Отчего-то все пути слились в один.
Постепенно Антон научился распознавать примитивные Викины мысли. Впрочем, она их и не скрывала. «Я жду от тебя побед, а не зарплаты инженеришки!» — заявляла Виктория.
Ему, поселившемуся в её однушке, крыть было нечем.
Вот если б он участвовал в спецоперациях! Вот если б он сделался супергероем! А ещё лучше — помозговал бы и увёл откуда-нибудь миллион-другой долларов, прикончив пару-тройку нехороших типов. В ФСБ все кого-то приканчивают, разве нет? Провернул бы дельце — и увёз бы её куда-нибудь за границу. Туда, где люди живут красивой жизнью и тратят деньги со вкусом. «Ну что ты сопишь? — выговаривала ему парикмахерша. — Даже я, дура, понимаю, что ты живёшь неправильно. Посмотри на своих приятелей из ФСБ. Тот чернявый принёс на день рождения бутылку вина… Я посмотрела в Интернете, сколько она стоит. Твою месячную зарплату. Ты и правда такой наивный? Думаешь, он её на оклад купил?»
Российская статистика утверждает, что большинство мужей и жён, почти шестьдесят процентов, разводится. Антон разводиться не планировал, однако и выслушивать поучения от парикмахерши не желал. Но куда больше терзало Антона другое: ему и впрямь требовалась победа. Вне зависимости от хотений Вики. Женщины, которая вполне соответствовала поговорке: волос долог, да ум короток.
И всё же именно Виктория пробудила в нём задремавшую было тягу к свершениям, к преуспеянию. Он, Антон Варнаков, не глупее своих однокашников, иные из которых напропалую хвастаются в социальных сетях фотками из Америки, из Германии или из Питера, где Антон и не бывал. На его зарплату в тот же Питер съездить с семьёй — и то накладно выйдет. Отпуск оплатит структура, но ведь в дороге столько расходов — Виктория пустится по магазинам, бутикам и кафе!.. Две-три чашки кофе — и тысячи рублей как не бывало. И живёт он в квартире жены. И не имеет значения, что квартира ей от деда досталась — любимой внучке в наследство отписал. А вот ещё факт: в их семье жена зарабатывает больше мужа. Не в разы, но всё-таки намного больше. Как-то Антон подслушал разговор Вики по телефону. «Эфэсбэшник хренов! — зло смеялась Виктория. — Я волосы стригу, образования почти ноль — и в полтора раза больше этого умника-отличника получаю! Ленок, где в этом мире порядок, где справедливость? Я что, многого хочу? Ну можно же как-то крутиться-вертеться!.. Леночек, может, у мужей сейчас так принято: сидеть на шее у жён?.. А я и не в курсе… Что?.. А, ну твой-то, понятно, молодец! Мне б такого! Чёрт, поспешила я от него родить… А ведь думала: подруги завидовать мне будут! Программист! Красный диплом! А потом — ФСБ! Как же, обзавидовались!»
Крутиться-вертеться… Эти два глагола мельтешили каруселью-сцепкой в голове у Антона, точно ноль и единица двоичного кода. Как только он задумывался о том, как достичь чего-то, так и начинался этот мозговой круговорот. Супергерой с пистолетом, припрятывающий мешок с миллионом, отнятый у негодяев! Нет, это не про него. Его удел — программы, техника, гараж. Но должно же что-то быть!
Он сходил к кадровику Мотылькову — тому самому, что пригласил его на работу в ФСБ. Выспросил, сколько будет получать с годами, с выслугой лет и всем прочим. И чуть не заплакал от огорчения. Видимо, мастерство, дисциплинированность и честность Родина ценила невысоко.
Оставалось умение мыслить нестандартно. Вот только как такое умение продать на службе, где живут в иерархии и по инструкциям? Вспоминались ему бутылка итальянского вина и сверкающие машины в гараже, чьи владельцы жили явно не на должностной оклад и премии…
Мучительный вопрос разрешился сам собой. Думку Антона будто кто-то уловил, считал дистанционно.
Была суббота. За окнами лил дождь. Антон с Ликой смотрели мультфильмы. Виктория была в своей парикмахерской, щёлкала ножницами. Пропел смартфон. Номер не определился. Внезапно от заливистого звонка Антона охватило жаркое предчувствие.
— Слушаю.
— Вы можете сейчас говорить, Антон Валентинович?
Голос был чужой, с приятной хрипотцой, как у Владимира Высоцкого. Высоцкий был единственным из эпохи СССР, кто Варнакову нравился.