На кухне он осмотрел холодильник. Достал кочан капусты и, выщипнув целую четверть, стал с хрустом есть в темноте, глядя в раскрытое окно.
Где-то под самым небом пролетела, тоскливо каркая, невидимая ворона. Иван осмотрел небо, но не увидел ее. Бросив недоеденную капусту в ведро, он сунул лицо под кран, умылся и напился…
Вытираясь локтями, прошел в спальню, снял джинсы. Оставшись в одних трусах, осторожно лег рядом с девушкой.
Она спала на боку. Почувствовав его тело, она, проснувшись, едва приоткрыла глаза, увидела перед собой ладонь Ивана и сонно стало трогать губами его указательный палец, медленно забирая его в рот. Иван, разглядывая ее, спокойно и почти равнодушно погладил девушку по бедрам. Она задышала, ее рука вяло и слепо нашла его грудь, сползла ему на живот. Но она спала. Иван осторожно убрал свою руку, лег на спину, глядя в потолок. Потом закрыл глаза, чисто и спокойно вздохнул, как вздыхают засыпая, и выключил ночник.
Снова где-то за окном каркнул ворон. Еще раз. Иван, быстро поднявшись с кровати, стал натягивать джинсы. Надел майку… По пути через комнату подхватил пиджак…
Хлопнула дверь, и он побежал по лестнице вниз, спеша, прыгая сразу через пять ступенек…
Он обошел беседку по кругу, постоял прислушиваясь. Ветер шевелил кусты, было тихо. Иван зашел в беседку, присел, оглядываясь. Нагнувшись, поднял с земли обертку от конфеты. Вдруг быстро пошел из беседки. Ветер налетел на него сильным порывом, прошел волной дальше, качая кусты. Иван пошел по кустам, в ту сторону, куда убежала девушка, тихо, потом все быстрее и быстрее, словно по следу. Войдя в чащу, он бесшумно побежал…
Он вышел к какому-то складу, и за длинным деревянным забором, почуяв его, сразу забегали, захрипели три огромных волкодава. Иван посмотрел налево, направо, быстро пошел вдоль забора налево, и собаки за забором, не отставая, побежали за ним. Они не лаяли, только хрипели злобно, прыгая грудью на старый шатающийся забор и, просовывая пасти в щели под забором, щелкали зубами.
Иван остановился. Поднял с земли ветку, сел на корточки и стал злить собаку, шлепая ее веткой по носу. Волкодав, захлебываясь хрипом, высунул морду целиком, стараясь схватить Ивана за руку, но Иван вдруг второй рукой сам схватил собаку за ошейник и вытащил ее из-под забора, как она ни упиралась. Он поднял огромного лохматого пса, встряхнул, и волкодав вдруг присмирел, только рычал тихо Иван погладил пса.
— Чего ты, хорошая собака, хорошая…
Он отпустил собаку, и она тут же бросилась назад под забор. Иван снова пошел вдоль забора, быстрее, побежал. Забор перешел из деревянного в железный, потом уперся еще в один забор, каменный. Здесь был пролом, к которому вела тропинка.
Иван нырнул в пролом и оказался во дворе какой-то фабрики. Он огляделся, прислушиваясь к неясному механическому шуму. Прошел вдоль ряда грузовых машин, гигантских кабельных катушек и вышел прямо к цеху. Огромные окна цеха ярко горели, воздух и земля колебались от гула невидимых станков.
Иван на секунду растерялся, но тут же пошел к воротам в стене и открыл маленькую железную дверь…
Громадный, с недосягаемым потолком цех был залит ярким светом. На бетонном полу длинными ровными рядами стояли ткацкие станки, крутились катушки с тканью, двигались рамы, бегали челноки, и никого из людей. Иван пошел вдоль работающих станков, оглядываясь, стараясь сквозь грохот механизмов услышать человеческие голоса, но никого не было, только мерно гудящие, работающие станки.
Вдруг он увидел женщину, лет сорока, в платке и халате. Она шла от станка к станку, что-то делала в них, останавливаясь. Иван прошел за ее спиной, и она не заметила его.
Он пошел дальше, увидел еще двух женщин, одна из них устало улыбнулась ему. Он прошел через весь цех, никого больше не встретив, И по лестнице спустился к другой двери.
Сразу за дверью он наткнулся на толпу. Человек сорок женщин, двое или трое мужчин стояли группами во дворе, переговаривались, курили кое-где. Никто из них не обратил на Ивана внимания. Он прошел вдоль толпы, разглядывая лица девушек, женщин. Кто-то улыбнулся ему, кто-то посмотрел искоса.