Предок Александра Великого македонский царь Александр первый, страну которого покорили персы, предупредил Павсания о наступлении. Наварх незамедлительно собрал военный совет. Начались споры о том, кто на каком фланге и против кого должен стоять. Павсаний предложил против самих персов выставить афинян, так как они уже побеждали их при Марафоне. В войске греков начались перестановки, что тут же заметили персы и также переставили свои войска. Обратный маневр также ни к чему не привел, а Мардоний обвинил Павсания в трусости и предложил сразиться между собой только персам и спартанцам, что наварх оставил без ответа. Тогда Мардоний отдал приказ коннице атаковать эллинов. Всадники, вооруженные луками и дротиками, теснили греческие отряды, нанося им большой урон. Персы также замутили и засыпали источник Гаргафию, откуда черпало воду все эллинское войско. Греки лишились и воды и продовольствия. Поэтому на военном совете было решено переместиться ночью вдоль реки на Остров. Так называлось местечко, где река разделялась на два рукава, образуя посередине живописный островок. Здесь воды было предостаточно, а ландшафт был удобен для фаланг. Павсаний предпочитал не столько сражаться, сколько маневрировать. Он опасался открытого боя с персами и проявлял нерешительность.
Весь день греки, мучимые жаждой, мужественно отражали атаки персидской конницы, а, дождавшись темноты, начали отступление. Тут и вовсе началась неразбериха. Союзники перепутали название и отошли не к Острову, а к Платеям. Павсаний отдал приказ спартанцам двинуться следом, но Амомфарет, командир отряда питанетов, составленный из закаленных в боях воинов, возраст которых перевалил за пятьдесят лет, отказался подчиниться и обвинил наварха в трусости. Питанеты придерживались древних спартанских традиций. Любое отступление они считали позором. К тому же Амомфарет не был осведомлен о решении совета. Совсем не случайно его туда не пригласили. Афиняне, ожидавшие отступления спартанцев, послали глашатая, который стал свидетелем неприглядной ссоры. Амомфарет схватил камень обеими руками и бросил его к ногам Павсания. Этим камнем, заявил начальник отряда питанетов, он подает голос за то, чтобы не бежать от чужеземцев. Павсаний же назвал его “исступленным безумцем”.
В итоге, Павсаний с частью спартанцев отошел на 100 стадий к ручью Молоента, где стояло святилище элевсинской Деметры, и стал дожидаться Амомфарета, который только под утро начал отход медленным шагом в такт звукам флейт, ступая в ногу и сохраняя равнение в рядах. Такое отступление «гусиным шагом»не считалось позорным. Афиняне же двинулись к Острову, как было решено на военном совете.
Когда рассвело, вся картина открылась Мардонию. Он возликовал, вознес хвалу богам, не забыв похвалиться перед теми, кто отговаривал его от сражения, и приказал всему войску атаковать разрозненные отряды греков. Полководец персов, уверенный в победе, самолично возглавил наступление. Полчища варваров легко преодолели мелководный Асоп и устремились на спартанцев. Афиняне к тому времени ушли за холмы, а остальные союзники были еще дальше, возле Платей. Со спартанцами остались лишь тегейцы.
Первыми на пути варваров встали питанеты. Слишком медленно они шли, чтобы успеть соединиться с основными силами. Слишком мало их было. Немногие спартанцы доживали до пятидесяти. Слишком много войн и сражений вела Спарта. Персидский вал всей мощью нахлынул на ветеранов, которые стремительно сомкнули щиты и ощетинились лесом копий. Взыграли флейты. Питанеты запели военный гимн:
Фаланги строй несокрушимый!
Пусть враг дрожит, услышав флейты вой.
А наш порыв – неудержимый:
Негаснущий огонь ведет нас в бой.
Плевать на глубокие раны:
Сольётся с плащом наша кровь –
Враги побегут, как бараны,
Арей, бог войны, нам отец и любовь!
Фаланги строй несокрушимый!
Пусть враг дрожит, услышав флейты вой.
А наш порыв – неудержимый:
Негаснущий огонь ведет нас в бой.
Идем на врага, как титаны,
Спасайтесь от бога войны,
Не станем карать мы за раны:
Не тронем бегущих – мы Спарты сыны!
Фаланги строй несокрушимый!
Пусть враг дрожит, услышав флейты вой.
А наш порыв – неудержимый:
Негаснущий огонь ведет нас в бой.
Питанеты выдержали первый удар, не отступив ни на шаг. Персы обрушили на спартанцев град стрел и дротиков, теснили конницей, пытаясь разрушить строй фаланги. Ветераны несли большие потери, но стояли несокрушимой стеной. Основные силы спартанцев были невдалеке и могли поддержать ветеранов. Однако, Павсаний не вступал в бой, дожидаясь благоприятных знамений. Он уже послал глашатаев афинянам и союзникам с просьбой о помощи. Афиняне незамедлительно развернули войска, но на их пути встали греки, подвластные персам. Союзники были слишком далеко, чтобы успеть. А персы уже наседали и на основные силы спартанцев, нанося им ощутимый урон. Жрец приносил жертву за жертвой. Павсаний и войско, оставаясь недвижимым, усердно молились. Лишь питанеты, не зная, что Павсаний приносит жертвы, доблестно сражались. Наконец, выпали благоприятные знамения. Спартанская фаланга двинулась навстречу вражескому войску, но было остановлено персами, которые всей мощью навалились на эллинов. Могучие персы наносили по щитам удары, умудрялись выхватывать из фаланг длинные копья и ломали их.