– Ты где?
– А что?
– Я хочу встретится.
– Давай в том же кафе через десять минут.
Аристарх хотел объяснить, что у него не получится так быстро добраться, но его друг уже отсоединился. Дождя не было целый день и все люди как сумасшедшие высыпали на улицу. Все как из муравейника бежали в разные стороны. Куча машин создавала ужасную пробку. На восемь вечера это было очень странно. Из-за такой беспощадной суматохи детектив ехал пятьдесят минут. Вдыхая холодный воздух и выкуривая сигарету пытался сосредоточится на желаемых вопросах. Не смотря на усердное отрицание, что не нуждается в напарнике, сейчас нужно было еще какое то мнение, чтобы угасить нарастающее сумасшествие в голове.
Заходя в грязные стеклянные двери кафе, прикрыл нос рукой. Здесь пахло то ли мочой, то ли сгоревшим салом. Скомкал пустую пачку сигарет и бросая ее на стол, устало упал на стул напротив Андрея Андреевича. Тот нервно жевал зубочистку и поглядывал на часы.
– Снова я тебя жду.
– Я был дома у того полицейского.
– И как? Мне надо будет извинятся?
– У них красиво дома и двое детей.
– И что с того? – Непонятно почему он улыбнулся.
– А то, что у двух других жертв плохо все. Даже очень. Я бы сказал низ общества. Здесь что-то не так.
– Объясни уже наконец, что не так! – Ударил кулаком по столу. Но в кафе никого не было, так что измученная официантка даже не взглянула в их сторону. – А то заладил, что не так…
– Вот черт! Я же забыл спросить… – Начал легонько бить себя пальцем по левому виску. Шум в голове перешел на монотонное выстукивание, как в его кошмаре с молотками. Холодный пот сразу пробежался по всему телу. – Нельзя ли позвонить этому Зелковскому?
– Зачем? – Допил кофе и позвал официантку. – Он знаешь ли не любит тебя или ненавидит даже. Ты что и до него успел добраться? – Повернул голову к девушке и смазливо улыбнулся. – Мне еще кофе, а вот этому еды. Что-то вкусное и побольше. – Проводил ее взглядом как бы наслаждаясь.
– Ты ему позвони.
– А что сказать? Если это какая то глупость, то не стану. Тебе то все равно на всех, а мне вот стыдно. Я так с людьми не работаю.
– Ладно. – Слишком сильно обострилось чувство голода, чтобы встревать в спор и Аристарх выжидающе поглядывал на двери кухни. – Прошлый раз он говорил, что убийца использовал кислоту или… я не помню, надо было записать. Так вот, я хотел спросить, есть ли и сейчас такое.
– Ты бы видел его лицо когда я сказал, что это ты наступил ей на руку. – Пухлое лицо покраснело от смеха. Он не смог остановится даже когда официантка принесла заказ. – Еще что-то?
– Кажется нет, – Не смотря на противный затхлый запах от еды, Аристарх все равно набросился на большую порцию жареной картошки, двух сосисок и омлета. Все это жадно запивал большими глотками горячего кофе. С набитым ртом он продолжил. – А как насчет анализов?
– Да. Все таки она была мертва десять часов до нашего прихода. А все остальное непонятное. Надо тебе будет прочитать.
– От чего умерла?
– Тут сложнее. У них аппарат сломался или что-то типа того и этот Зелковский отправил материал в другую больницу. Завтра с утра будет готово.
– Дай мне адрес.
– Ну зачем? – Понимая, что этот сумасшедший не отстанет он быстрым почерком на салфетке написал. – Вот.
– Городская больница номер три. У них нет значит, а там есть? – Его друг только покачал головой. – Вы допросили полицейского?
– Допросили? С чего бы это? Он скорей жертва нежели подозреваемый.
– И где он был?
– Работал.
– Ночью?
– Нет, днем. Потом пошел в магазин и к брату зашел, отвозил машину в ремонт.
– И это все в таком порядке? Когда домой пришел не показалось странным, что жены нету?
– Он очень подавлен, все знали как он ее любил, не надо на него давить.
– Но мне хотелось бы знать где он был когда его жену убивали? Как же так то? Ты в курсе, что она нигде не работала? Только дом и работа, пару подруг. Куда же она шла? – Запихнул большой кусок сосиски в рот и пару секунд молчал. – Вы во сколько пришли на место преступления?
– В час ночи.
– Так… Если десять часов тому назад умерла, то ее убили где-то в три вечера…дня? Не может быть! Он все это проделал днем? А как же дождь?
– Ты мне кажется не все понимаешь. – Самодовольная улыбка.