Гибкая львица вывела её из комнаты, а нижняя губа Люси задрожала, и она заскулила на Уэйна, спрашивая, почему он её не любит. Каттер едва сдерживал себя.
— Пойдём и поговорим с Купидоном, пока никто не пострадал.
Он посмотрел на яростное выражение лица волка.
«Ещё сильнее», — добавил он про себя.
Едва они прошли через дверь камеры, как Каттер прижал Говарда, известного как худший самозванец Купидона в мире, к стене.
— Верни мне мою пару, ублюдок! — завыл он.
Он ожидал, что, либо Уэйн, либо Джерри потянет его прочь, но нет, они держались на почтительном расстоянии. Даже Джесси, сопровождавшая их, не отругала его за такое поведение. Возможно, они думали, что это задумал Купидон. Возможно, они посчитали, что не стоит становиться на путь засранца-волка и его добычи.
Если бы Люси была там, она бы сказала что-нибудь. Не имело бы значения, насколько он был зол, или насколько она думала, что парень, на которого он напал, заслужил это — она бы сказала ему, чтобы он успокоился. На самом деле, она, вероятно, сказала бы: «Успокойся, чёрт возьми» или что-то в этом роде. Она не любила ругаться. Её сострадание и её красочная коллекция не ругательных слов были лишь двумя из многих вещей, которые он любил в ней. Мысли о ней заставили волка Каттера захныкать, а сердце сжаться. Видеть, как она щедро целует аллигатора, было нелегко забыть, и он отчаянно хотел стереть всё, что напоминало ему об этом. Поскольку он не мог точно убить Уэйна — не со всеми этими проклятыми свидетелями — ему придётся довольствоваться тем, что он выместит свой гнев на идиоте, который устроил весь этот бардак.
Вот только… он почувствовал, как его пальцы ослабли. «Люси бы этого не хотела». Схватившись за последний клочок контроля, Каттер сделал шаг назад и скрестил руки на груди.
— Мистер Боггс, — сказал Джерри ровным, почти дружелюбным голосом. — Вы знаете, почему мы здесь?
Купидон с трудом поднялся на ноги и изобразил ухмылку.
— Потому что вы поняли, что моя пыль действительно работает, — прохрипел он.
Джерри холодно улыбнулся.
— Потому что мы обвиняем вас в отравлении двух сотрудников АСР. Я полагаю, что смогу даже свести это к покушению на убийство.
— Это смешно, — пробормотал Говард. — Пыль просто должна заставлять людей влюбляться!
— Нет, похоже, это заставляет людей впадать в похоть и пытаться причинить вред любому, кто встанет у них на пути. — Его глаза метнулись к Джесси. — Один из моих… — он вдохнул и выдохнул, изо всех сил пытаясь совладать со своим гневом. — На одного из моих сотрудников чуть не напала одна из ваших жертв из ревности. Если бы я не вмешался… не знаю, что бы случилось.
Говард почесал тыльную сторону ладони и робко посмотрел на них.
— Ну, наверное, я не особо учёл людей, которые уже спарились и их реакцию на это. Может быть, мне следовало прочитать инструкции или предупреждение…
— Предупреждение? — отрезал Уэйн.
— Да, я как бы купил пыль на «Ведьменских покупках».
Все издали коллективный стон. Онлайн-аукцион всего волшебного появился за последние пару месяцев. АСР пыталась закрыть его после того, как многочисленные продавцы разместили нелегальные товары. «Человеческие пальцы никогда не должны быть доступны для покупки».
— Я просто хотел сделать людей счастливыми, — причитал Говард. — И заставить людей понять, что моя магия чего-то стоит.
— Но это была не твоя магия, — вздохнула Джесси.
— Нет, но я должен был насыпать пыль в капсулы, прикрепить их к стрелам и найти способ заставить их взорваться — это было непросто!
— Это не волшебство, — пробормотала Джесси, настраивая свой ноутбук. — Найдите инструкцию и посмотрим, что там написано.
Дрожащими пальцами, потому что Каттер дышал ему в затылок, Говард открыл инструкцию. Каттер схватил ноутбук и через несколько секунд хмыкнул и сунул его Джесси, прежде чем затоптать из комнаты. Она взглянула на предупреждение, данное в списке, и издала «о».
Люси ходила по камере и вытирала слёзы гнева. «Что, чёрт возьми, происходит?» Почему Уэйн запер её, когда они могли заниматься сладкой, сладкой любовью прямо сейчас? Она остановилась и слегка вздрогнула. Сердцем и разумом она знала, что Уэйн был её мужчиной. Так почему же её внутренняя ежиха кричала на неё? Это странно. Обычно они оба были так синхронизированы. Её ежиха никогда не была доминантным или агрессивным зверьком — ни один ёжик им не был, — но они, похоже, не могли общаться друг с другом. Как будто они пытались говорить через лист стекла.