И на это у Мелисы тоже есть ответ:
— У Аврелия с рождения был необычно сильный ментальный дар. Он убедил Оливию, что у них истинная связь, читая её мысли и передавая ей свои. Разумеется, те мысли, которые сам хотел.
Ашара обнимает застывшего Дориана, озвучивает вопрос, который всех интересует:
— Но зачем?
Хотя, ответ Мелисы сосем не удивляет.
— Аврелий жаждал влияния, власти, шиллингов. Считал, что близость к драконам откроет ему путь наверх. Отчасти, это так и было. Ему открылось много дверей. Он дослужился до статуса Королевского Советника.
Архимаг подытоживает:
— И даже претендовал на престол.
— Да, — соглашается Мелиса. — Заодно они с матерью отомстили. И не только отцу Аврелия, бросившего его мать. Аврелий вынудил мать наложить проклятье на весь королевский род, до своего колена. Перед тем, как убил её, принеся в жертву чёрному заклинанию.
Луцер пораженно произносит:
— И много лет род Веридас вымирал… Постепенно. Не вызывая подозрений. Случайности, болезни…
Амир подхватывает:
— И моя детская неизлечимая болезнь тоже была следствием проклятья? Поэтому господин Луцер с моим отцом не смогли найти лекарства?
Мелиса кивает, соглашаясь.
— Ненависть к королевскому роду была у Аврелия с матерью общей на двоих.
Я не могу сдержаться:
— И вы всё знали и молчали? Не вмешались?
— Мы не вмешиваемся в дела мирские. Только когда необходимо восстановить баланс.
Я сглатываю.
— То есть мы с Амиром… наша с ним будущая семья обречена? Если на роду Веридас проклятье?
Мелиса позволяет себе лёгкую улыбку. Её глаза лучатся добротой, когда она смотрит на меня.
— Как видишь, Ландия, мы уже вмешались. Мы не останемся в стороне, когда затронуты интересы одной из нас.
Она подмигивает мне. Ничего себе! Верховная ведьма? Никогда не видела её в таком настроении.
Мелиса кивает на Ашару:
— Ждём тебя вместе с подругой на общий ведьмовской шабаш. Специально для вас созовём. Хороший момент – убрать проклятье с рода на неродившемся ребёнке королевской крови.
Ашара растерянно хлопает глазами. Дориан притягивает её к себе и укладывает руку на ещё плоский живот жены.
Мелиса безжалостно отрезает:
— Без мужчин.
Я уже представляю, как Дориан с Амиром будут караулить на границе леса, пытаясь всё контролировать и подсмотреть. Только я знаю, что у них ничего не выйдет – лес их не пустит в ковен. Максимум разрешит войти внутрь, где они будут наматывать круги, пока окончательно не заблудятся.
Ну, ничего. Мы с Ашарой потом их найдём.
Ой. Забыла, что Амир подслушивает мои мысли. Натыкаюсь на свирепый огонёк в его глазах.
«Всё будет хорошо, Амир. Раз нам Мелиса обещает».
Он щурится, его дракон порыкивает внутри. Моя драконица воинственно рычит в ответ – обещает, что присмотрит… Хах, нашим мальчикам придётся смириться. И потерпеть. Нельзя же нас, девочек, сажать под замок и никуда не отпускать.
Впрочем, Амир не упускает шанс использовать ситуацию, подкидывает мне мысль: «Пригласи Верховную в Совет Объединённых Наций –ООН, о котором ты писала в дипломе. Предложи место, пока она в хорошем расположении духа».
И это мой будущий муж?
Бдит интересы королевства даже в такой момент.
Набираюсь храбрости и делаю Верховной Ведьме предложение. Папа довольно переглядывается с Амиром. Когда это они успели спеться за моей спиной?
Домашние посиделки плавно перетекают в переговоры государственной важности.
«Привыкай, Ландия. Ты станешь женой короля».
Амир наивно полагает, что я могу испугаться такой ответственности? Да я с детства играю роль дочери Архмага Драконов. Так что, мне не привыкать.
Мне кажется, или это горделивый огонёк в глазах Амира, когда он смотрит на меня?
«Да, моя девочка. Я горжусь тобой. Ты не перестаёшь меня восхищать».
Жар разливается в груди. От его жаркого взгляда. И от его прикосновения к колену под столом.
После переговоров папа приглашает Амира остаться у нас на ночь.
…а Асгар… провожает его в гостевую комнату на другом этаже. В самом дальнем крыле. Подальше от меня? Вредный братец! Я ещё не наговорилась с женихом!
И не нацеловалась…
Задумчиво трогаю губы пальцем, подходя к окну у себя в комнате, смотрю на полную луну.
Я так переволновалась, что сна нет ни в одном глазу.
«Амииир…» — тихонечко зову по нашей мысленной связи. Как будто нас кто-нибудь может подслушать.
Хочу обнять себя руками, представляя, что это Амир меня обнимает.
Но не успеваю… внезапно чувствую, как меня, действительно, обнимают сзади, на самом деле!