У него не было другого выбора. Мысль о том, что что-то случится с его ежихой, была неприемлема. Что, если мерзкий судмедэксперт вырвется на свободу и нападёт на Люси, пока он спит? Они не знали, что не так с Риком. Лев был достаточно агрессивен, и Каттер не знал, на что способен такой паршивый зверь, как он. Он и его волк наблюдали за львом, как долбанный ястреб.
Его волк зарычал. Он знал, что лев доставит неприятности с того момента, как они встретились. Каттер никогда не простил бы ему флирта с Люси. «Мелкая обида? Ему? Не-а!»
Большая грудь Рика вздымалась и опускалась, пока Беттина пыталась ощупать его под предлогом попытки ощутить магию.
Эйвери и Уэйн, выглядевшие очень освежёнными после дремоты, парили рядом, заполняя маленькую комнату для гостей, в то время как Мейсон, горилла-перевёртыш и в настоящее время возглавляющий группу по расследованию злоупотреблений магией, жадно наблюдал за бесполезной Беттиной.
Напряжение в его груди немного ослабло, когда Люси проскользнула в комнату и поцеловала его в висок, протягивая ему чашку кофе. Она выглядела слишком сексуально в своей огромной розовой клетчатой пижаме.
— Отойди, — ворчливо приказал Каттер.
Люси бросила на него терпеливый, любящий взгляд, прежде чем уйти и вернуться с кофе для всех, полностью игнорируя его приказ — как обычно. Люси обменялась любезностями с Мейсоном по поводу его пары крольчихи-перевёртыша Джуди и — чёрт возьми — составила предварительный план их несомненного двойного свидания.
«Чертовски дружелюбная, радостная, прекрасная пара».
Вероятно, всё будет так же плохо, как в тот раз, когда она отвела его в магазин покраски кружек. Серьёзно, был магазин, где тебя заставляли купить кружку, а потом сидеть и красить чёртову штуку. Это было ужасно, хотя теперь у него была единственная в своём роде кружка от Люси с надписью: «Я люблю тебя, волк». Он держал её на работе, чтобы напоминать себе о ней каждый день, когда они были в разлуке, и, Господи, помоги любой падле, которая посмеет над этим посмеяться.
— Судя по тому, что ты сказал, — произнесла Беттина, вырывая его из мечтаний, — и тому, что я чувствую, это похоже на какое-то заклинание принуждения.
Она закусила свою накрашенную пурпурным цветом губу.
— Помните на День святого Валентина, когда Люси была заражена той пылью, которая заставила её влюбиться в Уэйна.
— Да! — прорычал Каттер, глядя на обеспокоенного Уэйна.
— Ну, это было своего рода заклинание принуждения — она была вынуждена возжелать первого человека, которого увидела. Я думаю, Рик тоже находится под принуждением. Кто-то по какой-то причине позвал его, и нам нужно знать, что это за заклинание, прежде чем мы сможем найти способ его разрушить.
— Моё заклинание было разрушено поцелуем, — сказала Люси.
Каттер зарычал.
— Ну, я бы вызвалась целоваться с доктором в любой день, — начала Беттина.
Рычание превратилось в неожиданно шумное закатывание глаз.
— Но я думаю, что это было бы пустой тратой времени. В прошлом ведьмы использовали подобные заклинания, чтобы заставить других совершать преступления за них, например, грабить банки. Или, в случае с моей тётей Бертой, порвать штрафы за превышение скорости. Заклинание обычно длится только до тех пор, пока человек не выполнит задачу, которую он вынужден выполнить. И в большинстве случаев ведьме приходится делать это лично.
— Никто, кроме нас, перевёртышей и Рафа, не был здесь прошлой ночью, — проговорила Эйвери.
— Или, как и пыль, её нужно вдыхать или проглатывать. Это будет иметь довольно мгновенный эффект. Что он ел или пил прошлой ночью?
— То же, что и мы, — сказала Люси. — И кроме кексов, которые Пенни купила в пекарне, я купила всё остальное в универмаге «На скорую руку».
— Хм-м-м, тогда я не знаю — может быть, он был мишенью.
Мейсон нахмурился.
— У него есть враги?
Каттер фыркнул.
— Ты имеешь в виду кого-то, кроме ворчливого волка-перевёртыша в углу, — усмехнулся Уэйн, — мы не знаем.
— Что ты предлагаешь нам делать? — спросил Мейсон.
Беттина поджала губы, её плечи поникли.
— Честно говоря, моё лучшее предложение состоит в том, чтобы мы развязали его и позволили ему следовать заклинанию до его естественного завершения.
— Что?!
Бах-бах-бах.
Непрекращающийся стук не прекращался, пока Ариадна не открыла дверь. «Боже, сильно нетерпелив?» Если этот проклятый почтальон вернётся, она превратит его в грёбаную жабу. Хотя, учитывая её способности к магии, кто знал, что произойдёт. «Может быть, просто заставим его порезвиться несколько часов».