Он взял ее за подбородок и поцеловал.
Все в ней затрепетало, и она ответила на его поцелуй. Уже больше ни о чем не думая, она вся отдалась поцелую, желая продлить его до бесконечности. Но потом оторвалась и проговорила:
– К сожалению, я не могу заниматься с тобой любовью, Барт. В моем положении у нас ничего не получится.
– Да и зачем? К чему такой риск?
– Доктор мне на этот счет ничего не говорил. Просто я так думаю.
– Я ждал тридцать восемь лет, Миган. Могу подождать еще несколько недель и тогда покажу, как я люблю тебя. Но обниматься и целоваться нам никто не помешает. Кроме тебя, разумеется.
Теперь она поцеловала своего высокого темноволосого незнакомца с пистолетом под мышкой. Она не могла представить себе, каким образом они могут войти в жизнь друг друга, но предпочитала сейчас не задумываться об этом. Если они в ближайшее время не найдут убийцу, о будущем не придется беспокоиться вообще.
Она продолжала думать о Барте, когда позвонил Джон. Как всегда все летит под откос, думала она, выслушивая излияния Джона об очередных непреодолимых трудностях.
– Встреча завалена. Я жду не дождусь, когда кончится твой родовой отпуск и ты вернешься на работу.
– Приятно, когда хоть кто-то тебя ждет.
– Все идет из рук вон плохо. Переговоры зашли в тупик.
– Я уверена, что ты найдешь выход из положения.
– Куда мне до тебя. У меня нет твоего терпения и умения вдаваться в тонкости дела. Лучше скажи, когда ты собираешься возвращаться? Неужели тебе не надоело шляться по этому глухому замку из темного и страшного Средневековья? По крайней мере, раз уж ты там хочешь жить, провела бы горячую воду и соорудила хоть какой-нибудь бассейн.
– Мне нравится в «Пеликаньем насесте». А когда я возвращаюсь, ты и сам знаешь. Это у тебя в календаре отмечено.
– Могла бы вернуться и раньше.
– На это не рассчитывай.
– Да, кстати, твоя секретарша сказала, что тебе звонили из агентства по приемным детям в Батон-Руж. Хотели узнать твое решение. Хотя ты, наверное, уже все сама сделала.
– Не совсем.
– Не понимаю, что ты тянешь. Ты всегда была не чета мне по части организованности.
– Ты поэтому звонил моей маме?
– Что тут плохого? Я решил, что она может немного просветить тебя, если ты тешишь себя иллюзией оставить ребенка. Ты же сама говорила, что твой образ жизни не позволит тебе воспитывать ребенка. С нашим ненормированным рабочим днем, вечными разъездами.
– Я помню, что говорила, Джон.
– Немногие женщины в твоем возрасте так быстро поднимаются по карьерной лестнице. Мне больно видеть, что все это может полететь псу под хвост из-за неверно понятого чувства долга по отношению к ребенку, который даже не твоя плоть и кровь.
– Ценю твою заботу.
– Мне так не кажется. Я вообще тебя не понимаю. Мне не по себе при мысли, что ты там одна в таком положении. Может быть, позволишь мне приехать на уикэнд и хотя бы сводить тебя пообедать?
– Не беспокойся, Джон. Не стоит из-за меня утруждать себя. И потом, я не одна. Обо мне есть кому позаботиться.
– Это уже лучше. Кто она?
– Не она, а он. Мой старый приятель еще по колледжу.
– И то хорошо, что в койку тебя не затащит. С твоими-то габаритами.
– Благодарю. Это очень по-джентльменски. Знаешь, как и чем утешить женщину. – Раздался звонок в дверь. Миган отодвинула краешек шторы и выглянула. Сандра Верней. С формой из фольги в руках. – Кто-то пришел, Джон. Есть еще какие-то деловые вопросы?
– Да нет, вроде бы все. Будь осторожна. Мы все здесь скучаем без тебя, особенно я. Я тут до полуночи проковырялся с отчетом, который вместе мы сварганили бы за час.
Этот отчет она могла бы сделать и без него.
– Ладно, мне надо идти. Потом как-нибудь поговорим.
– Сообщи, если ребенок родится раньше срока, на что, честно говоря, уповаю.
Миган положила трубку и услышала, что Барт впускает Сандру и представляется ей, хотя, по убеждению Миган, Сандра давно уже наслышана о нем. Нет ничего тайного, что не стало бы явным в Ориндж-Бич.
– Так вы и есть тот красивый незнакомец, о котором я столько слышала?
– Должно быть, так, – подтвердил Барт, вводя Сандру в гостиную.
– Слухи не преувеличены, – проговорила она, протягивая ему еще теплую форму. – Я сегодня делала лазанью и решила, почему бы не сделать и на долю Миган. Ей сейчас не до кухонных хлопот.
– Я в любом случае не отказалась бы от твоей лазаньи, – сказала Миган, появляясь на пороге.