Лёня приподнялся, сонно оглядывая Сергея.
— Курить есть? — спросил он хрипло.
— У него, Леня, «Беломор», фабрики Урицкого, — опередил мужичок. — Обстоятельный товарищ…
Сергей вышил из магазина, держа кучу свёртков. Оглядываясь, перебежал дорогу, прошел по узкой улочке к арыку.
Николай Федосеевич и Леня переоделись в чистые костюмы, оглядывая себя, усмехаясь. Сергей протянул расческу.
Пустынная площадь. За забором аллея тополей, густые ухоженные кусты сирени, в глубине двухэтажное чистенькое здание. Из переулка к забору подошли трое, не выходя на площадь, и тут же перелезли через забор.
Мужичок, положив Леню и Сергея в кустах, стал перебираться ближе к зданию. Сергей и Леня, чуть помедлив, перебежали следом.
Окно на первом этаже было раскрыто настежь, тяжелые шторы раздвинуты.
Мужичок, приподнявшись, рванулся и одним движением взапрыгнул на подоконник, следом рванулся Сергей.
В полутемном кабинете за огромным столом, уставленным телефонами, сидел секретарь райкома, мужчина в белой рубашке и галстуке — узбек, лет пятидесяти, что-то просматривал. Как вдруг что-то стукнуло по подоконнику, метнулась тень, и он увидел, как к входной двери подскочил небольшой человечек, запирая ее на ключ.
Секретарь вскочил, оглянулся. С подоконника тихо спрыгнул Сергей. И вдруг окно перекрыла огромная тень.
Секретарь рванулся к сейфу, но детина в два шага настиг его и, обхватив, смял.
Сергей сел на корточки рядом, глядя секретарю в глаза, достал пистолет.
— Сейчас мы выйдем вместе с тобой и поедем за Хамидом. И если за нами вдруг кто-то увяжется, я тебя убью.
Мужичок осмотрел стол, бумаги, просмотрел выдвижные ящики, засунув себе что-то в карманы, подал пиджак.
— Говорить по-русски, — строго сказал он секретарю.
Первым вышел маленький мужичок, следом Сергей с секретарем, сзади нахмурившийся Леня.
В приемной сидели люди. Они сразу поднялись, кланяясь, но секретарь отмахнулся резко от них, сказал строго секретарше:
— Я скоро.
Стоящий у входа в здание милиционер отдал честь, подозрительно оглядывая проходящих.
Они все сели в белую «Волгу», та, пыля, развернулась на площади.
Милиционер, проводив ее взглядом, бросился в проходную.
Проскочили мост, впереди показался шлагбаум.
Все молчали. Водитель косился в зеркало на сидевших.
— Стой, — скомандовал Сергей. — Развернись и выйди.
На место водителя сел мужичок, ощупывая радостно руль.
От шлагбаума бежало двое слуг.
— Приведите этого парня, — строго сказал секретарь. — Быстро.
Минут через пять из ворог вывели Хамида. Он уже не мог идти, его держали под руки. Ноги его волочились носками по земле.
Сергей, сглотнув, похлопал секретаря по колену.
Леня помог втащить Хамида на заднее сиденье, тут же оттолкнув слуг от машины, но они не уходили. Сергей кивнул секретарю. Тот заговорил:
— Я скоро приеду. Если кто-нибудь поедет за мной, передайте всем: я накажу…
Хамид был без памяти, лицо было разбито и уже почернело, он даже не стонал. Леня, перегнувшись с переднего сиденья, помогал Сергею бинтовать Хамида, выгребал из аптечки бинты.
У парикмахерской машина притормозила. Парикмахер, вглядевшись, выбежал с вещами Сергея и Хамида, подал их в окно.
— Водки, — сказал Леня, протягивая ему деньги.
Парикмахер вбежал в дверь и тут же вернулся с двумя бутылками.
Хамиду влили полстакана, он глотнул, но в себя так и не пришел…
Машина выскочила из городка и стала взбираться по крутому шоссе в горы.
Сергей, полуобняв Хамида, придерживал ему голову. Он начал приходить в себя, приоткрыв глаза, забормотал:
— Келин, келин, — попробовал улыбнуться.
— Ожил, — сказал мужичок, поглядывая в зеркало. — И слава Богу!
Секретарь завозился на сиденье, вытирая пот со лба.
Проехали кишлак.
Хамид снова закрыл глаза, вдруг весь ослабел.
— Останови! — крикнул Сергей.
— Что?
— Останови.
Машина затормозила.
Хамид сидел неподвижно, откинувшись Сергей осторожно взял его голову, обнял, положив себе на плечо.
Мимо скатился стремительно под гору какой-то мальчишка на велосипеде…
Посидели молча, не зная, что делать.
— Надо ехать, — робко сказал мужичок. — Нагонят еще.
Сергей открыл, перегнувшись, дверь, выпуская секретаря. Вылез сам. Обошел машину, открыл дверь и осторожно вытащил Хамида. Вылез Леня, помогал ему.
— Езжайте, — приказал Сергей.
— Найдут тебя, парень, здесь.
— Теперь не найдут…
— Не обижайся потом на нас, — сказал мужичок.
Они пожали друг другу руки.
— А этого шлепни.
— Ладно… Бери вещи, — приказал Сергей секретарю.
Тот, подобрав вещи, замер.
— Иди вперед на холм.
Сергей взвалил Хамида на спину и тяжело пошел следом.
Машина, постояв, рванулась.
За холмом начинался сразу же другой холм, более крутой и высокий. Сергей положил Хамида на землю устало. Мужчина, не слыша шагов, остановился, оглянувшись.
Сергей вынул из сапога нож, воткнул его в землю.
— Рой, — приказал он.
Сам сел рядом с Хамидом. Смачивая платок водкой, гринялся обтирать ему лицо. Из рюкзака он вынул белую рубашку и две небольшие тряпки, положил рядом с собой.
— А теперь хорони. Как положено по-вашему, — снова приказал он.
Секретарь закивал головой, не решаясь приблизиться.
Сергей поцеловал Хамида, кивнул секретарю.
Секретарь, стоя на коленях, сложив ладони, бормотал молитвы, раскачивая головой. За холмами застыли на склонах желтые смерчи…
На могиле б изголовье Сергей поставил камень. Поднялся.
— Бери вещи, пошли. — И, не дожидаясь, стал подыматься выше на холм.
— Скажите, вы меня не убьете? — уже у самой вершины заговорил жалобно секретарь, задыхаясь, позади него. — Я все выполнил, вы же не убьете меня?..
На самой вершине Сергей остановился. Дорога была чуть видна, черная тоненькая нитка внизу. Сергей сел на землю. Секретарь положил перед ним его вещи.
— Простите меня, — он опустился перед Сергеем на колени. — Вы же обещали отпустить.
Сергей вынул пистолет и положил рядом с тобой.
— Иди, — сказал он тихо. — Торопись…
— Вы меня не убьете?
— Иди! — крикнул Сергей.
Секретарь, поднявшись, медленно пошёл по склону вниз, опустив голову.
Сергей, подняв с земли камешек, бросил его, попав мужчине в спину. Тот фальшиво вскрикнул и стал заваливаться.
Сергей рассмеялся. Секретарь, подняв голову, улыбнулся, мелко кивая. Вдруг вскочив, моча штаны, побежал вниз.
Сергей вдруг, вскинув пистолет, выстрелил, еще, еще. Выпустил всю обойму. Но было уже слишком далеко.
Швырнув пистолет, он уткнулся в глину, заплакал.
Далеко, внизу мелькала светлая фигурка секретаря. Навстречу ему из остановившихся машин бежали люди…
Солнце садилось над озером.
Сергей вышел на поляну у самой воды, пошел по песку к шалашам.
У шалашей горел костер, вокруг сидели люди. На шестах сушились сети. Вялилась рыба.
Сергей услышал песню. Видно, у них играл магнитофон.
«Над Доном угрюмым идут эскадроны…» — пел грустный голос.
Один из людей с ружьем в руках встал навстречу Сергею. Другие глядели на него. Сергей остановился.
— Проходи, Иван, мы тебя знаем, — сказал кто-то.
Тот, что с ружьем, сел.
Сергей присел рядом с ним, закурил.
Сидели молча, слушали песню.
Люди были совершенно дикие, со спутавшимися льняными и русыми волосами, в парусиновых штанах, босые.
— Поживешь пока, — сказал тот же старик. — Здесь не сущут.
Мужик рядом с Сергеем заулыбался, трогая его дорогой халат, хромовые сапоги.
Солнце садилось над озером.
…В темноте над водой прилетели, крича, гуси.
Два силуэта виднелись у воды.
— Почему домой не едешь? — спросил голос Сергея.