— С кем имею честь?
— Я из МВД. Представлюсь на месте. В министерстве наслышаны о ваших талантах. Есть тема для встречи. Сегодня вам удобно?
— Не очень. — Антон поглядел на Лику.
— Тянуть нежелательно. Вас наверняка заинтересует наше предложение.
— Если только попозже… — протянул Варнаков, вычисляя время возвращения супруги.
— Хоть в полночь.
— Тогда договоримся. Моя жена вернётся с работы… — Он назвал время.
— Подходит. — Хрипловатый голос продиктовал адрес. — В двадцать три часа.
— Буду. — Антон дал отбой.
В нём всё бурлило. Министерский чин звонить понапрасну не станет. И сообщать о талантах тоже. «Крутиться-вертеться…» — вспомнились дилексемы Виктории. Вот раскрутиться бы — да уйти от неё. И дочь забрать. Нанять адвоката семейного — и отсудить Лику. Мол, мать скандалистка, необразованная, ведёт себя неадекватно… Но чтобы нанять шустрого адвоката…
Встреча с представителем МВД состоялась в самом неподходящем месте, какое только можно вообразить: в хрущёвке под снос, покинутой жильцами и зияющей чёрными окнами.
Мужчина, одетый в камуфляжный бушлат без знаков различия, поставил на пол кемпинговый круговой фонарь, свет которого приглушил, и раскидал ногами мусор. Назвался Денисом. Более о себе ничего сообщать не пожелал, произнеся длинное звонкое слово «конфиденциально».
— Моя структура, — сказал Денис, — нуждается в дополнительных сведениях о некоторых автомобилях сотрудников вашей структуры. По официальным каналам такую информацию не получить. К сожалению, нельзя сказать, что наши ведомства близки друг другу. И нельзя сказать, что ваши кадры чисты перед законом. Антон, вы ведь согласны со мной?
Какой смысл лгать чину из МВД? Варнаков поспешил согласиться. Он ведь своими глазами видел дорогие иномарки в гараже и сам слышал болтовню иных деятелей!
— Поэтому с целью дополнительной проверки министерству необходим свой человек, который обладал бы и нужным доступом, и профессиональными навыками. Вот как вы, Антон. С вашими способностями!.. Нам всего-то нужен доступ к данным о перемещении транспорта. Я имею в виду машины подозрительных личностей из вашей структуры. Будете действовать по инструкциям. Вашу помощь и ваши таланты мы оценим по достоинству.
Оглядев с усмешкой стены маленькой комнаты со следами мебели на обоях, Денис поведал об условиях сотрудничества. Суммы, которые он озвучил, поразили воображение Антона Варнакова.
«Лишь бы не вышло как с Болотовым», — думал он, возвращаясь домой.
23
Они встретились в том же домашнем кабинете. Только ёлочка с рабочего стола исчезла, а за прикрытым жалюзи окном сгустилась осенняя ночь. Тот, кто сидел за столом, перебросил лист на бумажном календаре, обнажил свежую дату — 27 сентября.
Двое продолжили разговор на начатую тему.
В загадочных речах Георгия Петровича и Андрея преобладали слова на букву «с». Они говорили о «системе», внутри которой выделялись «структуры», характеризующиеся «состоянием». Неопределённое обстоятельство собеседники именовали «ситуацией».
— Ну ладно, — сказал хозяин кабинета. — В этом-то мы всегда сходились. Довольно воду в ступе толочь… Давай к сути. Ты явился — значит, идею поддерживаешь. Меня поддерживаешь. Так?
— Так. Я знал ответ ещё в декабре, — ответил гость.
— Однако сомневался, Андрюша, сомневался!
— Нет, — отозвался человек на диване. — Не сомневался. По крайней мере, это было сомнение не в себе. И не в тебе, Георгий Петрович. Но результат… Я думал и просчитывал. Прикидывал. Складывал и вычитал, так сказать…
— Планирование операций — твой конёк. Ты великолепный стратег и тактик, Андрюша. За плечами твоими реальные операции, реальные победы. Однако здесь требуется и кое-что иное. Интуиция. Тончайшее чутьё. Умение уловить мельчайшие сдвиги, почуять крупную перемену. Унюхать.
— Отсюда и сомнения. Поймаем ли мы нужный момент? Подгадаем ли? Сдвинем ли ситуацию с мёртвой точки? Наконец, в силах ли мы осушить болото? Вдвоём? Замах на рубль — удар на копейку?
— Сегодня я лишён возможности влиять на ситуацию. Могу констатировать это совершенно твёрдо. Как свершившийся факт. — Георгий Петрович сцепил руки замком и разорвал. — Структура сгнила полностью! Процесс деградации уже разложил основание. Распад не остановить. Когда разлагаются корни, нужно сажать новое растение. — Он рубанул рукой в воздухе.