- Добрый день, - поздоровалась я. – Марта сказала, вы просили зайти.
- Здравствуйте, пани Новакова! Присаживайтесь.
- Ну, мы с паном Новаком собираемся пожениться, но… - смутилась я, кое-как пристраиваясь на детский стул.
- Простите, - учительница смутилась еще больше. – Марта сказала, что у нее теперь есть мама, и я подумала… Как мне к вам обращаться?
- Пани Домникова. Хотя у нас свадьба через месяц, все равно буду Новаковой. Так что неважно. Марта, кажется, с кем-то подралась?
- Со Стандой Немурой. Но он сам ее вечно задирает. Там, похоже, чувства. Да и Мартичка не возражает особо. Она девочка популярная. Хотя ее иногда дразнят за произношение. Я насчет учебы хочу поговорить. У меня к ней две претензии. Письмо ей плохо дается, много ошибок делает. И пересказывать совсем не умеет. Память отличная, запоминает все, что мы читаем, а своими словами не может передать. Надо с ней позаниматься, чтобы не запустить. Вы ведь, кажется, тоже учитель?
- Чешский преподаю… иностранцам, - я решила не вдаваться в подробности.
- Ну так это прекрасно, - обрадовалась пани Зузана. – Марта умная, способная, но постоянно отвлекается, думает о чем-то.
Мы поговорили еще немного и распрощались. Я вышла в коридор и чуть не сшибла Марту, которая стояла у двери, ковыряя пол носком ботинка.
- Ты ничего не хочешь мне сказать? – спросила я, когда мы отошли от класса.
- Анна, ты сердишься, что я сказала, что ты теперь моя мама? - она страдальчески наморщила лоб.
Ага, поросенок, опять подслушивала. Отшлепать бы тебя маленько.
Я подвела ее к окну, приподняла и усадила на широкий низкий подоконник. Села рядом, обняла за плечи.
- Во-первых, я не сержусь. Только надо было меня предупредить, потому что получилось немного неловко. А во-вторых, пообещай мне одну вещь.
- Не драться со Стандой?
- Не подслушивать под дверью. Это очень некрасиво. Порядочные люди так не делают. Ну представь, ты будешь у себя в комнате разговаривать по телефону, например, со Стандой, а я буду подслушивать. Или папа. Тебе понравится? Думаю, нет. Ты ведь не первый раз так делаешь? Когда папа со мной разговаривал по Скайпу?
Марта покраснела и опустила голову.
- Анна, я больше не буду, - прошептала она, готовая разреветься.
Я прижала ее к себе и поцеловала в лоб.
- Учти, это не только некрасиво, но еще и опасно. Когда-нибудь ты не успеешь отскочить, дверь резко откроется и… убьет тебя. А теперь все. Высморкай нос, и пойдем домой. А то Рада решит, что мы завернули в цукрарну и тайком едим пирожные вместо обеда.
31.
Где-то за неделю до свадьбы случилось то, чего я втайне боялась. Мама вышла в Скайп и сказала, глядя куда-то за камеру:
- Анют, не расстраивайся, но бабушка с дедушкой не приедут.
- Почему? – у меня мгновенно навернулись слезы.
- Бабушка неважно себя чувствует, а дедушка не хочет ее оставлять одну.
- Это что, правда? Я должна поверить?
- Анечка, ты уже достаточно большая девочка, чтобы понимать: иногда стоит притвориться, что веришь. И ни в коем случае не выяснять, правда или нет. Лучше пригласи их с бабушкой осенью в гости.
Что тут было выяснять! Мама рассказала ему о Зденеке, о нашем с Алешем разговоре, и он принял решение: не ехать, чтобы случайно не подставить ни меня, ни Алеша. Таким он был всегда – думал о других больше, чем о себе. Меня жрала обида, за него и за себя. И в то же время я была ему благодарна. Так хотелось позвонить, сказать об этом, но… я должна была притвориться, что поверила маминым словам. Он так хотел.
Это стало последней каплей. Тот пузырь напряжения, в котором я жила все эти дни, должен был рано или поздно лопнуть. Закончив разговор, я легла на диван и разревелась в подушку. У Алеша была рабочая встреча, Марта, как я думала, уже спала.
Уж не знаю, как она услышала, все-таки от детской до гостиной было неблизко. Но дверь открылась, босые ноги прошлепали через холл. Она присела перед диваном на корточки, положила ладонь мне на щеку.
- Анна, ты плачешь? Тебя папа обидел?
Шевельнулось глухое раздражение, но я его отогнала. Села, усадила ее рядом, обняла.
- Нет, Марта. Моя бабушка болеет, они с дедушкой не приедут на свадьбу. Я просто расстроилась. С чего ты взяла, что папа меня обидел?
- Мама плакала, когда папа ее обижал.
Я невольно скрипнула зубами.
- Это она тебе говорила? Что он ее обижал?
- Да. Он на нее кричал, она плакала.
Тут много чего можно было сказать, но не объяснять же семилетней девочке, что представляла собой ее покойная мать. И что при ссорах редко кто может сохранять спокойствие, особенно если знает, что жена вернулась со свидания с другим мужчиной.