Он пожевал бледными губами.
— И второй тезис. Тон в системе задают структуры. Грязь уже не сочится, а мутным потоком льётся из них.
— И здесь согласен. Как промотходы в реку сливаем.
— Куда сливаем-то? Река — это общество. Люди. Граждане. Страна. Россия наша. И вот мы с тобой, Андрюша, проходим мимо реки и будто ничего не замечаем…
— Ну уж прямо и ничего…
— Ничего! — отрезал Георгий Петрович. — В нашем положении смешно говорить о личных заслугах или вкладе в статистику раскрываемости. Мы достигли высот, у нас опыт, мы замечаем больше других. Наконец, у нас есть то, о чём писал Фёдор Михайлович. Совесть. Вот она, приставучая, и мучит меня по ночам. Спать не даёт. Душу выедает.
— Что ты предлагаешь?
Георгий Петрович помолчал, чуть поправил звезду на ёлочкиной макушке. Сказал:
— Вот теперь ровно. Ну, слушай моё предложение… Я не мафиози, а потому от предложения ты можешь отказаться.
19
На первое время Руслан поселился у родной тётки в подмосковных краях. Освежил знания, приобретённые в МГТУ. Однако молодого человека без опыта работы туристические компании брать в штат отказывались — даже в сезон летних отпусков. Два с половиной года армейской службы для туроператоров не значили вообще ничего. «Поработайте где-нибудь на резюме», — советовали соискателю кадровики. Где же он поработает, если все ему отказывают? И ещё: Руслан был провинциалом, и москвичи поглядывали на него свысока.
Карманы его опустели. В армии хоть кормили и одевали!
Руслан совсем было отчаялся, как вдруг ему подфартило: его приняли на должность торгового агента в компании, обеспечивающей столичные сети продуктами глубокой заморозки. Оклад копеечный, зато манили проценты от договоров. Правда, премиальные выплаты были разовыми. Но о большем Руслан и не мечтал. Да и «финский» опыт тут был кстати.
Год тянул он лямку агента, мотался туда и сюда — куда указывали пальцы начальников. За это время хозяева бизнеса разглядели в нём способного молодого человека, стремящегося сделать карьеру. Его взяли на крупное предприятие, поставлявшее кур в розничные торговые точки. Это было повышение, правда, своеобразное. Руслану, занявшему пост руководителя низового звена, открылась одна специфическая технология. Выяснилось, что в практической рыночной экономике существует понятие не только добавленной стоимости, но и добавленной массы.
Технологический процесс в конвейерном бизнесе включал операцию, в процессе которой куриные тушки накачивались через шприцы бесцветным раствором. Курица, потяжелевшая в полтора раза, отправлялась с конвейера в камеру шоковой заморозки. Оттуда накачанный ловчилами товар попадал на прилавки.
Руслан бросил эту фирму спустя неделю. Повезло: случайно подвернулась вакансия в компании игрушек. Его взяли, ведь теперь он имел опыт торгового агента.
Компания «Глемарсан» продавала франшизы бренда детских развивающих игрушек и поставляла эти самые игрушки. Сеть брендовых магазинов охватила свыше ста российских городов. Отечественные деревянные игрушки, как объяснил Руслану доброжелательный руководитель бизнеса, похожий одновременно на опытного педагога и на бывалого шулера, формируют у детей различные навыки, логическое мышление, творческий потенциал.
Очень скоро Руслан узнал, что «отечественные» игрушки штамповались в Китае, а изготавливались вовсе не из дерева, а из прессованной бумаги. Разнообразия ради фирма ввела в ассортимент мягкие игрушки, что позволяло охватить дополнительный сегмент рынка и максимально удовлетворить покупательские потребности. «Педагог» организовал и раскрутил предприятие, сотрудники которого сочиняли инструкции на русском языке, упаковывали игрушки в коробки с логотипом и распространяли по городам и весям под видом дорогого брендового товара, предназначенного для статусных покупателей. Зачем детям долговечные игрушки из натурального дерева? Мальчики и девочки вырастут, игрушки выбросят, пояснял с искренней улыбкой создатель и владелец компании Глеб Марленович Сантуров.