– Признаюсь, я пожалела, что взялась за этот случай. Мне всегда было больно смотреть на детей. Ох, – Пару глотков горячего напитка, – и тут Виктор приходит и говорит, что у нас поступление. Смотрю я значит на время, а там пол пятого утра. Передаю все своему коллеге. Страшно усталая бегу делать УЗД, затем КТ, хотя и так все было понятно. Истратила уйму часов с этой беготней. Ноги так болели и еще болят, не ела кажется с прошлого вечера. Готовимся к операции, мою руки, он лежит уже на столе. Одевая перчатки молюсь, чтобы не случился разрыв. Как по мне то мы потеряли время которое должны были истратить на операцию. Виктор заметно нервничает, но делает свое дело покойно. Мы только раскрыли его и вот же черт!
– Это был мужчина?
– Что? – Мутные зеленые глаза уставились на позабытого собеседника, как будто он был привидением. Мотнула головой и вспомнила где находилась. – Да, сорок один год, аневризма брюшной аорты. Такой статистический случай, где возможно избежать летального исхода. Сложно конечно бывает, но возможно, я уже не раз проводила такие операции.
– Так что случилось?
– У нас закончилась кровь… – Перевела учащенное дыхание и сделала глотки кофе. Лицо становилось еще бледнее. – Если бы можно все предвидеть наперед. – Растирала шею обеими руками. – Я даже не успела ничего сделать. Виктор только коснулся рукой и тут на нас хлынула кровь, а у него оказался резус отрицательный. Представляешь?
– Не совсем.
– Вливаем один пакет за другим… – Как будто не расслышала ответа. – Отсос откачивает кровь, но разглядеть что-то не удается. Мои ноги уже скользят по липкому полу. Несколько зажимов и вдруг крик мед брата, что это последний пакет. Виктор кричит на всю операционную. У меня большие глаза, ведь я понятия не имею где достать еще. Медсестра вбегает и говорит, что через двадцать минут привезут еще крови с другой больницы. Двадцать минут! – Усмехнулась. – Каких то двадцать минут, а нам нужно сейчас. За это время можно пообедать, вздремнуть, пройтись, осмотреть пять пациентов, но спасти одного не удалось. Мы не могли ждать. Давление упало и на нем остались только холодные зажимы, когда проводилась реанимация. Все закончилось так быстро. И когда я принимала поступившую кровь, то хотелось расплакаться. Куча уже ненужных пакетов последовали в холодильник. Мы действительно изо всех сил пытались его спасти, но увы. Я чувствую себя так ужасно.
Она обняла себя руками, склонила голову на бок, спадавшие волосы скрывали щеки по которым катились слезы. Аристарх наблюдал как поднимаются и опускаются плечи, как тишину разрезает сдавливаемые всхлипы. Не впервые стал свидетелем человеческой слабости. Но это единственный раз, когда ему захотелось успокоить постороннего. Сжимал кружку, что аж костяшки побелели. Было так неловко и так паршиво. На долю секунды показалось, что он испытывает тоже самое. Ее дыхание сплелось с его, ее мысли отобразились в его и наконец детектив встал, подавливая тошноту и закусывая сухую губу на которой выступила кровь. Дрожащая рука протягивалась вперед навстречу этой милой незащищенной женщине. Он сглотнул и скривился от металлического привкуса во рту. Анна повернулась спиной, вытерла слезы и старалась улыбаться, когда зеленые мокрые глаза одарили Аристарха умаляющим взглядом.
– Откуда у тебя кровь?
Она поспешила к нему и не смотря на возражения легонько провела салфеткой по губе. Он даже не почувствовал этого. Девушка была на голову ниже от него, с пару лишними кило, но это только придавало ей женственности, а пухленькие щечки так и хотелось тискать как ребенку. Сглотнул и заглянул в ее глаза. Была так близко, что глубоко вдохнул запах пота перемешанный со сладкими духами. Ему стало страшно. Возрастающая паника переходила в возбуждение, на лбу выступили капли пота, дыхание участилось. Он даже вздрогнул когда она устало зевнула. На своей грубой коже он ощутил теплое человеческое дыхание. Хотелось взять ее лицо в ладони, заглянуть в самые тайные ее мысли и спросить – почему? Возрастающее желание впиться в эти неровные бледные губы сбивало все в голове. От всего увиденного ранее и от ее невинного взгляда становилось больно. Он не мог понять зачем это все делает, зачем мучает его? Схватился за сердце и кажется ей удалось прочитать его мысли, ведь Анна сжала руку в кулак и медленно пошагала назад. Опомнился от ужаса, от осознания, что прокололся, что она его обыграла. Упал на кровать и начал лихорадочно прокручивать ее слова, чтобы начать разговор. На самом деле он не хотел признаваться, что ее ледяное спокойствие и равнодушие будило в нем жестокое, обжигающее и такое всегда больное желание к чужому физическому телу. Переведя дух, собрался и поднял глаза. Она ела лапшу и запивала все кофе.