Закрыл уши руками, чтобы приглушить достающий лепет заходивших и уходивших людей. Видел только светлые зеленые глаза, маленькие черные точки, верхнюю пухлую губу, что прикрывала тонкую нижнюю, большое чело, сверкающие камушки в ушах и болтающиеся волосы. Он так сильно пытался вспомнить ее имя, что забыл обо всем на свете. Но жестокие мысли подгоняли все что угодно, кроме желаемого и заставляли изнывать от раздражения, что будило спящую жгучую боль. Все остановилось, как в кино. Затихли голоса, прекратился шум в голове, сердце не бьется, а кровь застыла. Все покатилось в другом направлении. Холодный пот покрыл спину, а внутрь ворвался нож придуманный коварной, неотстающей тоской. Он смог! Поймать и удержать жаркий вечер на улице, милое прощание мальчика и брошенную лживую фразу, что сразу исчезла на ветру, как и женщина. Те самые волосы, тот самый маняще обманчивый силуэт вдали. Ах, как же хотелось закричать, подпрыгнуть и побежать отсюда. С кем-нибудь поделится. Но с кем? Детектив больно свалился из своих размышлений снова в реальность. В кармане вибрировал телефон. Через секунду на него недовольно сетовал Андрей Андреевич.
– Ну и где тебя носит? Только не говори, что ты снова пил? Ты меня достал! Черт! – послышался стук разбивающейся тарелки об пол.
– Я в больнице.
– Что?
– Забирал анализы.
– И как?
8
Допивал третью кружку кофе и напихивал в рот сухое печенье. Неудобный деревянный стул только усиливал боль в спине. Сильно пожалел, что ночью не пошел домой, а остался подсматривать за этими людьми. Не находил ответа на вопрос – он детектив или обычный прохожий? Подул, чтобы развеять крошки с клавиатуры ноутбука. Понятия не имел на чьем месте сидит. Лучше уж в допросной торчать, нежели в таком кабинете. Три одинаковых стола, ноутбуки, четвертый в углу завален бумагами, один шкаф в цвет столам, где только несколько кружек, пачка с кофе. На подоконнике электрический чайник и пепельница. От мысли, что работал бы в таком месте лихорадочно передернуло. Андрей Андреевич ходил по кабинету и опускал жалюзи. Желание покурить в окно сразу улетучилось. Доев печенье пересел на другой стул возле окна. Включил чайник, чтобы снова выпить кофе. В двери постучали. Его друг сурово на него посмотрел, положил папку с фотографиями жертвы на стол и пошел открывать двери. В кабинет вошел среднего возраста мужчина в полицейской форме. Снял фуражку и сразу уселся напротив Аристарха. Густые брови сошлись на переносице, ноздри раздувались как у быка, что готов бросится на красную тряпку, большие волосатые ручищи тяжело опустились на стол. Облизал тонкие губы и самодовольно уставился на детектива. Андрей Андреевич взял стул и сел с боку, как бы между этими двумя. Аристарх залил черный кофе кипятком и медленно стал раскладывать фотографии.
– Я не хочу это видеть.
– Почему же?
– Он что будет меня допрашивать? – Игнорируя вопрос Аристарха он уставился на начальника.
– Не допрашивать, а просто узнает кое-что и все. – Андрей Андреевич всеми силами пытался уладить нарастающую бурю, но признавался себе, что должен доверится этому сумасшедшему парню. – Оставь фотографии. – Он не сильно сжал протянутые руки полицейского. – Пусть будут.
– Как его зовут?
– Обращайся ко мне!
– Как тебя зовут? – Аристарх сделал глоток горячего напитка и в душе страшно наслаждался этим моментом. Он их всех поимеет! И улыбнулся.
– Олег.
– Думаю себя мне не надо называть. – Самодовольная улыбка.
– Конечно. Тебя здесь все презирают. Вот увидишь, Давид первым доберется к этому психу и ты больше никогда сюда не приедешь. – Неприятный хриплый смех.
– Может уже начнете? – Андрей нервно привстал, затем плюхнулся на стул скрестив руки на груди.
– Да. – Снова глоток кофе. – Целый день ты был в участке?
– Нет, только до десяти.
– Я думал ты вечером пришел домой.
– Домой да. Но с работы я ушел в десять.
– Угу. – Пальцы перебирали фотографии, выбирая те, где крупным планом снято лицо и отрезанные ноги. Он внимательно каждую секунду следил за меняющейся мимикой полицейского. – И куда ты пошел с работы?
– В магазин.
– Есть чеки?
– Да.
– Ты там пробыл допустим час.
– Показать чек, там же есть время. – Потер выбритую щеку и сжал кулаки.
– Не надо. – Стал рассматривать лицо женщины. Под светлой вспышкой видно, что макияж сделанный недавно, но уже не свежий, на шее слева виднелось синее пятнышко. – Так, это значит уже одиннадцать.
– Нет, кажется двенадцать, я же ехал еще.
– Ах, да. Пробки. – Постучал пальцем по виску. – Забыл. – Кофе начало остывать. – Затем ты куда пошел?