Москва не может быть врагом Вашингтону. Уэйна постигло разочарование. Двойное разочарование для двойного агента!
Во-первых, он осознал: кто-то в Вашингтоне совершил кошмарную стратегическую ошибку. Лидеры США продолжают на ошибке настаивать и строят на её основе стратегию разведки и международную политику.
Во-вторых, он сам, агент Уэйн, находится в лагере тех, кто идёт ошибочным путём.
Вывод: либо Управление нарочно лепит образ врага из России, либо политические силы, стоящие над ЦРУ, строят козни, основываясь на опасном заблуждении. Но не могут же все в Управлении быть слепцами!..
На встрече с куратором Крис как бы случайно спросил:
— Русским сейчас нелегко живётся. Слабая ресурсная экономика, зависимость от западных технологий, увеличение числа бедных, рост смертности, инфляция, коррупция… Можно ли предположить, что Россия не имеет намерений противостоять Соединённым Штатам? По плечу ли слабому государству биться с таким гигантом, как Ю Эс Эй?
Лицо собеседника помрачнело.
— Парень, не утратил ли ты веру в справедливость американской политики? Буду считать, я не слышал вопроса. Ты же не хочешь попасть под подозрение? Как тип, морально неустойчивый?
— Я тебе не Сноуден, — возразил агент, заранее отработавший ответ. — И у меня двойная роль. Ты представляешь, как я тоскую по дому?
— Представляю.
Крису вспомнился фильм о начале Великой Отечественной войны. Фильм, снятый русскими. Часть сюжета строилась вокруг советских разведчиков, незадолго до нападения немцев собиравших сведения в самом сердце Германии. Товарищи сильно рисковали: любого из них могли схватить. Но благополучие Родины они ставили выше жизни. И что же? Часть советских высших военных чинов не приняла неудобных донесений. Донесений о готовящейся вероломной агрессии!
Кристофер, развивший в себе наблюдательность, без труда прочёл кое-что в глазах куратора. Тому не нужна была правда. И точно так же не нужна она его начальству. Людям, пославшим сюда агентов, требовалось подтверждение их стратегического видения. Иных оценок они не ждут. Не ждут по той причине, что их видение запрещено ставить под сомнение.
Больше Уэйн не поднимал среди своих скользкую тему.
Он по-прежнему проникался русским духом. Он сам себе так говорил, читая и перечитывая народные сказки, стремясь найти в образах Кощея и Василисы Премудрой древние корни вечной русской борьбы — мятежного духа и полного смирения. Полнейшая иррациональность! Современные американские экономисты учат, что поведение индивидов в экономике далеко не всегда рационально. Но то экономика с её математически моделируемыми материальными решениями. А у русских иррационально всё! Никто так яростно не сражался за правду, как русские, никто так не воспевал справедливость, как русские, — и никто так страстно не раздавливал правду в бюрократических кабинетах, обращая революционный идеал светлого будущего в торжество тёмного настоящего!
Кристофер Уэйн интересовался русской культурой, ходил в музеи, читал новости в сети — и находил разницу между тем, как подают сообщения о тех же событиях в Штатах. Теперь он понимал: дабы постичь русский дух, недостаточно читать народные сказки или Льва Толстого на языке подлинника. Надо жить в России.
36
Ноябрьское утро выдалось необыкновенно солнечным. Ясную погоду Руслан любил: солнце заряжало его, южанина, бодростью. Такое утро будто нарочно создано для того, кто хочет укрепиться в решении. Руслан набрал номер капитана Рогова.
— Здравствуйте, Олег Владимирович, — сказал в трубку. — Удобно вам говорить?
— Добрый день, Руслан Александрович. Вполне.
— Я согласен.
— Слова не мальчика, но мужа. Предлагаю встретиться в известном кафе. Через час сможете?
— Буду.
Двое снова сидели за столиком. Говорил Олег Владимирович:
— Программа действий. Ближайшие месяцы вы посвятите приобретению и закреплению необходимого минимума знаний и навыков в нашей секретной школе. Вот аппарат для связи, звоните мне только с него. — Капитан положил на стол дешёвую кнопочную трубку, на которой не имелось никаких логотипов. — С этой трубки разрешается звонить только мне и моему начальнику — полковнику Березину. Два номера уже записаны в память. В трубке безымянная SIM-карта. Вы должны понимать: всё очень серьёзно. Если что-то пойдёт не так, если случится утечка информации, вы можете погибнуть на первом же сопровождении. Это ясно? Не передумали?