— Ты имеешь в виду в отличие от первых двух моих браков. Да, и эти два брака оказались удачными.
— Дело сделано, — признала Марианна.
— Насколько я понимаю, ты предоставила всю эту информацию остальным членам семьи.
— Конечно нет, дорогая. Признаюсь, я был слегка шокирована тем, что узнала о нём, но больше никому об этом не говорила. Я не хотела, чтобы они судили его заранее.
— Как ты?
— Дорогая, прости, но я проверила твоих первых двух мужей, одобрила их и…
Сесиль приподняла бровь.
— Наверное, мне следует прекратить говорить.
— Так ты никому ничего не сказала?
— Нет, только Доусону. Но ведь он знает все мои дела. Он очень хороший слушатель.
Ах да, дворецкий.
Пока Сесиль исчезла, чтобы поговорить с матерью, Минди пыталась узнать подробности о послужном списке Бориса.
— Ты был домушником?
Его медведь заворчал на возбудимую красную панду-перевёртыша.
— А как ты думаешь?
— Минди, дорогая, — увещевал её отец Джаспер.
Она проигнорировала его.
— Ты когда-нибудь кого-нибудь зарезал?
Борис одарил её долгим взглядом, который не возымел никакого действия.
— Ты когда-нибудь кого-нибудь убивал?
— Нет, но подожди пару минут, и мой ответ может измениться.
— Минди, пойми намёк, — пробормотал Родерик.
«Где, чёрт возьми, Сесиль?» — подумал он с растущим раздражением.
— Почему, Доусон? — вздохнула Сесиль, когда она нашла его в столовой.
— Мисс. Сесиль?
— Я знаю, что это ты положил жемчуг в ящик стола. Это должен был быть ты. Я подозревала, что кто-то сделал это после того, как Луиза начала кричать, и они ждали, пока мы выйдем из нашей спальни, но теперь, когда я об этом думаю, Борис был последним, кто пришёл в комнату Луизы. Я положила кое-какую одежду в тот ящик прямо перед тем, как Борис вышел из игры в шарады и вернулась в комнату, и с этого момента никто из нас не уходил, пока Луиза не закричала. Но мы заказали еду на вынос, которую ты потом принёс в нашу комнату. И пока я брала у тебя поднос, Борис был в ванной, и я отвернулась достаточно надолго, чтобы ты успел сунуть жемчуг в тот ящик.
Доусон уставился на неё.
— Знаешь, я была следователем в АСР. Объединение всего этого едва ли было утомительным. Что касается мотива, я полагаю, что ты считал, что моя мать была в ужасе от моего выбора спутника жизни и хотела избавиться от него, чтобы сделать её счастливой. Однако в то время ты не знал, что я беременна и поэтому сделала мою мать счастливее, чем когда-либо, подарив ей внука. Правильно ли я думаю, что Луиза предложила тебе какой-то полусырой план разлучить меня с Борисом, а ты предложил жемчуг?
Доусон поморщился.
— Ваша кузина сообщила мне вскоре после вашего приезда, что ваша пара плохо с вами обращается. Она намекнула, что он вас бьёт.
Если бы лебеди могли рычать, она бы это сделала.
— И ты поверил ей?
— Проверка биографических данных вашей пары была очень тревожной. У него есть история агрессивного поведения.
— Я не собираюсь этого отрицать. У Бориса было беспокойное детство, которое привело к очень неприятным моментам во взрослой жизни. Но он изменил свою жизнь, и я ни на секунду не верю, что он когда-либо причинял или когда-либо причинит боль женщине. Я так понимаю, это ты рассказал Луизе о его происхождении?
Он кивнул.
— Ваша кузина спросила, не могу ли я украсть машину вашей матери и набить её столовым серебром, чтобы все выглядело так, как будто ваша пара ограбила дом. Я предположил, что с жемчугом будет легче его подставить, и она согласилась.
— Доусон, как ты мог? — спросила Марианна, входя в столовую.
Он повесил голову.
— Простите меня. Я думал, это то, чего вы хотите.
Сесиль бросила на неё многозначительный взгляд, и Марианна выглядела немного застенчивой.
— Я не должна была высказывать свои возражения против спаривания. Это не моё дело.
— Это твоё дело, мама, но это моё решение. Я не думаю, что когда-либо была так счастлива. Если бы я жила тысячу лет, я бы никогда не встретила лучшего человека.
— Хорошо, дорогая, ты высказала своё мнение. Признаюсь, мне очень нравится Борис, или, в частности, мне нравится, как он обращается с тобой. И я уверена, что по мере знакомства с ним он мне будет нравиться больше.
— Спасибо, мама. Теперь нам нужно вытащить Бориса из этой передряги.
Борис уставился на Диаса, когда тот зевнул. Очевидно, отделение АСР в Лос-Лобосе было ближайшим, и для расследования кражи был отправлен ягуар-перевёртыш.