Вокруг шумели, фотограф щелкал еще яростнее, кто-то снимал на телефон. Марта переводила взгляд с меня на Алеша и обратно, и глаза у нее были, как у той самой совички. Я наклонилась, и он подхватил меня на руки.
- Pitomci! – прокомментировала Магдалена, и мама машинально перевела для Марины с Виктором: - Придурки. Точно!
Папа с Алешем довольно переглянулись.
А потом мы подошли к Яну и одновременно приложили руки к сияющей на солнце собаке.
- Мне кажется, мы загадали одно и то же, - сказал Алеш по дороге в ресторан.
- Может быть, - я положила голову ему на плечо, вспомнив, как мы ехали когда-то в аэропорт. – Не говори, а то не сбудется.
- Сбудется! – возразил он с такой уверенностью, что я невольно улыбнулась.
Ну а дальше просто набралась терпения и ждала, когда же наконец все закончится и мы останемся одни. Поздравления, тосты, танцы, фотографии, торт. В общем, все мало чем отличалось от дня рождения Алеша, только народу побольше. К счастью, на этот раз от нас не ждали, что мы останемся до самого конца.
- Вы еще здесь? – удивилась мама в половине одиннадцатого. – А ну брысь отсюда!
Я немного поколебалась, стоит ли бросить свой поникший букетик, или лучше тихо смыться, не прощаясь. Тем более, среди моих подруг незамужних не было. Но Алеш сказал, что это будет некрасиво, и пришлось провернуть традиционный аттракцион. Букет с визгом поймала какая-то прыщавая девица, после чего я с чистой совестью сбежала в туалет, где ждали мама и Магдалена. Совместными усилиями они вытряхнули меня из платья, и я переоделась в джинсы, толстовку и кроссовки.
Алеш ждал на улице.
- Вызвал такси? – спросила я.
- Давай пешком? – предложил он. – Минут пятнадцать идти.
Погода стояла прекрасная, было тепло, и на улицах гуляли толпы народу. Но мы свернули в безлюдный переулок и пошли проходными дворами: центр я знала, как свои пять пальцев. Откуда-то пахнуло сиренью.
- Подожди! – Алеш наклонил ветку.
Я испугалась, что вот здесь-то нас наконец и сцапают полицейские, которых удачно не оказалось на Карловом мосту, и мы проведем первую брачную ночь не в отеле, а в отделении полиции. Но магия Праги по-прежнему была на нашей стороне. Я окунула лицо в томительно пахнущие кисти, и мы, разумеется, немного поспорили, šeřík это или bez - почти московско-питерский спор о бордюре и поребрике.
- Знаешь, что мне сейчас кажется? – он обнял меня за талию.
- Что мы вернулись назад?
- Да. Что ты вдруг решила остаться. Мы идем в гостиницу и первый раз займемся любовью.
- А знаешь, когда я об этом подумала? И представила себе? – я теснее прижалась к нему. – Когда на Петршине ты держал меня за руку. И было так жаль, что ничего не будет.
- Я раньше, - усмехнулся он. – Когда мы кормили лебедей. Ты наклонилась, я посмотрел на твою задницу… - его рука соскользнула с талии ниже. – Рассказать, что я представил?
- Расскажи, - хихикнула я.
В общем, когда мы дошли наконец до гостиницы, от нас после таких разговорчиков уже, наверно, можно было прикуривать. Девушка на ресепшене посмотрела как-то странно. Точнее, странно выглядели мы: красавец-мужчина в роскошном костюме и непонятно что в джинсах, но с бриллиантовым серьгами и жемчугом в вечерней прическе.
Не первый раз мы оказались вдвоем в гостиничном номере, но сейчас все было иначе. Совсем по-другому.
- Жена, - тихо сказал Алеш, коснувшись губами ямочки у меня между ключицами.
- Муж, - отозвалась я, расстегивая пуговицы его рубашки.
33.
Выходные зависли в безвременье. То есть мы, конечно, чем-то занимались, собирали вещи, общались с родственниками, даже сходили всемером в господу: мы с Алешем, родители, Магдалена и Марина с Виктором. Но на самом деле это было такое концентрированное ожидание: когда же наконец сядем в самолет и окажемся только вдвоем на другом краю земли. На целых полмесяца.
Кстати, маршрут так и оставался для меня тайной. Алеш сказал, что хочет сделать мне сюрприз, и я согласилась. Условий с моей стороны было всего два: безвиз для россиян и чтобы море и тепло. Ну, и фруктов, желательно, побольше.
Мои улетели в воскресенье утром, после обеда уехала Магдалена. С мамой они задружились где только смогли: в Фейсбуке, Вайбере и Скайпе, договорившись быть на связи. Марта то и дело тяжело вздыхала, и лишь предстоящее двухнедельное общение с Ханой и Либором немного ее утешало. А вот меня наоборот не слишком радовало.
Я пыталась придумать какие-то другие варианты. Например, уломать Магдалену остаться на это время в Праге. Или уговорить Раду пожить с Мартой. Но Алеш наложил на мои варианты вето.