– Интересно, я ошибся. – Почесал щеку. – Так он не ваш?
– Нет, конечно, – Улыбка, без ответа. – Мой Саша, пошел в школу.
– Я не знал, что у нее был младенец. – Это его очень огорчило. – Тоисть вы за ними… как это… вы их воспитываете? Но с маленькими же трудно, вы могли его отдать в приют, в таком возрасте ему наверняка нашли бы сразу прекрасную семью, если он здоров.
– Да, он полностью здоров. – Возрастающая тревога в голосе. – Я же говорю на него идут деньги, он маленький.
– Вы оставили малыша только из-за денег? А что потом?
Она молчала и Аристарх все понял, это получилось бы быстрее, соображай его мозг быстрее. Наверняка она всех отдаст в дет-дом, возможно даже своего, сейчас просто есть деньги, и возможно еще какая то выгода, но это уже не его дело. Снова стук ложкой. Мальчик решил о себе напомнить. Серые глаза переметнулись на эту Клару или Киру и умоляюще застыли, но он так и не проговорил. Тарелка была пуста.
– Так, я с вами отвлекся. Мне нужно узнать другое. Меня это не интересует.
– Другое? – вздох облегчения. – Что же?
– Ваша сестра…
– Она умерла. Другой у меня нет.
– Я в курсе. Но…
– Вы так и не знаете кто ее убил? – Казалось она переходит в оборонительную тональность, теперь его черед нервничать, ведь эта женщина начнет его обвинять, он это чувствовал. – Мне страшно ходить по ночам, вдруг этот маньяк и за мной охотится? Так значит вы нас охраняете! А оружие носить запрещается! Я бы его пристрелила.
– Хватить! – раздражительность только прибавлялась, а собеседница обладала не редким даром еще больше усиливать это чувство. Закрыл глаза, потемнело все, открыл, еще больше устал. – Мне надо знать чем она занималась на самом деле, с кем спала, куда ходила по вечерам и в этом духе.
– Ага, тут то я разбежалась все вам рассказывать!
Выпалив это она рванула к двери, но детектив умело схватил ее за руку и прижал к стене. Кажется этого она и добивалась все это время. Понял что допустил ошибку и она его не боится.
– Что арестуешь меня?
Вызывающе засмеялась и ликующе ушла из комнаты. Аристарх устало упал на стул и опустил голову на руки. Казалось это тупик. Переться в другую семью не имело смысла, там еще ко всему и мужчина есть, таким вот нечего терять, некуда падать, некуда проваливаться, они на самом дне, они уже там, где другие так сильно боятся оказаться. Нормальных людей пугает тюрьма, а служащий закону внушает доверие. Или уже нет? Про себя улыбнулся и содрогнулся. Снова стукнула дверь и опять обвалилась штукатурка. Удивился как еще этот дом держится в живых и выдерживает таких истеричек. Выбежал в коридор, но было поздно. Кира ушла оставив за собой сладковатый до тошноты запах очень дешевых духов.
– Прекрасно! Она удрала.
Его слишком громкий тон, привлек чье то внимание за стеклянной дверью. Матовое стекло не давало возможность разглядеть оставшегося третьего человека, только громадная тень медленно передвигалась. Никакого шороха, монотонный голос из телевизора и все. Сжимая в руке свой любимый кольт, детектив медленно приоткрыл дверь. Сразу ударил запах пота, пива, мочи и жареной картошки, что-то еще, но незнакомое, возможно что-то мёртвое, крыса или кошка. Удалось разглядеть не все, ведь плотные занавески не пускали в эту ужасную комнату хоть какую то жизненную силу света. Под окном старый потасканный диван, у стены детская кроватка, не было видно малыша, да и тишина, наверняка она забрала его с собой. Так он себя мысленно успокаивал. Маленький комод, а на нем телевизор. Свет от него и освещал сидящего в кресле мужчину. Лысая голова, длинная черная борода, рубашка в клеточку, голубые джинсы, в одной руке пиво, в другой рыба. Что-то все таки было не так и Аристарх усердно пытался заметить еще детали. Упускалось нечто важное, или же это уставший мозг дорисовывал себе нужную головоломку. Стоп! Теперь он все понял. Мужчина был прикован к инвалидной коляске. Вот почему она не беспокоилась о детях, а оставляла их как бы под его присмотром, а сама беспечно улетала на работу или к своим кавалерам. Ему не хотелось его будить и детектив тихонько закрыл дверь и хотел уже было уходить, но вспомнил о молчаливом мальчике. Тут возникла идея, но тут же погасла, ведь если парень немой, то нет смысла с ним возится. Все таки не смотря на усталость, он не потерял свое чутье, это как будто разбудить врача среди ночи и заставить сразу же зашить рану, и он это сделает безупречно. Так и следаки, свои профессиональные навыки нельзя даже пропить, не то что забыть. Улыбнувшись направился в кухню и удивился. Парень сидел за столом держа в руке ложку, он ждал. Серые глаза так же пристально за ним наблюдали. Пришлось вспоминать все истории связанные с детьми, чтобы понять как ему действовать. Но его скудный опыт сводился к посещению психиатрической больницы, когда расследовал убийство семьи и подозреваемым был десятилетний парнишка с миленьким личиком, и минутные общения с потерпевшими или свидетелями убийства, но разговорить ребенка который видел как его мать убивают или насилуют, сродни разговору с камнем, ему не давалось общение, никогда легко, даже со взрослыми. Вздохнул и не обращая внимания на серые большие глаза, которые заставляли почему то испытывать чувство вины, сел на свой стул и попытался улыбнутся.