Разумеется, это было лишь частью из огромного списка обсуждаемых вопросов, и когда собрание наконец завершилось, полумертвый юноша кое-как доплелся до квартиры Мутного где он сейчас и проживал.
***
— Здравствуйте, будете делать заказ?
К юноше подошла миловидная девушка, и слегка наклонившись, произнесла фирменную речевку обслуживающего персонала.
— Да, хочу Американо. Самый горячий кофе который вы только можете сделать, и без сахара.
Официантка определенно неправильно поняла слова Кипиша, потому что в уже через пару секунд, на его столе красовался клочок бумаги с номером телефона этой особы, но что было поделать? И раньше с внешностью у Игоря проблем не возникало, а после второй фазы Пробуждения, степень его привлекательности возросла в геометрической прогрессии.
— Когда я говорил о горячем кофе, я имел ввиду просто горячий кофе, а не секс с официанткой…
По одному лишь вспыхнувшему лицу было видно, какой стыд сейчас испытала двадцатилетняя девушка, но когда она готова была убежать, прихватив с собой клочок бумаги, олицетворявший ее позор и грандиознейший провал в еще даже не начавшихся отношениях, Игорь быстро сграбастал номерок девушки, с улыбкой глядя на нее.
— Но это вовсе не значит, что я откажусь от столь желанного десерта…
Юноша был искренне рад, что такая красивая девушка имела на него виды даже при том, что она не знала о содержимом его карманов. Это пусть и немного, но ослабляло боль от расставания с Кристиной, вот только в это заведение Игорь пришел отнюдь не за повышением самооценки.
— Сейчас я принесу ваш заказ.
Речь смущенной девушки слилась в монолитную триаду, похожую на писк испуганного зверька, после чего, она быстро ретировалась в кухню, оставив юношу сидеть в одиночестве, с легким интересом взирая на развернувшуюся перед его взором картину.
— Тебе было сказано: Суп из креветок должен быть подан ровно к тому моменту, когда мы придем сюда! Это - предзаказ, а ты опоздала на сорок секунд! Так персонал в этом заведении относится к своим клиентам?!
*БАХ!*
Глубокая чашка с супом из морепродуктов разбилась прямо у ног официантки, чье лицо от испуга побледнело словно снег. Эта девушка сжимала железный поднос в своих руках с такой силой, что кончики ее пальцев уже начали опухать от кровяных подтеков, а в карих глазах проступали слезы, тем не менее, нынешние директора Салатора продолжали издеваться над бывшей секретаршей Кипиша, не заботясь о ее психологическом состоянии.
— Чего стоишь как будто призрака увидела?! Убери здесь все, пока я не написал жалобу, и этот забегаловку не прикрыли к чертовой матери!
Это был тот самый традиционный ресторан в котором когда-то юноша встречался с другими совладельцами компании, но кто же мог подумать, что сегодня он придет в это место, дабы увидеть какую-то девушку?
На ресепшене Кипишу сообщили, что Анну уволили сразу после отстранения Альберта, но из-за отрицательной характеристики, данной практически всеми начальниками ее отдела, девушка не имела ни единого шанса найти работу в этом городе. Как оказалось, директора решили таким образом разобраться с подчиненной ненавистного Моцарта, и устроили ее рядом с главным зданием компании, чтобы иметь возможность ежедневно потешатся над ней. Анна была родом из простой семьи, и давно жила отдельно от родителей, поэтому, не имея альтернатив ей пришлось согласиться на такие адские условия, просто чтобы выжить…
“Как же подло… Издеваться над этой малышкой могу только я!”
В это время, к Кипишу быстрыми шагами подошла та самая симпатичная официантка, которая предложив чашечку кофе, встала напротив юноши, словно чего-то ожидая, но это были не чаевые, нет. Девушка сделала вид, что ждет очередного заказа, но на самом деле просто любовалась лицом этого красивого молодого человека, не имевшего во внешности ни единого недостатка.
— Дай ка сюда меню.
Приняв из рук официантки плоскую книжку, юноша вложил туда несколько десятков пятитысячных купюр, изъятых из специального, пространственного кошелька, после чего эта небольшая корочка с парой листов даже закрыться нормально не могла.
— Это…
Девушка явно была ошарашена действиями юноши, но он не дал ей времени окончательно прийти в себя, и поднялся со своего места, прихватив с собой кружечку горячего кофе.