Взяв с сиденья кейс, Анастасия последовала за незнакомцем. Его плечи по ширине соперничали с платяным шкафом. Вместе они поднялись на нужный этаж. Покинув кабину лифта, двинулись по коридору, по которому тянулась красная ковровая дорожка. И тут Настю снова подвёл каблук. Пытаясь удержать в руке кейс и понимая, что не удержит, она полетела на пол и растянулась на красном ковре. Будто упала в реку крови! Гладкая ручка чемоданчика выскользнула из влажной ладони. Кейс ударился углом о стену и приземлился вертикально. Сработал механизм замка. Новенькие пачки евро, похожие на игрушечные, вывалились на ковёр.
— Вам нехорошо?
Мужчина, сопровождавший Анастасию, помог Насте подняться, а затем, пока она собирала пачки денег и укладывала их в кейс, изучал поверхность стены. По счастью, в коридоре они находились одни.
Настя закрыла кейс.
— Идёмте, — сказал мужчина. — Вам нужен этот кабинет. Входите.
Та постучала и потянула за ручку.
— Проходите, проходите, Анастасия! — вместо приветствия выдал хозяин кабинета. — Закройте дверь.
— Геннадий Владимирович? — уточнила гостья.
— Ну разумеется, — усталым голосом сказал тот, кому предназначался кейс. — У меня очень много работы. Это вам. — Геннадий Владимирович подал через стол почтовый конверт, заклеенный, но не надписанный. Судя по весу и объёму, в конверте лежало несколько листков бумаги.
— А это вам. — С этими словами специалистка по связям с общественностью вручила кейс старому другу своего начальника.
— Благодарю вас. Привет Михаилу Васильевичу.
— Передам! До свидания.
В коридоре её ждал «шкаф». В обратный путь гостью он не провожал. Ограничился словами:
— Рекомендую лоферы или слиперы. Для соответствующих ситуаций.
Не думала Настя, что «шкаф» разбирается в обуви!
В машине она села позади водителя. Конверт жёг ей руки. Она сунула его в сумочку. Конверт выглядывал из сумочки, но согнуть его пополам Настя не решилась.
То каблук у неё велик, то сумочка мала.
— Обратно, пожалуйста. Только нужно… заехать на почту.
— Заедем!
Проносились за окнами московские улицы. Анастасию мучил самый страшный философский вопрос — вопрос выбора. Ставкой была её карьера, а то и судьба.
Видимо, у «Хроногаза» есть свои люди в силовых структурах — на самом верху. За лояльность этим людям нужно платить. Она, Анастасия Бородина, теперь лично замешана в делах, связанных с чем-то подозрительным. Незаконным, чего уж вилять! Возможно, Иванов нарочно впутал её в денежный эпизод: сделал соучастницей преступления и тем самым намертво привязал к корпорации.
Вот она, расплата за карьеру!
Не исключено, что и кейс со слабым замком ей подсунули специально.
Нет, это уж чересчур! Какой чародей, какой провидец способен заранее спланировать сцену с падением? И устроить так, чтобы в коридоре не оказалось посторонних? Может, и туфли она купила по чьему-то внушению?
Настину фантазию всегда подстёгивали чувства: страх, тревога, переживания. Вспыхнувшее чувство проявляло картинки, придавало им резкости и контрастности. Эту свою особенность Настя Бородина знала со школьных лет. Русичка Нина Осиповна говорила, что у неё богатое воображение при отличной грамотности, и потому советовала ей посвятить жизнь созданию текстов.
Водитель остановил машину у отделения связи с синим ящиком.
Настя выскользнула на тротуар, прижимая к себе сумочку с торчащим конвертом.
Именно такие конверты продавались на почте. Настя отстояла небольшую очередь, купила конверт и присела за свободный столик. У самого краешка маникюрными ножницами она обрезала кромку конверта, переданного ей старым другом Иванова. Вытянула оттуда три согнутых пополам листа формата А4. На каждом листе был отпечатан короткий текст. Рукописные пометки отсутствовали.
На первом листе был список имён с комментариями.
Рогачёв Антон Григорьевич. Вопрос закрыт.
Косых Андрей Юрьевич. Вопрос закрыт.
Дмитриенко Лидия Александровна. Вопрос закрыт.
Устинов Пётр Романович. Вопрос решается.